Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

В полном молчании она покинула кабинет главы Новой Республики.
Посидев в тишине несколько минут, Борск Фей’лиа достал личный коммуникатор и набрал одному ему известную частоту.
— Началось, — коротко произнес он в тот момент, когда раздался щелчок, знаменующий установление линии связи. — Не смей подвести меня. Если Асир справится…
— Не извольте беспокоиться, господин Президент, — раздался голос на другой стороне. — Не справится. Обо всем уже побеспокоились.
Еще один щелчок ознаменовал завершение короткого сеанса связи.
* * *
Пребывание на базе флота для каждого звездолета проходит индивидуально.
Кто восполняет запасы. Кто-то проводит разной степени «тяжести» ремонт, у кого-то происходит ротация экипажа, наземного контингента, военной техники, доукомплектование авиагруппы, его замена.
На некоторых кораблях меняют активную зону вспомогательных реакторов, если та выработала свой ресурс или получила повреждения в бою.
Причин нахождения на базе великое множество.
Но «Марут» в настоящий момент относился к категории звездолетов, которые находились на флотской базе сразу по нескольким причинам.
Тыловая служба проводила замену авиагруппы. Активное использование TIE-перехватчиков приводило к получению ими повреждений. Несмотря на то, что корабельные мастерские вполне справлялись с тем, чтобы починить практически любую неисправность, а запасных частей в трюме было достаточно, чтобы собрать из них сразу пару новых эскадрилий, регламент есть регламент.
Невозможно бесконечно чинить технику, которая получает повреждения. Однажды количество боевых «ран», которые понесла авиагруппа, перейдет в качество. И, нет ничего глупее, чем потерять своих пилотов из-за того, что количество отремонтированных частей летательного аппарата превысило допустимую норму.
Да, имелась определенная норма, соблюдать которую было обязательно. Исключения — лишь критически опасные ситуации.
Но, в данный момент ничего подобного не происходило, на границах тишина, после Турры флот разошелся по многочисленным базами занят «наведением порядка».
Поэтому, со складов военной базы требовалось принять необходимые запчасти, отдать старые TIE-Перехватчики и получить новые. Последние, естественно, уже проверены тыловой службой флота, в сопроводительном файле имеются отметки о технической исправности каждой машины. И завизировано это ответственным за приемку МЛА инженером на заводе, ответственным приемщиком от Вооруженных Сил Доминиона, технической службой военной базы, а так же старшим механиком самого «Марута». Многоступенчатая система проверки качестве сборки машины гарантировала, что на каком-то из этапов возможные дефекты будут выявлены. И тогда тот, кто этого не сделал сознательно или по недосмотру пропустил, будет иметь бледный вид в «просторных следственных кабинетах СГБ».
Второй колонкой визирования шли отметки от летчиков-испытателей завода, приемочной комиссии Вооруженных Сил и группы перегона машин с военной базы. Если первые специалисты осматривали техническую часть, то вторые — ее соответствие заявленным требованиям и показателям самой машины.
Оланд не сомневался в том, что как только пилоты его звездного разрушителя протестируют машины самостоятельно (чем они сейчас и занимались), можно будет принять TIE-Перехватчики к службе на борту его корабля.
А пока…
«Маруту» предстояло проделать колоссальную работу в тылу.
Техническая бригада и тыловая служба «Марута» бегала по палубам, высунув языки. Они уже практически не стеснялись командира корабля и перешли на общение со своими коллегами с базы на более емкую, но непечатную лексику. Капитан Оланд делал вид, что его больше интересуют контейнеры с боеприпасами, которые в настоящий момент выгружали из недр транспортного челнока.
Вообще-то подобной работой должен заниматься старший офицер корабля, но на «Маруте» он сейчас новичок. Прежнего помощника Оланда по результатам его действий при Турре повысили в должности, передав под его командование один из тяжелых крейсеров типа «Мститель».
