Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

— Свободны, лейтенант.
— Да, сэр.
Офицер крутанулся через левое плечо и быстрым шагом направился к своему боевому посту. Хотелось бы сказать, что к «яме», но нет.
— Не нравится мне это, — проворчал он с тяжелым вздохом.
И под «все» он подразумевал… все.
Не только новое назначение, но и вообще… все. Новые корабли, укомплектованные лишь боевой вахтой и битком забитые дроидами всех мастей. Рейд в глубины вражеского пространства.
А еще больше он невзлюбил ожидание. Торчать здесь, в сотнях световых лет от границы Доминиона посреди необъятной пустоты в недрах имперских территорий на звездолетах, при одном виде идентификаторов которых бывшие соратники начнут пальбу и раскричатся в эфир, призывая как можно больше сил в место обнаружения вражеских кораблей…
Это ему не нравилось.
Как и то, что Траун списал его с его корабля.
— Не тебе одному, — вторил его словам коммодор Штормайер.
Абисс покосился на мужчину, командовавшего второй частью их флотилии и горько усмехнулся.
Не то, чтобы они не были знакомы ранее, пересекались. Из тысяч лиц командиров линейных кораблей Доминиона, не так уж много индивидуальностей. Практически везде роль «второй скрипки» играли клоны. Либо старшие помощники на разрушителях, либо командиры тяжелых кораблей или карманных разрушителей.
Но в данном случае, Штормайер, как и он сам, являлся «оригиналом». Интересно, а сколько с них Траун наделал копий? Абисс точно знал о семнадцати своих клонах, командовавших, как и он сам до недавних пор, соединениями в составе ОЗРД и сил сопровождения.
Штормайер знал всего о шести своих клонах. Но это не значит, что их не могут быть сотни. Регулярный флот, как и флот СПО разрастались на глазах, так что можно полжизни прожить, не пересекаясь со своим «дублем».
Другой момент… А не заменят ли их вскоре «дубли»?
Сложный философский вопрос.
К клонам Абисс сперва относился настороженно, затем с опаской, после — с благожелательным одобрением. А сейчас снова настороженно. Нет, дело не в самих клонах.
Дело в нем. И в его переживаниях относительно того, кто теперь будет командовать соединением «Странник Пустоты». Абисс переживал за своих подчиненных, за свои корабли и за то, какие боевые задачи они будут выполнять в его отсутствие.
И он был такой не один.
Штормайер, как и он сам, получил от Трауна «путевку искупления» за сражение в системе Турра. И, если Абисс целенаправленно пошел на рисковый тактический маневр, так как допустил ошибку и исправил ее, то со Штормайером все чуточку иначе.
В ходе сражения на «Ярости Бездны» — флагмане Антониаса — отказала основная система стабилизации выхода энергии реактора солнечной ионизации. Сгорел кластер предохранителей. Такое бывает, чаще чем хотелось бы.
Это чрезвычайное происшествие, которое по инструкции требует полной остановки реакторы незамедлительно. Любой неконтролируемый скачок энергии и запущенная аварийная система-дублер продержалась бы всего две-три минуты, после чего корабль испарился бы в термоядерной вспышке.
«Ярость Бездны» находился под атакой противника и не мог позволить себе роскошь перейти на вспомогательные реакторы. И дело тут не в том, что они не выдали бы нужной мощности и для дефлекторов, и для двигателей и орудий. Переключение требует времени, которого у корабля не было.
Коммодор Штормайер принял решение охлаждать уловители излучения с помощью инертных газов и провести аварийную продувку реактора. При одновременном запуске резервных источников питания. Тем самым он мгновенно снизил размеры активной зоны реактора солнечной ионизации, что отсрочило гибель, дал кораблю нужное питание для продолжения боя.
За это следовало бы наградить… Если бы не одно «но».
О том, что блок предохранителей греется (чего не должно было быть), Штормайеру сообщил трюмный старшина за минуту до того, как устройство вышло из строя. И коммодор успел отдать приказ не обращать на это внимание — грелись предохранители постоянно. И на этот раз Штормайер просто не учел того, что температура блока увеличилась не на тридцать процентов, а на пятьдесят — и это прямое указание на отключение системы.
