Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

Будто голограмма, но сотканная не из рукотворного света, пред ней стоял высокий мужчина с длинными непослушными волосами. Простая джедайская туника, плащ поверх нее. Вертикальный шрам у правого глаза, оставшийся от встречи с Асажж Вентресс.
И робкая, практически детская просящая улыбка на призрачных губах. Такая, какую она никогда не видела при жизни своего учителя.
Призрак Энакина Скайуоуера.
— И хватило же совести… — поджав губы, выпалила Асока первое, что пришло на ум. То, что скрывало бешено колотящееся сердце. — Явился, Скайрокер!
— Рад тебя видеть, Шпилька, — голос Энакина Скайуокера, но не искусственный бас Дарта Вейдера, бил в сердце больнее, чем Молнии Силы. — Ты настойчиво хотела встретиться… И вот, я здесь.
Асока скрипнула зубами.
Перед глазами пронеслись эти тридцать лет… И последний год, что она была ученицей древнего, вменяемого сита.
Техника, позволяющая стереть Призрак Силы из вселенной, буквально стояла у нее перед глазами.
— О чем ты хотела поговорить? — спокойным тоном спросил ее покойный учитель.
Вместо ответа, Тано, кровожадно ощерившись, потянулась к Силе, наблюдая как побледнела призрачная физиономия Энакина Скайуокера.
О, да, Призракам Силы тоже бывает страшно.
Чудесно.
Именно за этим она здесь.
  
Глава 131
 
Казалось, будто само изображение Призрака Силы стало бледнее самой плохой голограммы. Если проявить фантазию, то можно предположить, что Энакин Скайуокер… испугался.
Асока, рождая вокруг себя вихри Темной стороны, напитывалась энергией, укрепляя себя, пропитывая каждую свою клетку тела огнем страсти, ненависти, ярости… Чтобы уничтожить Призрак Силы, ей была нужна вся мощь, на которую она могла рассчитывать.
И не в текущем моменте, а вообще.
Израненная и истощенная, она отчетливо понимала — этот бой для нее будет последним. Ровно так же, как если бы она не лишила сознания Скайуокера, он бы сгорел изнутри, так же произойдет и с ней.
Но оно того стоит.
— Не бережешь ты себя, Шпилька, — Призрак Энакина, на бледном лице которого пропали любые намеки на страх и растерянность, бесшумно зашагал в сторону бездыханного тела своего сына. — Ты не всегда была прилежной ученицей, конечно. Но, вижу, Дарт Вективус, смог передать тебе свои знания. Так же, как до него это сделал я. Так же, как Оби-Ван учил меня. А его — Квай-Гон Джинн…
— А мастера Квай-Гона — граф Дуку, а того — магистр Йода, — передразнила Асока. — Можем продолжать это перечисление до бесконечности, вплоть до дже’дайи. В последнее время я узнала немало новых имен.
— Да, голокроны, которые есть у Теневой Стражи, весьма содержательные, — кивнул Призрак. Энакин присел на корточки рядом со своим сыном, протянув призрачную руку к его лицу, будто пытался ощутить несуществующей кожей, дышит ли тот. — Голокрон гранд-мастера Била Дуктависа, который вы нашли на Оссусе, крайне информативен в вопросе обучения древним джедайским техникам.
— Итак, ты знаешь то, что происходит в галактике, — прищурилась Асока, чувствуя, как ей становится тяжелее дышать. — Подглядываешь за нами?
— Присматриваю за галактикой, — вздохнул Энакин, вновь поднявшись на ноги. По-видимому, он получил желаемое. — Прекрати накачивать себя Темной Стороной. Тебе не хватит сил, чтобы уничтожить мой Призрак. А вот умереть в попытке это сделать, ты точно можешь. Я бы даже сказал, что твоя смерть гарантирована в этом случае.
— Убьешь меня? — процедила Асока.
— Я — Призрак, — Энакин наклонил голову на бок, как будто так ему было легче ее рассмотреть. — У меня нет возможности напрямую вмешиваться в происходящее в этом мире. После смерти, знаешь, не так комфортно, как при жизни.
— Но ты явился сюда. Разговариваешь со мной.
 
