Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

Он плакал.
Подавшись вперед всем телом, он сорвал с себя белоснежную простыню, увидел белую медицинскую униформу, что была на нем надета, схватился пальцами за нее, прощупывая свои конечности…
— Не может быть, — прошептал он, стаскивая тело с койки.
Купи, что должны были быть покрыты металлом, ноги, из которых торчали аугментированные части механизмов, должны были быть покрыты проводами и разъемами для диагностики и подключения периферийного оборудования…
А вместо всего этого он ощущал только теплую кожу. Так же, как и раньше, много-много лет назад…
— Бред какой-то! — произнес он, прислушиваясь к собственному голосу. Это был его голос. Не вокабулятор, к которому он привык, а именно что голос. Такой же, как и у миллионов и миллионов других клонов.
Он огляделся в поисках зеркала, но не нашел ни одной глянцевой или способной на отражение поверхности в палате. Лишь матовая краска, медицинская эмаль, крашенный металл, пластик и ткань. И объединяло их одно: на таких поверхностях даже при большом желании ничего и никогда не увидишь.
Впрочем, есть и другой способ.
Он сорвал с себя рубаху, впившись взглядом в мускулистое тело, покрытое смуглой кожей. Его тело… Их тело!
Чуть подрагивающие пальцы прикоснулись к предплечьям, ощущая мягкость органических мышц под ними. Упругость бицепсов, трицепсов, пресса, грудных мышц… Эластичные суставы и запястья… Все как и должно было быть у человека… Вот только он очень давно уже не был просто человеком.
Его руки схватились за голову, ища многочисленные провода, детали и выводы, но нащупали лишь чуть проклюнувшиеся жесткие волосы поверх гладкой кожи и… Не совсем гладкой. Он нащупал чуть вздувшийся шрам, который опоясывал его голову. Лобная, височные, затылочная часть… Ему вскрыли голову, наршаха им в ботинки!
Но ни малейшего намека на то техническое безобразие, которым он был в прошлой жизни…
Он вздрогнул, оступился и упал, если бы не сработали рефлексы — клон схватился за край кровати и падение превратилось в почти правильно рассчитанное приземление.
Клон вспомнил…
Битва за тайную тюрьму. Приказ атаковать и убивать все на своем пути. Нейроимплант в основании черепа жгло от непрерывного трафика команд из центрального компьютера. Приказ взорвать все…
Бой…
Перекошенное от ярости лицо тогруты, которое он помнил по прошлой жизни. Видел несколько раз…
Почти забытое ощущение забвения, когда она крушила его периферийное оборудование… Привкус смерти, мольба о ней…
Кажется он все же умер. Потому что вновь чувствует, как его тело напрягается не от тщательно рассчитанных электрических импульсов, а повинуясь реакциям мозга… Его биохимия в порядке!
А это уже показатель того, что все получилось.
Он умер.
И, пусть он не жил по мандалорским законам, но, похоже, что все-таки заслужил право попасть в…
— Если это загробная жизнь, то почему тут нужно ходить по нужде? — проворчал он, поднимаясь на ноги.
Организм хотел избавиться от жидкости. Даже более того — он чувствовал реакции организма, которые ни один солдат-клон не должен был ощущать после пробуждения. Но не-клоны рассказывали об этом… Дарман из «Омеги» говорил, что такой «подъем флага» имеет свою биологическую цель…
В углу лаборатории-комнаты он нашел примитивный нужник и справился с тем, что последние годы за него делали механизмы. И даже контейнеры с отходами не пришлось выбрасывать — все происходило естественно.
Приведя себя в порядок, он так и стоял последи комнаты, раздетый, проверяя, не обман ли это. Действительно ли тело живое, и нет ли под этой кожей и мышцами техники…
И оказался настолько увлечен своими изысканиями, что сообразил о причине шипения перед собой лишь после того, как услышал полный сарказма искусственный голос.
— Если вы таким образом хотите показать, что рады меня видеть, то не стоит, — произнесла миловидная, но холодная как кусок бескара, девушка в пышном платье, смотрящая на него снизу вверх. — Меня больше интересуют полупроводники, микросхемы и сервоприводы, а не победа физиологии над гравитацией.
