Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

В принципе она довольно спокойно приняла простую истину — дженсаарай не важно кто будет стоять перед ним: сит или джедай. Если этот разумный представляет угрозу населению Доминиона, то он будет повержен.
Ее молодость позволяла ей довольно широко мыслить. И аннигиляцию ситского Храма взамен штурма и смерти тысяч солдат, чтобы в будущем сделать ровно тоже самое, девушка-катар приняла спокойно.
Она была довольно откровенной, пусть и с настороженностью относилась расспросам о своем прошлом. В конце концов она прилетела сюда наблюдать и передать информацию алтиссианским джедаям, а не исповедоваться.
Честно сказать, Дерсен не мог с уверенностью сказать, что девушка вот прям позитивно воспринимает путь дженсаарай, но и отвращения у нее он не вызывает. А вот знания о том, что джедаи прошлого — причем не павшие, а вполне себе члены Ордена — использовали многое из того, что сейчас считается искусством Темной Стороны, ее поражало до глубины фолликул шерсти.
Она переживала перелом своих убеждений, и лучшее, что сейчас мог сделать Дерсен, это не давить и не мешать делать ей собственные выводы. Задачи «завербовать любой ценой» перед ним не стояло. Эта девушка — не все алтиссиане. Даже если она решит стать дженсаарай, не факт, что за ней последуют остальные. Дерсен ставил своей задачей максимально открыто и без прикрас, но с сохранением тайн Ордена, рассказать девушке-катару о том, что представляет его Орден, какие у него цели и задачи, а, так же, методы воспитания и подготовки.
В последних, а именно в насильственности методов отъема детей (как это воспринималось большинством разумных галактики) и отречению от семьи, крылась большая разница между ортодоксальными джедаями и алтиссианами. Но у последних и дженсаарай на эти и многие вещи были схожие взгляды.
Что могло как минимум протянуть между ними ниточку зарождающейся дружбы и сотрудничества. Ведь, не обязательно же поглощать союзника. Не обязательно делать другую школу изучения Силой врагами или конкурентами.
Это война не за ресурсы, не за кредитки или власть.
Это даже не война.
Все, что происходит, это действия, направленные на предотвращение войны между алтиссианскими джедаями и Орденом дженсаарай. Войны, которая, если начнется, то станет смертельной для последних.
Дженсаарай переняли от Темной Стороны простую истину — врагов за спиной не оставляют. И в искупление тоже верить не стоит.
Но там, где есть шанс сделать врага другом, или же не дать ему стать врагом, всегда следует приложить максимум усилий.
— С тобой все в порядке? — поинтересовался Элес, поняв, что он не услышал от Алиссии ни слова.
— Я… — девушка выглядела обескураженной. — Защитник Дерсен, я не понимаю… Это даже не перестрелка, это бойня. Прибывшие солдаты убивают наемников. Вообще всех. Никакой пощады и…
Это явно не показатель сотрудничества между подразделениями противника. Но это может быть и след того, что первые наемники нашли что-то на Туле.
— Видишь кого-нибудь из ситов? — спросил он.
— Никого. Здесь только солдаты.
— Хорошо.
Элес взобрался на холм и устроился рядом с девушкой-катаром. Грохот битвы, взрывы и визги бластеров сливались воедино, заглушая все вокруг. Уши начинали болеть от криков раненных и предсмертных всхлипываний умирающих.
Алиссия оказалась права — это не сражение.
Это бойня.
И он должен понять почему она происходит.
— Эти вторые, которые прибыли, работают как единый механизм, — произнесла девушка. — Как будто регулярная армия гоняет бандитов.
— Будь внимательна, — сказал Элес. — Я сейчас использую Силовой Зрение на максимум и…
И он использовал.
Сила хлынула из него направленным потоком, преодолевая километры, разделяющие его и сражающихся. Словно сигнал сканера, что устремляется сквозь вакуум, чтобы один корабль обнаружил другой.
Элесу хватило всего пяти секунд, чтобы закрыться в Силе.
