Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

Ровно такая же истина, как и то, что у любого есть предел, даже у джедаев.
Даже у Люка Скайуокера, как бы он не медитировал.
Слишком много боли, слишком много ужаса, разочарования, надежды, страха, отчаяния… Он пережил все это, пропустил через себя — как через органы чувств, услышав о каких-либо нападениях имперцев, так и через Силу, когда он становился непосредственным очевидцем и мог прочувствовать из беспощадную ярость сквозь незримую энергию…
Его одиночество было абсолютным, бесконечным и безмятежным. Он был в Силе, и в то же время оборвал любые ментальные контакты, какие только могли его связывать с живущими ныне разумными.
Имелся большой соблазн ментально попробовать достучаться до Лейи, заверить ее, что с ним все в порядке, что он сам выберется из плена Империи. Но, он прекрасно понимал, что сестру не остановить никакими заверениями. Она просто не поймет, что он в состоянии, ценой всех своих усилий, попробовать вырваться на свободу с борта этого корабля.
Вот только пребывание здесь превращалось для него в необходимую тренировку сопротивления Темной Стороне Силы. Чем больше зла, совершаемого адептами Темной Стороны, случалось в этой галактике, тем больше и лучше он мог понять природу разумных, являющихся врагами джедаев.
Понять, не пересекая ту зыбкую грань, что разделяла Темную и Светлую Стороны Силы. Понять врага, но не стать в процессе одним из них.
Такова его цель, в этом причина его медитаций.
Но неожиданно все изменилось.
Его вновь разбуженные чувства оповестили Люка о чьем-то присутствии за пределами его каюты-темницы. Звук, который он осознал не сразу, был его собственным именем. К тому моменту прошло уже много дней с тех пор, когда он в последний раз что-то говорил.
Он сконцентрировался, вызывая свет.
Длительная медитация вызвала дезориентацию, зрение расфокусировалось, но довольно быстро восстановилось. Так же как и состояние отечности во всем теле, Люк начал изгонять этот недуг при помощи Силы. Такому трюку он научился очень давно, но в то же время никогда прежде столь часто его не применял.
Как он и предполагал, в дверях его каюты-тюрьмы расположился Кэм Солусар. Адепт Темной Стороны Силы стоял, опершись плечом о дверной косяк, наблюдал за тем, как Люк выходил из позы для медитации.
Медленно, чтобы не травмировать затекшее тело и тем более не грохнуться на пол от перенапряжения.
— Тебе еще не надоело? — спросил его Солусар с удивлением.
Люк натянуто улыбнулся.
— Не понимаю о чем ты: как может надоесть самосовершенствование в Силе? Чувствовать ее дано нам с рождения, так что таланты следует развивать…
— Чтобы служить Императору, — быстро закончил за него, как он сам подумал, Солусар.
— … чтобы способствовать миру и процветанию галактики, — завершил свою мысль Люк, поднявшись на ноги. — Служение Императору не входит в в эту категорию ценностей джедая.
— Потому что ты все еще думаешь, будто ты джедай, — покачал головой Солусар. — Это не так, Люк Скайуокер. Ты и твоя семья отмечены Темной Стороной. Все, чего вы касаетесь, все служит Темной Стороне и укреплению ее величия.
— Если тебе так будет удобно, то считай так, — нейтрально ответил Люк. — Я стремлюсь к тому, чтобы делать благо, как…
— Как и твой отец? — усмехнулся Солусар.
— … как и должно быть, — продолжал стоять на своем Скайуокер. — И сколь бы ты ни пытался, тебе не удастся заставить меня перейти на Темную Сторону, не удастся заставить служить Императору.
— Да, что-то такое я подозреваю, — хмыкнул Кам. — Но твоя вера в собственную праведность даже забавляет. Особенно смешно видеть твои попытки использовать свои фрагментированные знания о Силе, чтобы поддерживать свою джедайскую идеологию.
— Фрагменты складываются в единое целое, — резонно заметил Люк.
— Но не в твоем случае, — возразил Солусар. — Ты разбит, сломлен, держишься исключительно на упертости.
— Семейная черта, — улыбнулся Люк. — Мы похожи, ты и я. Оба настойчиво идем к своей цели.
