Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

— А это и не совпадение. Они имеют силы и желание нас победить.
— Может быть, — согласилась Вентресс. — Вот только сейчас убивать будут уже нас!
— Это мы еще поспорим, — спокойно произнес Эрик. Повернувшись к вахтенному, он произнес:
— Всем силам в системе — боевая тревога!
Рубка «Алого рассвета» мигнула. Яркий свет ходового освещения сменился на темно-алый. Пусть штатный для регулярного флота — синий. Но Эрик имел некоторые преференции в своей карьере.
В том числе и в праве обрубить головы бесконечной гидре стенакского народа, решившего было поквитаться с ним.
Количество вражеских кораблей, прибывших в систему Стенос для уничтожения «Палача Атоана», переваливало за девять сотен. Линейные крейсера типа «Калот» составляли подавляющее количество вражеских звездолетов.
Что ж… Все они здесь и останутся.
За кормой «Алого рассвета» бушевал огненный океан планеты Стенос.
Ровно семь суток, как он и обещал, Эрик выжигал все живое на этой планете. Где бы оно не находилось — на земле, под землей, в земле — все превратилось в воспоминания.
Эта планета больше никогда не станет местом существования чего-то живого. Максимум, что ей суждено, так это превратиться в высосанный до последних крупиц сырьевой мир типа Нклонна.
Но те огненные реки и превращенные в шлак континенты — еще не все, что Эрик намеревался сделать с этой планетой.
Он посмотрел на корабельный хронометр.
Осталось пять минут.
Ровно столько потребуется стенаксам для того, чтобы приблизиться к его флоту на дальность в сто пятьдесят единиц. Прекрасно. У них будут места в первых рядах.
Чего он и Траун, собственно, добивались, размещая в системе дроидов-наблюдения. Это сражение необходимо записать. Не только ради того, чтобы добавить в коллекцию уничтоженных Эриком планет. Не только для предоставления в Академии для изучения молодыми командирами.
Это сражение — испытание. Данные объективного контроля в такой ситуации столь же необходимы, как и победа.
Траун выбрал его, потому что знал, что только ему хватит изощренности и коварства ума, чтобы сделать то, что он намеревается сделать с вражеским флотом.
Эрик прекрасно знал, что экипажи десятков кораблей регулярного флота погибли не просто так за минувшие семь дней. И не просто так они в конце концов отошли со своих позиций, открывая путь внутрь системы, откуда все и началось.
Чем сильнее бьешь агрессивное животное по его наглой морде, тем больше он ярится. Тем больше он намеревается вонзить свои зубы в сонную артерию человека, лишив его жизни.
Эрик и Траун сделали все, чтобы неприятель прибыл сюда максимально обозленным. Надругательство над религией, освобождение женщин-«инкубаторов», убийство детенышей, убийство прилетающих стенаксов, обвинение их в трусости… Да, пожалуй, они сделали все, что могли.
Эрик посмотрел на хронометр, потом на тактический монитор.
После чего скомандовал активировать трансляцию на открытом канале связи. Каждый корабль в системе его услышит.
— Говорит контр-адмирал Эрик Шохаши, регулярный флот Доминиона, — представился он врагам. — Вижу вы, трусы, гизкины сыны, герои убийств беспомощных стариков и детей, все же добрались до меня. Признаюсь, я даже заскучал от вашей бестолковости. Ну, раз прилетели, то, вперед, попробуйте меня взять, грязные животные.
Он отключил связь.
— Сэр, нам поступают сотни вызовов и сообщений, — сообщил ему старший офицер секции связи.
— И что там? — спросил Эрик.
— Преимущественно обещания убить вас особо жестокими способами, — сообщил офицер. — Компьютер еще обрабатывает входящую информацию и систематизирует ее.
— И сколько из них ни разу не повторяются? — заинтересовалась Вентресс.
— Сто сорок два, леди Вентресс, — ответил с разрешения Эрика связист.
— Дилетанты, — фыркнула Асажж, коротко улыбнувшись Шохаши. — Я знаю минимум в три раза больше.