— С тобой все в порядке? — девушка была обеспокоена тем, что у защитника сбилось дыхание.
Он буквально задыхался от того, что почувствовал.
 
И дело тут было отнюдь не в том, что он прочувствовал каждую смерть, которая происходила на развалинах города. И не в том, что он ощутил десятки разноформатных ящиков с надписью «Артефакты», которые прибывшие бойцы сноровисто запихивали в свои бронемашины.
И даже не в том, что эти ящики пусты, хотя солдаты всеми силами старались показать, что это не так.
Дело было совершенно в другом.
— Нет, я не в порядке, — прошептал Элес, стараясь восстановить дыхание. — Нам нужно убираться отсюда. Чем быстрее, тем лучше.
* * *
Предоставленные защитником Дерсеном сведения можно было бы назвать занимательными по своей сути.
С тем лишь небольшим отличием, что последняя часть данных имела особую прерогативу изучения.
Записи с микро-бинокуляра джедая Алиссии оказались, пусть и местами нечеткими, но вполне информативными.
Вкупе с ощущениями Силы, которые в своем рапорте отразил защитник Дерсен, вырисовывается вполне себе наглядная картина.
Которая порождает несколько принципиальных вопросов, на которые нет ответа.
Однако…
— R7, воспроизведи голограмму записи микро-бинокуляра, — попросил я астромеха.
Дроид, подключившись с информационному разъему, одновременно с проецированием записи, понизил степень освещения в апартаментах до абсолютной темноты. На таком фоне можно было различить каждую деталь записи.
— Воспроизведение на половине стандартной скорости, — приказал я, вглядываясь в детали.
Астромех послушно свистнул и картинка замедлилась.
Алиссия явно не знала что такое панорамная съемка и насколько важными могут быть детали как фигуры, так и фона.
Но отправлять ее «переснимать» события, которые завершились почти двенадцать часов назад, явно невозможно. А возвращать шпионов на планету для того, чтобы отследить поведение элитных солдат, тем более.
Противник этого только и ждет.
Почему я так решил?
Потому что перед нами спектакль.
Нет, не в той части, которая касается уничтожения наемников и рабочей бригады, раскапывающей фундамент Храма ситов в руинах Кезиак-Сити. Представление начинается и заканчивается на том, как прибывшие солдаты, большая часть которых вступила в бой, начинают укладывать в ящики для перевозки артефактов спонтанно разбросанные по площади куски камня.
Более того, среди них есть и куски пермакрита от разрушенной мостовой и зданий. Вкупе с обычными скальниками и щебенкой.
Могло ли быть в них нечто ценное? Вкрапление особых минералов или кристаллы для световых мечей? Да, вполне возможно.
Вот только неприятель собирает породы без какой-то системы. Буквально то, что находится под ногами. Если их цель собрать нечто, что действительно ценно, то противоударные контейнеры с надписью на основном языке «Артефакты», подходят как нельзя кстати.
Вот только тот факт, что собранные в разных местах первые попавшиеся под руку куски породы и пермакрита набраны ровно в том количестве, которое соответствует вместимости ящиков, опровергает тот факт, что это в самом деле ценные образцы. Как минимум этот факт опровергается тем моментом, что поднесший кусок породы солдат, увидев, что больше нет места, просто выбросил его куда подальше.
Так с ценными артефактами не поступают.
Если у солдат стояла одной из задач собрать как можно больше образцов почвы для анализа, то вот те десять больших контейнеров из-под геологического снаряжения очень бы им пригодились. Вот только они так и не были задействованы.
Приходится признать очевидное.
Как бы не был уверен Дерсен в том, что тщательно замел все следы своей диверсионно-разведывательной деятельности, за ним и его подопечной следили. Более того, противник явно знал кем они являются и для какой цели посещают важные объекты.
Стандартная реакция на обнаружения шпионов проста: захватить для допроса и выявления целей, задач и принадлежности агента. Ну, либо убить.