Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

Сегодня они прошли первые по настоящему боевые испытания. И отменно справились с поставленной задачей.
Перенятое у «Инфильтратора» его наиболее важное техническое качество наши базз-дроиды реализовали великолепно. В прошлом году я проводил опыты в схожем направлении. Но для самостоятельной работы, автономной работы, старые базз-дроиды совершенно не годились.
Они умели лишь разрушать.
А вот от «Инфильтратора» наши базз-дроиды получили принципиально возможную, но построенную на собственной программной архитектуре и аппаратном обеспечении способность подключаться к практически любой электронной системе и управлять ею, включая большие звездолеты.
Дроид «Инфильтратор», как и теперь наши базз-дроиды, обладал способностью полностью отключать все системы, с которыми он вступал в контакт, по сути, делая их продолжением самого себя. Таким образом, он был способен функционировать гораздо более независимо, чем большинство других разведывательных дроидов.
«Аракид Индастрис» никогда не производила его тысячами и большим количеством экземпляров по причине того, что с превеликим трудом удавалось интегрировать его расширенное программирование с базовым у тех систем, к которым он подключался. И, таким образом, возникали проблемы с его главной работой.
Что неприятно.
Мы эту проблему решили.
По крайней мере первые испытания это показали.
Наши базз-дроиды не просто не подвержены контролю со стороны Кронала, но и могут не только физически портить звездолеты. Но и отключать те их системы, вмешательство в которые послужит наилучшим образом для поставленной задачи.
И я совершенно спокоен в том, что Кронал, даже если поймет в чем дело, не сможет ничего сделать. И, тем более, не сообщит об этом Императору.
Он уже вне закона.
Он уже является целью для людей Императора. И с молчаливого согласия Палпатина, Доминион может сколь угодно тратить свое время и ресурсы для того, чтобы разделываться с Кроналом.
Империя не вмешается.
Другой момент, что у Императора свои резоны позволить мне втянуться всеми силами в то противостояние. И меня это не устраивает.
Иронично.
Но, когда я отдавал приказы модернизировать наши корабли, перестраивать их, улучшать, оптимизировать и развивать собственное производство, я в первую очередь думал вовсе не о том, что каждый тип бортового компьютера имперских (да и не только) кораблей знаком Кроналу. И не думал о том, что он с легкостью сможет к ним подключиться.
Бессознательно я до самого последнего оттягивал расширение круга приближенных и оповещенных о всех происходящих в галактике процессах. И так уж совпало, что этот момент пришелся как раз на появление у нас модернизированных ИЗРов.
Чьи компьютеры и системы теперь неподвластны Кроналу.
А те корабли, которые в системе не модернизированы… Что ж, наверняка неприятно ощущать, что из центральные компьютеры отключены, а управляются они созданными в Доминионе улучшенными дроидами и верными клонами.
Инертность мышления, которая стала для обороны системы Турра, роковой.
Инертность мышления, которая раскрыла мне уязвимости в возможностях Кронала.
Что ж…
Еще одна много ходовая комбинация близится к завершению.
И, если я правильно помню график операции, то совсем скоро обитателей планеты Туле и наблюдающего за нашими действиями Кронала, ждет очередной разрыв шаблона.
И, нет.
Это будет не Марг-Сабл.
  
Глава 100
 
Как многие и предполагали, наземная операция на Туле отличалась от таковых, какие Доминион проводил ранее.
Генерал Каин наблюдал за ходом сразу нескольких операций своих подчиненных с помощью тактических мониторов в отдельно взятом отсеке на мостике «Стража».
Примерно как-то так.
Однако, вместо изображения сотен десантных кораблей, что выгружали бы боевую технику и тысячи солдат в штурм-броне, на мониторах в полупустом помещении можно было разглядеть лишь план постройки быстро возводимой базы-гарнизона на поверхности Туле.
 
«Страж» и «Разящий клинок» прекрасно поработали над тем, чтобы превратить оборону противника целиком и полностью в выжженную пустыню. Поверхность Туле и до этого не отличалась сколько-нибудь превосходными и живописными красотами. Сейчас же она в местах атаки напоминала и вовсе бескрайние поля черного цвета.
Максимилиану Кайну не требовалось даже спускаться на поверхность или воспользоваться голокамерой для того, чтобы ознакомиться с современным пейзажем Туле.
Он знал и помнил как выглядят поверхности планет после орбитальной бомбардировки.
Неопытный офицер мог бы подумать, что после того, как тысячи турболазеров обрушиваются на земную твердь, она становится плодородной. Как-то наталкивался он на подобное рассуждение. Дескать, после того, как почва становится угольно-черного цвета, то это означает появление чернозема, а вовсе не запекания ее до шлакообразного состояния.
В «ГолоНете» можно найти миллионы самых бредовых идей.
Но тот, кто знаком с этим процессом, никогда не подумал бы о ситуации так… идиотски.
На этом полушарии Туле ничто, никогда и ни при каких обстоятельствах больше не вырастет. И не сможет поддерживать жизнь. Если тут когда-то и присутствовали бактерии, растения или что-то еще, что обеспечивало цветение цветов, завязку плодов и так далее, то об этом можно с большой долей вероятности забыть навсегда.
Как и с тем, что угольно-черный слой шлака можно «всего лишь сковырнуть» и добраться до плодородного слоя. Нет, конечно, если у кого-то есть время и средства для того, чтобы срывать десятки метров шлака, то, удачи им.
Половина Туле уже мертва и никогда больше не оживет.
Разрушена столица, которая сейчас превратилась в огромное пепелище. Это место до сих пор еще горит и плавится. Обугленные остовы военной техники и руины зданий, сметенных бомбами, ракетами и ударными волнами, тысячи тысяч трупов тех, кто считал свое укрытие непробиваемым…
Черный едкий смог от горящей техники противника делает невозможным, смертельно опасными присутствие живых организмов даже с системами фильтрации органов дыхания, в такой обстановке.
Но, меж тем, Доминион продолжает проводить высадку.
«Страж» и «Разящий клинок» работают по конвейерному принципу, отправляя на поверхность планеты каждую минуту десятки транспортных кораблей с грузом и десантом.
Укрепление плацдарма не утихает ни на мгновение. Вот уже пошло возведение первой внешней линии обороны плацдарма.
Максимилиан дернул уголками губ.
Первой линии обороны. Высадка на планету проходит уже третий час, а они только первую линию обороны возводят. Услышь кто-нибудь из имперцев это без контекста, рассмеялся бы с унизительными шуточками.
По нормативам, принятым Имперской Армией, первая линия обороны мобильной базы, долговременного укрепления, плацдарма и так далее, должна быть возведена буквально в течение первого часа с того момента как на поверхность астрономического тела ступила нога имперского солдата.
В столь небольшом промежутке времени не так уж много несерьезности. Ведь что такое один стандартный час для того, чтобы защитить целую базу? Ерунда на самом деле. Особенно если учесть тот факт, что по имперской доктрине первая линия обороны долговременного укрепления представляет собой линию окопов и траншей, которую выкапывают специальные строительные дроиды. Из оружия тут лишь стрелковое, ручное, да станковое.
К концу третьего часа должна быть возведена уже вторая линия. И вот тут уже появляются различного рода пермакритовые, феррокритовые, дюраплитовые и прочие мобильные блоки быстро возводимых конструкций. Там где первая линия укрепления должна просто связать боем противника, вторая предполагает уничтожение неприятеля при помощи турелей, пушек и еще большего количества пехотинцев или штурмовиков на укрепленных позициях. В ДОТах, например, или пермакритовых «колпаках».