 
Ее взгляд скользил по нему без всякого плотского интереса. Так на них смотрел Повелитель Вейдер… Как покупатель выбирающий продукты в продуктовом магазине. Очень придирчивый покупатель.
Отвратительное впечатление.
Вспомнились каминоанцы, которые смотрели на них ровно так же… Вот только, почему-то ему казалось, что даже Орун Ва, называвший даже лучших из них неполноценными, был добрее.
— Это что еще за голожопый выпасок⁉ — раздался резкий, как свист осколков гранаты над головой голос появившегося из-за спины бросающей в дрожь искусственной красотки человека.
Человека… Клон почувствовал оторопь и радость в одно мгновение. А в следующее он уже сделал быстрые шаги навстречу, раскинув руки. Сдержаться было просто невозможно.
Годы подготовки и дисциплины банально улетели в трубу, словно их никогда и не было. Будто сын встретил давно потерянного отца.
Это была вторая встреча, которую он помнил за всю свою жизнь как ту, которая переполняла его эмоциями.
— Сержант Вэу! — Суровый мандалорец одним скользящим шагом ушел в сторону и коротким ударом кулака пробил в правую почку.
Боль заполнила все сознание клона, рухнувшего на колени. И… еще никогда он не был рад так этой боли.
— Осторожнее с объектом, — сказала искусственная женщина голосом дроида. — Он прошел через операцию…
— Не из подсластителя, не растает, — огрызнулся Вэу, подходя к клоны, который едва мог дышать и без малейшего сожаления наступил на пальцы правой руки, которой он опирался на пол. — Вижу, ты слегка раскис, Дельта-Ноль-Семь. Ну, так я тебе напомню, что мастер-сержант это не та цель, на которую нужно бросаться со своим физиологическим штыком. Понял, сосунок?
— Да, мастер-сержант, — чуть вдохнув, пробормотал РК-1207. — Сэр… Я… Мы умерли?
Тяжелый сапог мандалорца больно ударил по тому месту, на котором клон-коммандос обычно сидел.
— Встать, снайпер! — рявкнул Вэу. — Ты в армии, кусок плоти! Только смерть может тебе позволить нарушать устав и дисциплину. Да и то, отброс, я желаю, чтобы при встрече с Костлявой, ты говорил ей: «Да, сэр, я сдох, сэр!» Понял меня, напрасная трата биомассы⁈
— Да, сэр! — клон вскочил на ноги, подавляя ощущение боли по всему телу. — Клон-коммандос РК-1207 вернулся на службу!
— Не вижу этого, Дельта-Ноль-Семь! — проорал ему в лицо мандалорец. — Тебе была выдана униформа, грязное похотливое животное! Где она!
Удар кулаком в пресс не раз ломал простых солдат.
Но коммандос — это изделие из другого теста.
Дельта-Ноль-Семь даже не шелохнулся, получив первый удар кулаком в живот. Не дернулся он и от второго. На третьем стало больно.
— Полный контакт, снайпер! — рыкнул инструктор. — Две секунды натянуть штаны, пока я не отрезал тебе все, что мешает тебе танцевать со мной, боец!
Сев уложился за половину секунды — больше бы ему Вэлон и не дал бы.
Удар в голову тяжелым ботинком он заблокировал руками, пинок в живот принял на блок рук, закрылся от града ударов кулаками, кувырком ушел в сторону и поднялся, замерев в боевой стойке.
— Отвратительно, банта пууду! — Вэлон, одетый в тренировочный костюм, вытащил из-за пояса короткий металлический стержень, тряхнул рукой и стержень превратился в сегментированную металлическую палку.
— Прекратите! — вмешалась искусственная красотка. — Объект еще не восстановился! Нужны тесты и тренинги, чтобы мышечная память закрепилась…
— Это коммандос или рвота ранкора передо мной? — спросил Вэу, смотря на Сева с налившимися кровью глазами. — Отвечай, отброс!
— Коммандос, сэр! — голос Сева налился привычной солдатской злобой. Без нее нельзя победить. Можно только сражаться и умереть.
— А я думал, что это девочка из пансиона благородных девиц, которая не смогла сама выбраться с Кашиика! — Вэлон наступал, явно намереваясь отходить его этой дубиной. — Кто ползал по тем деревьям, собирая кишки, как какая-нибудь пехотная тряпка?