Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

Спасибо эволюции чиссов за то, что их глаза красны и лишены зрачков. Иначе бы я точно себя выдал тем, что… Нет, я не забыл про Мару Джейд и нашего ребенка. Я упустил из виду сроки… А ведь Рукх сообщал…
— Верно, — невозмутимо сказал я. — Однако, было бы не вежливо в присутствии одной девушки говорить о другой.
— Вы как всегда проницательны, гранд-адмирал, — в глазах Айсард появились озорные чертики. А лямка кроваво-красного пеньюара сама собой спала с плеча…
  
Глава 103
 
Десять лет, девятый месяц и девятнадцатые сутки после Битвы при Явине…
Или сорок пятый год, девятый месяц и девятнадцатые сутки после Великой Ресинхронизации.
(Один год, пятый месяц и тридцать четвертые сутки с момента попадания).
Кая выбрала наиболее чистую поверхность ближайшей мягкой мебели. Ее избранником оказалось большое кресло, оббитое довольно простой кожей — на вид довольно дорогое, если не знать, что это искусная выделка не каких-то там премиальных животных, а всего лишь шкура банты, прошедшая несколько обработок.
Довольно типичное производство, привлекающее тыловые службы штаб-квартиры за счет своего довольно презентабельного вида и низкой цены. Недорого и со вкусом — главное правило доминионских тыловиков.
Немудрено, что именно такая мебель находится на станции, которую построили доминионцы.
Кая опустилась в кресло и одарила хозяина станции КБ-47 внимательным и несколько злым взглядом.
— То есть все вот это, через что я прошла, пока добралась до твоих покоев — твоих же рук дело? — уточнила она.
— Ну… отчасти, — молодой кораблестроитель явно стушевался. И что-то подсказывало Хьюррик, что парень явно в курсе того, как проходил ее путь сюда. — Я не отдавал приказа нести тебя сюда — просто сопроводить и…
Точно в курсе.
— Спишем на эксцесс исполнителя, — обсуждать то, что она сверкала форменным задом на всю станцию, девушке не хотелось. — У меня куча вопросов. Что это за станция? Почему она секретная? Как она у тебя вообще появилась? Зачем здесь нужна я и корабли, которые со мной прибыли? И это так, затравка.
— КБ-47… — Александр замялся. — Ну, мне ее отдали по завещанию кораблестроителя Зиона. Он ее построил, и КБ принадлежит ему. Принадлежала, — поправился парень. — Теперь она моя.
Нормальный такой подарочек. Нет, девушка ничего не имела против, просто… Из того, что она слышала про покойного кораблестроителя с непомерным эго, такой жест… Скорее всего не в его стиле.
— Хотелось бы услышать историю полностью, — сказала Кая. — Потому что на станции находятся «золотые мальчики». И, не знаю, в курсе ты или нет, но они не занимаются частными подрядами.
— Знаю, — сказал Александр, оглядевшись в поисках места, куда бы он мог присесть. Нашел место на диване, сев так, чтобы расположиться напротив девушки. — Штаб-квартира настояла на том, чтобы они осуществляли охрану меня и объекта днем и ночью. После террористической атаки на наши ремонтные доки, меры безопасности усилены кратно. Прости, что тебе пришлось пройти через это. Но таковы правила. Я хоть и хозяин этого места, но выше указки штаб-квартиры не могу прыгнуть при всем желании.
— Хочешь сказать, что все вот эти сканеры были уже на станции к твоему прибытию?
— Да. Но, я смотрел схемы, по которым Зион собрал КБ-47. Изначально их не было. Установили незадолго до того, как нас отозвали с базы по изучению дроидов-истребителей. Смешно, но даже мне приходится проходить все эти сканеры, чтобы к себе в апартаменты попасть.
— Хорошо, допустим, — Кая вздохнула. — Теперь давай по пунктам. Я помню ты рассказывал, что тебя отправили к Мору для того, чтобы вывести из-под гнева Трауна за то, что ты протолкнул на испытания бракованный проект.
— Не то, чтобы бракованный, — смутился Он. — Но с качеством в самом деле проблемы. Однако, если тебе интересно, то мы уладили с гранд-адмиралом все недопонимания. Проект отложили на доработку… Тем более, что даже корабль, который должен был стать площадкой для испытания, теперь уничтожен, — Они тоскливо вздохнул. — А ИЗР не так уж много, чтобы я мог потрошить их и перекраивать. Возможно, что когда-нибудь потом… Если у меня будет время… В чем я сильно сомневаюсь.
 
