Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

— Мне тоже не просто, — тихо добавил Пеллеон. Лгать ему не впервой. Не та должность, при которой можно мерить все категориями «хорошо» и «плохо». — Мир, пригодный для заселения… К сожалению, Одасер-Фостин прежде была планетой, где разрабатывалось биологическое оружие. В тех самых руинах, в которых копошился «Консорциум Занна». Нельзя рисковать.
— Я понял, сэр, — выдавил из себя лейтенант.
«Да ни хатта ты не понял», — с горечью подумал Пеллеон, наблюдая за тем, как на поверхности заснеженного мира вырастают огромные столбы пара. Лед и снег испарялись от сотен энергетических выстрелов, обрушивающихся на поверхность планеты ежесекундно. Бомбы, ракеты, заряды…
Потребуется не так уж много времени, чтобы уничтожить поверхность этого мира и сделать его подобием Мустафара. И, скорее всего, даже после этого здесь будет выставлен пост наблюдения, чтобы охотиться за разными искателями наживы или чего подобного.
С тем, что произошло на поверхности Одасер-Фостин почти четыре тысячи назад, никогда нельзя быть уверенным, что оно будет уничтожено. Разве только «Звезда Смерти» в состоянии гарантировать создание среды, при которой дремлющая на планете зараза будет инактивирована.
Зараза, создать которую мог лишь безумный разум.
Имперский проект биологического оружия I71A, известный как Болезнь, был инфекционным вирусным агентом, созданным с помощью силы алхимии ситхов, который атаковал биологические ткани и превращал своих жертв в не мертвых чудовищ.
Разработка его началась примерно за год до Битвы при Явине. Курировал проект лично Дарт Вейдер. Работы поручили научной группе из Имперского отдела биологического оружия и происходили они на борту звездного разрушителя «Вектор». Того самого, который ныне находится в составе регулярного флота Доминиона. А до того, служил под командованием скрывающегося под маской Блэкхоула Сейта Пестажа.
Научная группа должна была создать вирус и превратить его в оружие, которое можно было бы использовать в интересах Империи. Действуя в условиях секретности, ученые воссоздали болезнь под кодовым названием «Черное крыло» и подготовили ее к внедрению. Однако в том же году несчастный случай на борту «Вектора» снова вызвал Болезнь, превратив почти весь персонал на борту судна в кровожадных дикарей, мало чем отличающихся от не мертвых созданий. Собственно, ими они и были.
Зараженные захватили контроль над кораблем и использовали его, чтобы вывести из строя имперскую тюремную баржу, тем самым вынудив обитателей баржи проникнуть на звездный разрушитель и стать добычей Болезни.
Жертвы чумы перед смертью страдали от многочисленных, чрезвычайно болезненных побочных эффектов и посмертно становились безмозглыми чудовищами. Вирус обладал полным самосознанием и использовал нежить для распространения патогена и либо превращения, либо поедания любого, кто избежал заражения. Из-за чрезвычайно высокой скорости передачи и сложности изоляции успешное лечение заболевания было редкостью; хотя можно было предотвратить заражение вирусом путем внутривенного введения антивируса, у тех, кто уже был заражен, было мало шансов выжить. Жидкость, которая свертывалась в телах инфицированных и разносила вирус по всей их анатомии, была не остановима. Многие даже сравнивали ее с легендарной заразой из Неизведанных Регионов, которая выжирала организмы изнутри, используя их кожу в качестве футляра для дальнейшего распространения.
«Ночное Крыло» являлось не самостоятельным проектом.
Лишь воссоздание того ужаса и зверства, которое происходило здесь, на Одасер-Фостин сперва больше четырех с половиной тысяч лет назад. И повторилось примерно через семьсот лет.
Чем дольше Пеллеон слушал инструктаж Трауна, тем больше внутри него билась сумасшедшая мысль: он начинал понимать джедаев, неистово стремящихся к уничтожению всех ситов. Без исключения.
Потому что именно ситы создали то, что убивает живое и превращает его в не мертвое.
Древний лорд ситов, чье имя уже кануло в лету, хотел жить вечно.
Под его надзором была воссоздана академия ситов на Одасер-Фостин, разрушенная во время Великой Гиперпространственной войны.