— Ты этого хотела, — констатировал Скайуокер-старший. — Настолько сильно, что была готова нарушить главный джедайский запрет — убить безоружного.
— У джедаев слишком много запретов, — поморщилась Асока, ощущая, как ее легкие начинают гореть внутренним пламенем. — Одним больше, другим меньше… Кому какая разница? Я — не джедай, а ты, после того, что ты сделал…
Призрак подошел к ней вплотную.
На хорошо знакомом молодом лице отчетливо можно было заметить скрытую боль и сожаление.
— Я не горжусь тем, что произошло по моей вине, когда я стал ситом, — произнес он. — Палпатин одурачил меня, использовал, сделал моими руками то, что хотел. Это не делает мне чести, но, так же, не является оправданием. Я поверил не тому человеку.
— Почему? — сжала губы Асока. — Почему ты пошел против джедаев?
Энакин посмотрел куда-то сквозь нее, как будто заглядывал в место или время, где и когда ее не было рядом.
— Семья, — произнес он, вновь фокусируя взгляд на своем бывшем падаване. — Я сделал это ради семьи.
— У джедаев нет семей! — возразила Асока.
Энакин посмотрел на бесчувственное тело своего сына, потом вернул взгляд на бывшего падавана.
— Люк не Силой зачат, — нахмурившись, произнес бывший джедай. — В программу подготовки падавана это не входило, конечно, но… Ты достаточно взрослая девушка, чтобы понимать откуда берутся дети.
— Даже после смерти ты большая задница, Скайрокер, — фыркнула Асока, стиснув зубы от боли, которую испытывала.
Темная Сторона беспощадна — даже к тем, кто ей служит. И в этот момент времени, Тано как раз была и слугой, и повелителем Темной Стороны. Как и учил ее Дарт Вективус.
— Как я уже сказал — нет нужды развеивать мой Призрак прямо сейчас, — произнес Энакин. — Стереть меня из галактики своим жертвоприношением… Это по-джедайски было бы верно. Но, ты ведь не джедай, не так ли?
Асока многое хотела возразить… Вот только даже собственные голосовые связки ей не подвластны были уже.
Взвесив все «за» и «против», Асока отпустила ураган Силы, что призвала всего несколько минут назад.
— Мне нужны ответы! — потребовала она, чувствуя, как ее тело начинает разрываться от боли. Но не от ощущения, что ее распирает изнутри, а, наоборот, от опустошения.
— Тогда, стоит начать задавать вопросы, — предложил Скайуокер, снова посмотрев на своего ребенка. — Знаешь, Призраки не могут проводить в реальном мире столько времени, сколько им угодно. Вероятно, ты хочешь знать о какой семье я говорил, как о причине перехода на Темную Сторону Силы?
— Не угадал, — фыркнула Асока, едва сдержав стон — кажется, у нее лопнули от перенапряжения капилляры в левом глазу. — Раньше я только подозревала, что сенатор Амидала не так проста, как хочет казаться. Но, сейчас вполне все знаю. Она была твоей женой, а Люк, — тогрута указала на бесчувственное тело своего недавнего противника, — и Лейя — ваши дети.
— Любопытно, — погладил подбородок Энакин. — И откуда ты это знаешь? Я унес тайну имени моей жены в могилу. Записей нигде не осталось. А документальные свидетельства нашей свадьбы были надежно спрятаны…
— Траун, — коротко пояснила Асока, прикусив щеку изнутри. О, Сила, как же больно… Легкие будто сдувшийся мешок… В прошлый раз такого не было. Правда, по сравнению с Призраком Скайуокера, Экзар Кун излучал гораздо меньше Силы. А, чтобы уничтожить Призрак, требовалась Сила, как минимум соответствующая той, что излучал Призрак. И совершенно противоположная по «полюсу».
Поскольку сохранение своего сознания в Силе являлось преимущественно джедайской методикой, то, немудрено, что контрмеры разработали именно ситы. Правда, Вективус утверждал, что у джедаев несомненно есть схожая техника, ибо ситы древности так же могли сохранять свое сознание после смерти. Как-никак, а он сам являлся Призраком.
— Любопытно, — прищурился Скайуокер. — Гранд-адмирал сильно… изменился за последние два года.
— Это ты еще о чем говоришь? — насторожилась Асока.