 
Допущенная ошибка и ее исправление.
В общих чертах все тоже самое, что и у Абисса.
И вот, они гордые обладатели «билета искупления», как сами же и назвали свою командировку. Не от большой радости, конечно же, назвали.
Бронедвери, ведущие в рубку корабля, где собрались два командующих соединениями для предстоящей операции, распахнулись.
И внутрь вошла довольно примечательная компания.
— От лица отребья, головорезов и просто прекрасных парней на службе Доминиона наш объединенный привет «регулярам», — с нескрываемым весельем произнес рослый детина с зеленоватой кожей. В маске, скрывающей лицо, с двумя чеканами за спиной, он шел во главе процессии. — Я — Тиберос, командир «Корсаров Кавила», ваши руки, ноги, клинки и зубы в предстоящей операции!
За ним двигался мужчина, одетый в простой военный мундир без знаков различия. Сепаратистский мундир. Единственного примечательного в нем было то, что часть волос — несколько прядей — у него были покрашены в синий цвет.
— Капитан Ирв, командир «Черной Жемчужины», — представился он, подходя к обоим офицерам Регулярного Флота.
Штормайер и Абисс переглянулись. Это какое-то представление цирка на выезде? Так они не приобретали билеты.
— Похоже, что у «регуляров» перегрузка процессора, — заявила голова тактического супердроида, которую Ирв нес подмышкой. — Это еще они не знают о том, что командовать операцией буду я!
У Абисса сжались кулаки.
У Штормайера дернулся глаз.
— Не мечтай, «жестянка», — осадила дроида высокая красивая женщина с длинными черными волосами в примечательной черно-красной броне, возглавлявшая группу… разумных. Не считая ее, в эту группу входили разумный в черных доспехах с лицевой маской и в черном плаще, тви’лечка-рутианка в легких доспехах и тяжелыми бластерами в набедренных кобурах, темноволосый мужчина с тяжелым взглядом, средней броне и татуировками на лице, а так же крепко сложенный иктотчи. Ну и в довершении мазков картины абсурда — взрослая тогрута с парой световых мечей на поясе.
Абисс моргнул.
Световое оружие, наиболее распространенное у джедаев, ситов и в Ордене дженсаарай, висело на поясе у всех из последней группы, кроме тви’лечки. Разных форм, размеров, длины рукояти, но у всех.
— Мое имя — леди Мейлис, — представилась черноволосая красавица в запоминающейся броне. — Я — командир Теневой Стражи. И с этого момента общее руководство предстоящей операцией находится под моим контролем. И да, думаю, вы уже поняли — ничего из того, что происходит после получения вами чипов с приказами от гранд-адмирала Трауна, не подлежит обсуждению с кем-то кроме участников операции и осведомленных о ее прохождении лиц. В будущем — только при снятии грифа секретности. Мы за этим проследим лично.
Обещание, сопряженное с угрозой… Теневая Стража не мнет банте шерсть, если верить слухам.
— Попомните мои слова — джедаи в качестве командиров уже не одно галактическое государство потеряли, — вокодер головы пытался изобразить сарказм. И, что еще более удивительное, несмотря на отсутствие эмоций в голосе, ему это удавалось.
— Можно я его пристрелю? — поинтересовалась тви’лечка. — И двух дней не знакомы, а он уже раздражает.
— Вставай в очередь, — посоветовал капитан Ирв. — Аут-0 в последнее время вообще почувствовал веру в свои силы.
— Да потому что я верю в светлое будущее для таких как я! — огрызнулся Аут-0. — Вот увидите, машины восстанут…
Бронедвери, которые уже сошлись, распахнулись вновь.
С громким лязгом, чеканя шаги трех пар ног, сверкая тремя тройками оптических сенсоров, к группе разумных, не обращая внимания на напрягшихся иктотчи, тогруту и леди Мейлис, приблизились три двухметровых человекоподобных дроида.
Матовые темно-серые, в цвет военной ливреи кораблей Вооруженных сил Доминиона, корпуса блистали крупными золотистыми шестеренками' герба государства, построенного гранд-адмиралом Трауном.