Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ)

— Да, сэр, — Пеллеон даже позабавился мысли о том, каким же образом «Страж» намерен атаковать эти звездолеты, если скользит по орбите с головокружительной скоростью.
И вот, они уже подходят к светлой стороне орбиты…
— Регистрируем прибытие наших кораблей, сэр.
— Действия противника? — спросил Траун.
— Противник, — Пеллеон запнулся, читая данные сенсоров. — Сэр, тут какая-то ошибка, похоже…
— Они стреляют в пустоту? — уточнил Траун.
— Да, сэр. Не понимаю… Они что, думают, что «Страж» до сих пор там? — удивился Пеллеон.
— Именно так, капитан, — подтвердил гранд-адмирал. — «Стервятник» или «Стервятники» были на борту «Агрессора». Потому они и спешили уйти отсюда — спасались. Мы заблокировали дальнюю связь и прибыл «Страж», который действовал до этого в Гордианском Пределе и в секторе Спаджа. Противник понял, что началось вторжение и поспешил удалиться, чтобы отразить нападение на другие территории.
— Вы подловили их на маневрах отхода и показали врагам как охотиться на замаскированные корабли, — сообразил Пеллеон. — Они увидели похожую ситуацию и повторили контрманевр, но безрезультатно.
— Все так, — повторил Траун. — А так же мы знаем, что у неприятеля в системе нет больше «Стревятников».
— Потому что они не расширяют границу расстрела пустоты? — осведомился Пеллеон.
— Нет, — возразил Траун. — Потому что без внешнего руководства стенаксы не отличаются грамотностью ведения космического сражения. В противном случае, они не спешили бы навстречу местоположению корабля, который произвел пять залпов из пусковых установок, а отразили они всего три.
До Пеллеона стало доходить. Он сравнил местоположение вражеского флота, прикинул скорость и время свободного полета ракет…
Меж тем уже флот звездных разрушителей принялся обмениваться с противниками ударами на средних дистанциях.
— Сэр, приказать активировать ракеты из второго и четвертого залпа? — спросил Пеллеон.
— Уж думал вы не спросите, капитан, — произнес Траун. — Да, активируйте. Они как раз в тылу наших неугомонных крылатых противников. Облегчим нашему флоту подход к транспортам противника.
— Есть, сэр!
Пеллеон, не скрывая наслаждения, отдал приказ на активацию противо-корабельных ракет. Сотни боеприпасов, получив долгожданную команду и целеуказание, ожили и круто изменив курс, бросились к ближайшим звездолетам противника.
На беду флота стенаксов, последними оказались именно они.
Флот противника, подвергшийся атаке с двух сторон, продержался ровно столько, сколько потребовалось «Стражу», чтобы вернуться к орбитальным конструкциям противника.
— Атаковать звездолеты стенаксов турболазерами и противо-корабельными ракетами, — приказал Траун. — Рулевой, выводите нас с орбиты с оптимальным угловым отклонением. Тормозные двигатели включить на треть мощности. Заложите дугу вокруг орбитальной конструкции и подготовьте десант — мне нужны эти доки.
— Есть!
— Сэр, — Пеллеон обязан был предупредить. — Огонь по гражданским кораблям может быть чреват…
— Гражданские пленники держатся на поверхности, где их используют в качестве инкубаторов, — пояснил Траун. — На корабли доставляют уже новых стенаксов. Их мы и уничтожаем.
— Да, сэр. Разрешите открыть огонь?
— Разрешаю, капитан. Сотрите их потомство в порошок.
* * *
Сегодня в Храме бога Вола наступил долгожданный праздник.
Священное Действо по освобождению сотен и даже тысяч планет от неверных разумных, не знающих радости полета, подходило к своему завершению.
Тысячи и тысячи слабых по всем секторам превращены в священные жертвы ради бога Вола. Их женщины родят новых стенаксов, что наберутся сил и воспарят в небеса своих новых планет.
Но сегодня особенный день.
Могучий стенакс, ветеран многих налетов и грабежей, чье тело с ног до головы было покрыто шрамами — следами старых битв — с нескрываемой гордостью посмотрел на сотни могучих воинов, стоящих перед ним.
Все как один — воплощение мощи, силы и неистребимой ярости.