— Александр! Не отклоняйся от темы.
Кораблестроитель встрепенулся, словно вспомнил о том, что у него имеется большое количество неразрешенных вопросов.
— Да, точно, — он почесал затылок. — В общем… Начать нужно раньше, с того момента как Зион присоединился к Доминиону. Он перешел на службу к Трауну с четким райдером: ему нужна была собственная верфь, где он мог бы творить то, что хочет. Он долго зарабатывал авторитет, доказывая, что способен справиться с любой поставленной задачей, и, в итоге, получил то, что хотел — собственную верфь. Хотя, вообще-то, ему отдали один из орбитальных доков слуисси, как я понял из его записей.
— Записи кораблестроителя Зиона? — уточнила Кая.
— Да, здесь, — молодой кореллианец махнул рукой в сторону многочисленных информационных кристаллов, — полная коллекция его работ, планов, проектов и так далее. Он работал на верфях, а все свои данные копировал сюда. Ну, когда построил это место.
— Построил? — уточнила Кая. — Александр, да такая станция строится не за пару недель! И уж тем более не с зарплаты даже главного кораблестроителя! Она миллионы стоит!
— Да, семьдесят три миллиона, — согласно кивнул Они. — Включая модули, которые еще не были поставлены. Видишь ли в чем проблема — Зион, когда плотно занялся работой на своем орбитальном доке, нашел, что тот не удовлетворяет его потребностям. Поэтому, не знаю насколько достоверная эта информация, опираюсь на его собственный дневник, он предложил вице-адмиралу Пеллеону отдать им обратно орбитальный док, вернув его во владение Доминиона, а, взамен, построить станцию по его собственным чертежам. И, как я понимаю, чертежи-то у него давным-давно имелись. Он просто соединил их в единое целое, с учетом наработок по мобильной станции для обслуживания кораблей крупного размера, которые разрабатывал для «Верфей Куата» в прошлом… я не все еще изучил, подозреваю, что у меня жизни не хватит для того, чтобы ознакомиться со всеми техническими решениями, которые он создал за свою жизнь. У Зиона, при всем моем уважении к личности этого человека и его заслугам, или личной жизни не было, или сна — настолько много всего… Эм, Кая, — обратился он к девушке. — Тебе, кажется, не интересно…
— Напротив, — возразила командор. — Я не встречалась с покойным главным кораблестроителем, но в то же время слышала о нем немало противоречивых слухов. То, что он эгоистичен, едкий на комментарии, абсолютно аморален в общении с кем-либо, но в то же время превосходный профессионал.
— В последнем могу тебя заверить, что так оно и есть, — закивал Они. — А, насчет первого… Да, он бывал резок в своих высказываниях, особенно в критике. Но если научиться его не только слушать, но и слышать… Это давало понимание того, насколько сильно он болеет за свое дело.
— Да кто угодно будет болеть за свою работу, если тебе за нее целый космический док намерены отвалить, — усмехнулась Кая.
— О, дело-то не только в его прагматизме, — горячо возразил Они. — Он в самом деле гениальный конструктор. Я прошелся лишь по оглавлением всех его работ, изучил только основные проекты, но готов, положа руку на сердце, заверить в то, что он работал исключительно в интересах Доминиона. Вот, положим, эта станция, — молодой мужчина развел руками. — Доминион вложил в нее колоссальные средства, но все свои заработки, все свои отчисления за инженерные проекты, за выкуп у него авторских прав на те или иные изобретения, все это вкладывалось в КБ-47.
— Ну так это же его верфь, на которой он мог производить свои собственные изыскания, в том числе и выполнять частные заказы, которые бы наполнили его карманы, — удивилась энтузиазму собеседника Кая. — Вполне резонное стратегическое планирование, как я это вижу.