— Вот только я не разбит, — резко заметил член Элиты Темной Стороны. — Мое обучение путям Силы завершено. В отличие от твоего.
 
— Я не думаю, что когда-то имел в душе целостность, — Люк печально улыбнулся. — Куски моей жизни разбрасывало штормом до того, как я получал шанс собрать их вместе. И каждый недостающий кусок, который я нахожу, полностью меняет картину. Я был один, появилась Лейя — моя сестра. Я был сиротой, потом нашел Дарта Вейдера — моего отца.
Он грустно огляделся.
— Я хотел пойти в школу, только чтобы покинуть ферму. А потом появился наставник моего отца и научил меня секретам Силы, о которой я даже не подозревал. Я был приемным сыном фермера, живущего на краю Галактики, рядом с пустотой. У меня появился световой меч и враги — могущественнейшие люди в Галактике, которые хотели видеть меня мертвым. Теперь же, мой враг делает все для того, чтобы я служил ему, чтобы занял место отца.
Люк снова посмотрел в глаза Солусару.
— Я убивал клонов Императора под сотню раз. Я отточил свое мастерство в обращении со световым мечом, противостоя Палпатину. Я научился противостоять соблазнам. Я вижу в тебе свет, Кэм Солусар. Я знаю, что глубоко внутри, ты не принял Темную Сторону всем сердцем. И это шанс для меня вернуть тебя на Светлую Сторону Силы.
— О, так у нас соревнование, — негромко рассмеялся Кэм. — Я пытаюсь перетянуть тебя на Темную Сторону, а ты меня — на Светлую. Но ничего не получается ни у кого из нас.
— Рад, что ты признаешь бесполезность своих действий, Кэм, — наклонил голову Люк.
— Я констатирую бесполезность твоих, — раздраженно произнес Солусар. — Впрочем, ничто из этого уже не важно, Люк Скайуокер. Настал тот момент, когда наши с тобой занятия уже не смогут продолжаться.
— Прибыл флот для сопровождения «Затмения» обратно на Бисс? — уточнил Люк, вздрогнув.
Все это время, пока звездный супердредноут скрывался в недрах Осколка моффа Гетеллоса, экипаж «Затмения» пытался привести корабль в более-менее пригодное для перелета состояние. Но полученные повреждения были настолько сильны, что основной гипердвигатель, главная реакторная установка, главный калибр и так далее, не могли быть восстановлены даже по аварийным протоколам.
Нужна была верфь, и чтобы одинокий и избитый супердредноут, лакомая цель для всех, кого уже успела обидеть Империя, сумел до нее добраться, Империя отправила целый флот для защиты одинокого корабля.
Ох, как же он надеялся на то, что Республика или Альянс перехватят эти корабли и уничтожат, лишив Солусара надежды, а Палпатина — одного из его дьявольских орудий террора.
— Флот прибыл, — медленно озвучил подтверждение Солусар. — Но не тот, на который я рассчитывал.
Люк внутренне обрадовался, но в то же время насторожился.
Если это не флот Империи, то чей же, раз Кэм Солусар настолько сильно взбешен и разочарован?
— Ты был прав, Люк, говоря о том, что ты важен для Императора, — произнес Солусар, снимая с пояса свой световой меч. — Но ты переоценил себя. Гораздо больше, чем завербовать тебя, Императору потребно не допустить твоего служения его врагам. Сильные враги — это то, что меньше всего ему сейчас нужно.
Люк отвел руку в сторону и притянул к себе лежащий на тумбочке собственный световой меч.
— Чей флот прибыл? — спросил он, запалив изумрудный клинок своего оружия. Посмотрев на сияние чистой энергии, он отключил оружие, встав в защитную позу. Драка — не всегда правильный выбор.
Но диалог… У него уже есть некоторый опыт переубеждения: его отец. И есть провал в дипломатии — обезумевший К’баот.
Кэм Солусар — это его третье испытание. Если он сможет переубедить его, то это будет знаком, что главное оружие джедаев — слово и мудрость.
Если же нет… Ему еще многому следует научиться.
— Не следовало мне использовать гравитационные проекторы для того, чтобы затормозить флот, — грустно улыбнулся Кэм. — Я перестарался, подумав, что лучше дать неправильные координаты…