 
К сожалению, последний входит в группу сопровождения и прикрытия другого звездного разрушителя, так что продолжить совместную службу не выйдет. Впрочем, новый старпом, клон, довольно толковый парень. С процедурой приемки знаком, руку на пульсе корабля и соединения держит.
Однако, пока что он просто наблюдает за тем, как Оланд делает его работу. Таково уж правило научения в Вооруженных Силах Доминиона: сперва покажи, потом долго тренируй и только затем спрашивай как с понимающего. Чему бы старпома не научили в Академии, на данный момент он должен смотреть и запоминать.
— Майор, — за своими мыслями, Оланд едва не упустил одну деталь. — Это ведь контейнеры с противо-корабельными ракетами?
— Да, сэр, — офицер из тыловой службы базы стоял рядом, сверяя по своей деке маркировку и наполнение каждого контейнера, который выгружали. Сперва ударо-устойчивые ящики спускали на палубу главной посадочной палубы, после чего происходило их вскрытие с предварительным осмотром пломб и защитной маркировки. После чего старший специалист тыловой службы от базы и его коллега с «Марута» осматривали содержимое контейнера, сличая инвентарные номера на боеприпасах с теми, что указаны в сопроводительных документах. Ну, и, соответственно, происходил визуальный и сканирующий контроль боеприпаса на предмет неточностей и повреждений.
В отличие от МЛА, с этими изделиями Доминионского ВПК не получится поработать по программе «Садись и испытай».
— Эта маркировка мне не знакома, — Оланд указал на цифро-буквенное обозначение партии. — Они противо-корабельного калибра, но не те, что мы получали до этого.
Половина боезапаса уже погружена и в настоящий момент поступили неизвестные боеприпасы. В то, что тыловики могли где-то что-то перепутать, Оланд не верил. Коносаменты на боеприпасы он получил заблаговременно, однако… что ж, он только что показал своему старпому, что бывает, когда ты не всегда читаешь номенклатуру внимательно.
— Сэр, это спецбоеприпасы, — майор с базы посмотрел на него с удивлением. Ну да, конечно, он-то считает, что командир «Марута» знает сопроводительные документы наизусть. — Пункт третий сопроводительных документов.
— Момент, — Оланд внутренне выругался. Не самый лучший пример он подает своему новому старпому.
Командир на корабле — это существо, первое после Небожителя. Командир, который не знает ответа на любой вопрос, не знает своих подчиненных, свои грузы, сильные и слабые стороны своего звездолета — «не командир, а капитан».
Смысл шутки заключался в том, что на военном корабле именно командир командует экипажем и звездолетом. А в гражданском флоте его называют капитаном. И требования к последним откровенно «пожиже».
Есть даже присказка-угроза, применяемая старшими по званию к своим подчиненным: «Да я тебя за такое сгною на фрахтовике!». Ну, тут смысл, естественно, понятен.
— Сэр, — к нему обратился старший помощник. — Я узнаю эти обозначения. Они совсем свежие, не более чем как неделю назад поступили на вооружение, после завершения испытаний. Нам успели о них рассказать перед выпуском из Флотской Академии.
Каким бы ни был гением тот, кто стал донором для клонов, последние в любом случае проходили необходимое обучение в специализированных учебных заведениях Доминиона. Старший помощник лишь как три дня назад выпустился и сразу получил распределение на «Марут».
А на звездные разрушители, да и вообще крупные линейные корабли на такие должности рядовых выпускников не направляли. Да, бывали случаи, когда клоны выдающихся доминионских офицеров сразу же вставали на должности, аналогичные должности оригинала, но это происходило лишь тогда, когда клоны, пройдя соответствующее обучение, получали подтверждение квалификации.
А, следовательно, они проявили себя прекрасно как в теоретической подготовке, так и в практических условиях. По факту это обозначало то, что выпускники параллельно с обучением «оттрубили» минимум несколько месяцев на кораблях СПО в соответствующих должностях.