— А если без световых мечей? — поинтересовался альдераанец.
— Эм… — Вентресс показалась сбитой с толку. — Их я вообще во внимание не брала.
Эрик усмехнулся услышанному.
 
Он машинально сунул руку в карман. Нащупав старый хронометр, он вынул его и откинул крышку.
Осталось десять секунд.
Щелкнув устройством, он встретился взглядом с Асажж. Та с некоторым укором смотрела на вещь, которая осталась у него от женщины, которую он когда-то любил.
Запоздало подумав, что это не то, что она хотела бы видеть, Эрик сунул хронометр в карман.
— Привычка, — пояснил он. — Если ты против, то…
— Как я могу быть против того, что у тебя было прошлое до меня? — пожала плечами Вентресс.
— Да, — Эрик был благодарен ее пониманию. Нелегко отказываться от того, что было с тобой в самые тяжелые годы. — Такова жизнь.
— Поправочка, — погрозила ему пальцем датомирская ведьма. — Все, что было до меня — это вообще не жизнь.
Эрик хотел было что-то ответить, но вахтенный прервал его:
— Контрольное время, сэр! Противник на дистанции в сто пятьдесят единиц от нашего передового отряда.
— Вот время и настало, — выдохнул Эрик. — Начинаем.
* * *
Говорят, что подглядывать не хорошо.
Но не в случае, когда разворачивается финальная часть операции, которую я про себя называл «Буря в соседнем скотомогильнике».
Под каким названием это сражение и кампания войдет в историю мне не известно. Но утилизация целой расы выстроена как по нотам.
Стенаксы — это испытательный полигон, на котором необходимо «обкатать» немало нового. Начиная от тактики, заканчивая отдельными техническими и оружейными новшествами.
И сейчас, находясь в двух эшелонах от замыкающих кораблей стенаксов, «Страж» привычно опустошал свои ракетные погреба, выпуская их инерциальным способом в сторону противника.
Тоже самое делал на орбите Стеноса и «Алый рассвет». Находящимся под непосредственным командованием Шохаши двадцати звездным разрушителям первого и второго эшелонов подобное нет никакой возможности сделать — у них в арсеналах имеются только протонные торпеды.
Но не это важно.
Сейчас минное поле из миллионов мин, которыми засеяно пространство в радиусе двести пятьдесят единиц от Стеноса, наводнено смертоносными боеприпасами. Для реализации этих подходов пришлось категорично переработать план минирования.
Но так нужно.
Фактически оборона Стеноса представляла их себя крохотный участок «Периметра» нового образца. Нового, потому что в нем собрано все самое лучшее из того, что мы могли предложить противнику.
— Их слишком много, адмирал, — произнес капитан Пеллеон, комментируя то, что было и так видно. Противник вновь собрал свои силы в «бур», которым взламывал нашу оборону. — Минное поле не уничтожит их всех.
Жертвуя кораблями, чтобы ядро их флота пробилось к кораблям на орбите, стенаксы не останавливались ни перед чем. Потери среди своих их не волновали — они пришли сюда убивать, а не считаться с потерями.
— Всех и не нужно, капитан, — произнес я. — Нам нужно, чтобы они увязли среди мин как можно глубже.
— Пока «Базовые звезды» не займут наиболее удобные позиции? — уточнил командир «Стража».
— Именно.
Когда я впервые натолкнулся на информацию о дискообразных кораблях Хейпского Консорциума, они вызвали у меня ощущение дежавю. Покопавшись в памяти, я понял сходство.
И отнесся к изобретению хейпанцев с положенным вниманием.
Мы не могли бесконечно долго производить или покупать станции орбитальной защиты типа «Голан». Руководство этой корпорации никогда не продаст нам патенты и чертежи на свои самые знаменитые образы технологий. Они уже фактически присоединились к политике остальных крупных корпораций. Нам не продадут даже ржавой заклепки.
Под какими бы «легендами» мы не заходили — руководство и этой корпорации перестало делать вид, что они верят нашим подставным лицам.
Границы Доминиона расширяются.
И нам необходимы собственные орбитальные защитные станции.