Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

Доминион не мог себе позволить иметь на вооружении силы элитные и силы, укомплектованные лишь вчерашней молодежью. Коллектив, который усреднен от начала до конца, более стоек против неприятеля, чем тот, где есть «перегибы» от лучших к худшим.
А вот в Империи этого не понимали.
И в Силах безопасности Корпоративного сектора тоже не понимали.
Именно по этой причине даже авиация Доминиона причиняла противнику сокрушительные поражения, выводя за один налет несколько кораблей из строя, оставляя их дрейфующими кусками металла на орбите газового гиганта. Где, без маршевых и маневровых двигателей этим «Дредноутам» уготована лишь одна участь — либо сдаться в плен, либо погибнуть, упав в атмосферу газового гиганта, где чудовищное давление, турбулентность и прочие неприятные физические принципы сделают их конец крайне посредственным и быстрым.
Но таков конец каждого врага Доминиона.
Пока есть сила в кулаке — противник будет страдать.
И такие ротации позволяют оставлять силу в кулаках Доминиона очень и очень долго.
  
Глава 98
 
— КДП «Стража», задание понял, — сообщил майор Креб.
Мужчина потянулся к приборной панели, чтобы ввести необходимые координаты в гипердвигатель.
Одновременно с этим, он переключился на общий канал эскадрильи, передавая приказ Верховного Главнокомандующего. Одиннадцать щелчков в ответ — одиннадцать подтверждений.
Все, как и должно быть.
Навигационный компьютер проглотил переданную ему информацию, мигнул контрольными диодами, после чего сообщил о том, что готов выполнить задание. Иного майор от своей машины и не ожидал.
Через какое бы горнило сражений они не проходили, ни один из элементов его звездного истребителя никогда не подводил своего командира.
Раздался короткий зуммер в шлеме — прямой вызов одного из пилотов. И Креб даже знал какого из одиннадцати.
— Хочешь сказать мне, что это плохая идея? — осведомился он у «Мстителя-Два».
— Ты несвежий десерт что ли съел? — удивленно поинтересовалась Диа. — С каких пор я критикую своего лидера?
Креб моргнул. Попахивало ловушкой.
— … но, раз ты спросил…
А, ну да, ловушка.
— Ты же понимаешь, что мы будем дюжиной против ста двадцати машин противника? — уточнила тви’лечка.
— Задача не в том, чтобы убить их всех, — напомнил Креб.
— Да, задачи будет две. Одна от Трауна, вторая — выжить, — хмыкнула Пассик. — Знаешь… Я недолго побыла в роли жены, но как гражданка Доминиона и того меньше.
— Говори прямо, — попросил Креб.
— Просто хотела поинтересоваться, а какие привилегии есть у вдов военных пилотов, — елейным голоском спросила Диа. — Не то, чтобы мне надоел брак… Так, просто, на будущее. Рвущийся в самую гущу врагов муж-каг это горе в семье пилотов.
— Не интересовался привилегиями военных вдов, — признался Креб. — У моих сослуживцев не было подруг.
— Потому что твои клоны редко думают о том, что проживут очень долго, — назидательно произнесла Диа. — Я в чужие планы на жизнь не лезу. Просто намекнула, что, если ты решил лезть в гущу врагов только для того, чтобы не убираться в каюте, то я, так и быть, нацеплю передник и сделаю все сама.
Креб подавил смешок, но от улыбки удержаться не смог.
— Нет, дело не в этом.
— Обещаю, если вернемся живыми, готовить тоже научусь.
— Не наговаривай на себя, — попросил Креб. — Ты вкусно готовишь.
— Да? — заинтересовалась Пассик. — Скажи еще, что тебе нравится черная, как кости Императора, мясная подливка.
— Она… неплоха, — признал Креб. — Только ее мало.
— Потому что большая часть сгорает в духовке.
— Метод проб и ошибок, — равнодушно сказал Креб. — Диа, десять секунд до старта.
— Я знаю, — голос Дии посерьезнел. — А еще хочу, чтобы ты хоть немного проявил заботы о своей машине. В крайний вылет пришлось выбросить скафандр, и истребитель в ремонт отдать. Однажды служба материально-технического обеспечения сговорится с техниками и подадут на тебя рапорт, заставив отработать каждый децикред, вложенный в замену испорченного тобой оборудования. И отправят тебя куда-нибудь в трудовую колонию. А я, знаешь ли, терпеть не могу, когда одна половина койки холодная. Того и гляди, вспомню что я ветреная, непоследовательная и вообще родом с Рилота. Только мужа в кандалы и в колонию, а я уже себе ухажера найду…
 