 
Сит использовал древние наработки и свою изощренную фантазию для того, чтобы раскрыть секреты вечной жизни. И… не раскрыл их. То, что он воссоздал, с точностью повторило последние моменты жизни родоначальника этой мерзкой затеи.
Сперва созданная извращенным разумом стихия убила своего носителя. А затем превратила его в зомби-каннибала.
Пеллеона разбивала крупная дрожь от того, что он слышал.
Один укус, одна царапина, один вдох зараженным воздухом — и разумный превращался в нежить. Это… Это страшнее, чем мозговые черви джеонозианцев. Это во сто крат хуже, чем то, что сделала «Звезда Смерти» и все ее аналоги.
Дарт Вейдер… Никогда бы не сделал этого без позволения Императора. Пеллеон сидел и слушал Трауна, который наглядно и на примерах рассказывал об увлечении Повелителя ситов биологическим оружием. Сперва Фоллен, где из-за заражения биологическим оружием пришлось уничтожить сотни тысяч фолленцев. Из-за чего, кстати фолленец, принц Ксизор, до самой смерти пытался уничтожить Дарта Вейдера. Как жаль, что ему не удалось это сделать.
Потом «Черное крыло». Зараза буйствовала не только на «Векторе» или Одасер-Фостин.
После инцидента с «Вектором», исследования были перенесены на Датомир — через год после Битвы при Явине. И… Там болезнь тоже вырвалась за пределы лаборатории. Целый регион населенного мира стал местом сосредоточения зараженных. Империя попыталась сохранить образцы, «Черное Солнце» и Альянс во главе с Ханом Соло — их уничтожить.
Даже был разработан антивирус, но действовал он не на всех разумных. В итоге заражены оказались даже датомирские ведьмы, из-за чего Империя уничтожила целый клан. Вот только некоторые сумели выжить и научились воскрешать мертвых, управлять ими.
Планета до сих пор страдает от нашествия не мертвых, содержащихся в карантине. Хоть что-то Империя смогла сделать правильно.
Траун рассказал, что леди Барита, та самая датомирская ведьма, что встала на х сторону незадолго до нападения на Камино, сейчас правит на Датомире. И негласно отвечает за то, чтобы все без исключения проявления вируса были уничтожены. Тысячи боевых дроидов и «опасных» штурмовиков дезинфицируют карантинную зону, растворяя химикатами и плазмой километр за километром, тело за телом.
Но хуже всего другое…
Пеллеон вернулся мыслями ко встрече с гранд-адмиралом.
— Образец вируса есть у Императора, — произнес Траун, продемонстрировав один из информационных кристаллов. — Это зашифрованный чип из библиотеки Императора на Вейланде. Мистер Гент взломал его защиту. Мы точно знаем, что Вейдеру все же удалось вывезти с Датомира образец вируса и доставить его Императору лично на Бисс.
— То есть, — Гилад помнил, как стало сухо во рту, а ледяные мурашки пробежали по спине. — Если он окончательно слетит с резьбы, то…
— Он превратит галактику в некрополь, — закончил за обомлевшего подчиненного гранд-адмирал Траун. — Айсард сумела подтвердить имеющуюся у нас информацию. Образец вируса, а так же ключевые ресурсы для его воссоздания у Императора есть.
— Стерилизация целой планеты не поможет против того, что он может натворить, — прошептал Пеллеон. — Они ведь наверняка придумали что-то новое, когда создавали Болезнь и «Черное крыло».
— Именно, — подтвердил Траун. — Но меньшее, что мы можем сейчас сделать — это устранить сам источник заразы. В космосе она не выживает. Только в кислородной среде — по крайней мере исходный штамм и то, что было на «Векторе». Вакуум не просто «замораживает» вирус — он уничтожает его по прошествии некоторого времени в безвоздушном пространстве. Именно поэтому разгерметизация и продувка всех отсеков на «Векторе» позволили Сейту Пестажу захватить корабль — он просто избавился от всех биологических агентов на борту звездного разрушителя и получил корабль.
— Сэр, — Пеллеон тогда посмотрел открыто в глаза своего командира. — А что мы будем делать, если Император воспользуется «Ночным крылом»? Для заражения целой галактики хватит распространить ее на каком-нибудь оживленном мире и… Зараза разлетится по окрестным мирам на кораблях торговцев, путешественников, военных…