Лучшие из лучших, цвет и сила их народа, лидеры и предводители.
 
— Сегодня, — старший жрец заиграл мускулами, напоминая, что он заслужил свое место по праву тысячи сражений, — мы собрались здесь, чтобы пред ликом нашего бога плоть от плоти лучших из нас, совершили свои последние тренировочные убийства.
Он посмотрел на группу молодых стенаксов. Их чуть больше двадцати, и они стояли в нескольких десятках метров перед ступенями, что вели к площадке с идолом бога Вола и взирали на жреца, что вел свою проповедь. Их отцы и родичи, составляющие большую часть посетителей, тоже присутствовали на обряде отречения от детства.
Жрец мог читать скупую гордость на лицах их отцов, что станут свидетелями того, как их дети впервые прольют кровь слабых. Тех самых детей и юношей бескрылых, что стояли сейчас на коленях у ступеней и тихо рыдали, не ведая какая честь им вскоре будет оказана.
Молодняк плотоядно облизывался, наблюдая за будущей добычей. Совсем скоро прозвучит команда, и они ринутся на своих жертв. Сегодня — впервые, но отныне так и будет. Молодые стенаксы вольются в неостановимую армию, взмах крыльев которой будет затмевать звезды многих планет.
Их кожа еще набирала след, их кости и шипы не так крепки, как у их отцов. А кровь, которую они вкусили, принадлежала их матерям.
Но, скоро все изменится.
— Сегодня, — жрец возвышался над толпой, разведя свои могучие кожистые крылья, демонстрируя всем свои застарелые раны, — мы пред лицом нашего бога, — он отошел в сторону и поклонился изображению лика Вола, работу над которым завершили лишь несколько месяцев назад, — продемонстрируем как плоть от плоти лучших из нас прольет кровь слабых и недостойных в своей первой охоте…
Толпа воодушевленно взревела, ввергая недостойных в еще больший шок и трепет.
Никто из них даже не отважился посмотреть на грозные лики Вола, на фоне которого выступал жрец.
Лики, что были вырезаны в камне лучшими мастерами. Лики, что никогда более не будут украдены у них чужеземцами.
Да, картинка из другой вселенной, но более атмосферного не нашел. Так что скрестим пальцы и представим, что это лики бога Вола.
Да, так и должно быть. Недостойные не имеют права даже дышать в его сторону.
Жрец взял с постамента небольшую статуэтку из красного камня и вытянул ее вперед, демонстрируя ее всем своим сородичам.
Он видел, как на их лицах воцаряется благоговейный трепет. Что немудрено, ведь они узрели сегодня идол бога.
Статуэтку, чей путь был тернист до сего момента.
Ту самую, что изображала бога Вола в обличье стенакса. Ту самую, что украли у них имперцы много лет назад, обрекая целый народ долгие годы не использовать крылья.
— Прошли те времена, когда бескрылые ступали по нашей планете, — проревел он. — Прошли времена, когда они могли себе позволить украсть идола нашего бога! Теперь Вол вернулся! Он с нами! Он наблюдает за нами! Он видит, как мы исполняем его волю! Мы взываем к нему, дабы он явил нам свою волю и засвидетельствовал то, как молодая поросль нашего народа готовится встать подле своих отцов, лучших из лучших стенаксов, что когда-то видела галактика!
Жрец схватил статуэтку обеими руками и воздел над головой в ритуальном призыве бога.
Идол бога Вола.
— Приди же, свирепый бог и покровитель! — воззвал жрец, отходя в сторону от места, где прежде бог являл свой призрачный лик. — Покажи своим верным последователям, что доволен нами и благословляешь плоть от плоти лучших из нас на священную Резню во имя свое! Засвидетельствуй, как прольется кровь этих никчемных бескрылых, что будут принесены тебе в жертву в доме твоем! Узри же первое убийство наших детей! Сегодня мы принесем тебе кровавую жертву этих хилых детей. А уже завтра с неба во имя твое будут падать корабли врагов наших, что трусят спуститься на Стенос и сразиться с нами! Благослови наших военачальников и их детей на продолжение священной миссии! Да вздрогнут небеса бесчисленного количества планет тех, кто не умеют летать! Да падут они от остроты наших когтей!