Да, тогда вражеский луч пробил кабину и прошил его правую руку от локтя до плеча. По касательной, конечно. Но в возникшей взрывной декомпрессии он едва не погиб. Спасли только опыт и запасы гермопены под рукой.
Креб улыбнулся.
Диа, может быть и была довольно легкой на подъем, особенно после того, как окончательно сделала свой выбор и одной ногой едва не оказалась под трибуналом с весьма непритязательными последствиями.
Но как и он сам, его молодая супруга не слишком-то откровенно выражала свои эмоции. Вместо «Я переживаю и прошу тебя быть осторожнее», она готова вывалить на него гору разнообразных, совершенно неправдоподобных причин, по которым он должен понять истинную суть ее слов.
Первое время это его напрягало и очень сильно.
А потом он понял…
Они сошлись не так, как должно было быть. Никакой романтики, никаких ухаживаний, заигрываний. И девушка с помощью внезапно проснувшегося в ней ребенка, старалась компенсировать свалившиеся на нее чувства. Которые она все это время старательно купировала, оправдывала поддельностью, самообманом и так далее.
К сожалению, Креб не знал, как вывести ее на откровенный и прямой разговор. У расы его жены такая особенность — они всё воспринимают в период молодости через призму шуточек с оттенком горчинки.
И здесь вариантов всего два.
Либо отвергнуть ее, оттолкнуть и грубо вывести из такой защитной кожуры в реальность.
Либо помочь девушке понять, что мир ее супруга не против нее. А очень даже «за».
— Вот ровно тоже самое, что ты сказала обо мне, не забудь записать и на свой счет, — произнес он, поддерживая шутливый тон, как мог. — И, да, раз ты мой ведомый, то напомню. Прикрывай меня как следует. Ведь по законам Доминиона, на наследство могут претендовать не только законные и близкие родственники, но и любовницы. И даже те, с кем покойный просто флиртовал.
— Правда-а-а-а? — протянула Диа. — Так и знала, что той смазливой зелронке из техкомманды ты не проблемы с компенсаторами объяснял. Знаешь, что, Креб! Я обиделась! А, раз я обиделась, то сделаю все, чтобы ты сегодня выжил…
— Рад это слышать!
— … и сама тебя придушу!
Навигационный компьютер отсчитал последние миллисекунды и мир перед его глазами растянулся в светящиеся линии.
Ровно для того, чтобы уже через мгновение вернуться в норму.
Майор, отогнавший от себя веселье, посмотрел на контрольный экран. Отлично, все на месте.
— Разделение, — приказал он.
Свободная охота началась.
Попарно машины отделялись от общего строя, закладывая виражи, чтобы рассеяться по пространству.
Справа и слева от них двигались многочисленные цели. Истребители, перехватчики, звездолеты противника. Сверху и снизу, прямо и теперь уже и позади — одна и та же картина.
«Мстители» вынырнули в само центре вражеского построения, а потому тут некого было жалеть. Куда ни глянь — ты окружен врагами. И это даже хорошо — можно использовать весь арсенал. Чтобы не сильно окружали.
Пушки зашлись в танце неизвестной светомузыки. Зеленые энергетические стрелы рвали на куски беспомощные машины противника. Без энергии, без топлива, без возможности пройти ротацию, они предстали перед пилотами эскадрильи «Мститель» лишь как мишени.
У Креба заболел большой палец правой руки. На гашетку приходилось жать едва ли не по два раза в секунду — настолько плотным было количество целей.
Противник использовал стандартное охранное имперское построение — позиционирование в ближнем периметре от корабля-носителя. Ничего сложного в том, чтобы маневрировать между неподвижными целями, уменьшая их количество бортовой артиллерией.