Жертва клана Нимб-Рога-Клыки (СИ)
— Принеси сигарет! — крикнул старший демон ему вслед и, думая, что остался один, добавил уже чуть слышно: — Скурюсь сегодня ко всем ангелам.
Он вытянул было ноги и облокотился о борт, но тут Хиро окликнул его. Дернувшись, тот грязно выругался и обернулся. Демоненок увидел, что глаза его окрасились в причудливый льдисто-сиреневый цвет, раньше им не свойственный.
— Какие они у тебя… странные, — произнёс Хиро первое, что пришло на ум.
— Ты чего так пугаешь? — начал вместо ответа Уфир. — Не нужно подкрадываться…
— Я знаю, что Себастиан — отец Таро. Как это вышло? — не давая ему договорить, перебил Хиро.
С минуту демон пристально вглядывался в него и неожиданно улыбнулся краешком губ. Пауза затягивалась.
— Просто скажи, — нетерпеливо произнес демоненок.
Видя, что разговора о пророчестве не избежать, Уфир тяжело вздохнул:
— Я даже не знаю, с чего начать.
— Уж с чего-нибудь да начни. — Хиро был очень, непривычно настойчив. — Как она попала в Вертерон? О том, что было до того, я наслышан.
— Ну… — Уфир пожал плечами и задал встречный вопрос: — Как ты думаешь, почему она смогла явить миру тебя? Каким образом, если девушка была рабой Асмодея?
— Оковы ее рабства разрушил портал, который вел в мир Демонии из мира земных. Когда она пришла в себя, то сгорела заживо. Потом ее оживил ты.
— А что еще ты знаешь о своей матери, малыш?
Демоненок попытался вспомнить то, что не раз слышал от родителей, когда они пропускали по лишнему бокалу вина после ужина. Отец с матерью любили усесться на кушетке в общей зале и вспоминать былые годы, негромко разговаривать и даже непристойно шутить. Иногда они забывались за своей болтовнёй так, что та становилась слышна, потому другие демоны попросту оставляли их наедине. Сам же он предпочитал оставаться в зале и делать вид, будто чем-то занят: при виде смеющихся родителей самому становилось легко и радостно на душе. К сожалению, в последнее время такие посиделки им выпадали всё реже и реже.
— У моего отца была крепкая связь с матерью даже после ее смерти. Асмодей знал об этом и потому каждый раз стирал ей память, внушал, что она принадлежит ему… И так до тех пор, пока она не оказалась в Вертероне. И уже без оков моя мама вновь влюбилась в отца. Он называет это судьбой. Как пророку я ему верю.
— Твой пророк не сказал тебе о том, что Лэр-Рэзамэль — та избранная из Пророчества…
— …которая явит Демонии лженаследника, — закончил за него дьяволенок.
— Ты и это знаешь? Тоже идешь по стопам папаши? — Уфир растянул губы в издевательской улыбке, но Хиро ничего не ответил. — Поначалу я думал, что лженаследником станешь ты… — Демон запрокинул голову и соловыми глазами посмотрел на него снизу вверх. — Но когда мы с твоим отцом внезапно обнаружили рядом с тобой еще один плод, появившийся за ночь, то… э-э-э… — тут он осекся, не зная, как сказать о том, что у Лэр-Рэзамэль первый плод был не от Абигора. — В общем, как оказалось, это и был ты. Вначале Таро, потом ты. Вот.
— То есть, Себастиан каким-то образом успел… возлечь… с Лэр раньше, чем отец? — Хиро вдруг стало не по себе, словно он только что подсмотрел в замочную скважину за матерью и её дворецким, находившимся в спальне в более чем красноречивой позе, но вопросы требовали ответов.
Заметив, что демоненок в замешательстве, Уфир произнес:
— Ну, мы узнали об этом только потом, когда я вколол ей сыворотку памяти.
— Ничего себе…
Уфир вспомнил, как они с Абигором спорили, кто отец ребенка; как вся правда всплыла на следующее утро; как Илэриас его жестоко обманула, подсунув вместо себя Себастиана, принявшего ее облик. Но сказать Хиро о том, что он когда-то сильно желал её, старший демон так и не решился, как и признаться, что пленился ею с первого взгляда и даже соревновался с Абигором за ее сердце тогда, в ночь коронования. Да и сейчас она оставалась для него предметом обожания. Может быть, он даже любил её — тихо, незаметно…
— Да, — неожиданно благодушно произнёс он, — непростая судьба у твоей матери. Как говорится, не смей винить в чём-либо земную девушку без прошлого, которая попала в липкую паучью сеть Асмодея и оказалась в центре распутных интриг демонов — то есть нас. Подумай над этим, бесопузик, вникни в мои слова, — постучал Уфир пальцами по виску. — Мне кажется, ты уже способен на это.
Хиро задумчиво на него взглянул и медленно растворился в воздухе.
Глава 21
Последние приготовления к ожидаемой вечеринке были закончены. Лэр уже успела принять душ и теперь прихорашивалась у зеркала в своей комнате, чтобы предстать перед гостями в образе восточной танцовщицы, который посоветовал ей Асмодей. Внутренне демоница хоть и негодовала от того, что инкуб до сих пор указывает ей, что делать, но когда Таро и Хиро рассказали ей о приглашённых девушках, Лэр захотелось их удивить. Для этого она несколько раз даже отрепетировала нужные движения. Если надо было забыть о том, что она мать и на время перевоплотиться в подругу, следовало выглядеть соответствующе. Настроение постепенно улучшилось. Алкоголь приятно дурманил голову, но нужно было взбодриться, поэтому Лэр попросила Себастиана сделать фреш из мятных трав и специй.
— Себастиан, входи! — весело воскликнула она, заканчивая подкрашивать ресницы, когда раздался стук в дверь. — Дар? — удивилась она, увидев в зеркале отражение вампира.
Вместо привычной вычурной одежды темных тонов он был облачен в шорты и рубашку. «Что-то совсем по нью-йоркски», — подумала Лэр и лишь потом заметила, что в руках он держит букет из черных роз, который можно найти только в верхнем Ист-Сайде.
— Зачем? — не выдержала демоница, обернувшись.
— Это и твой праздник тоже, поэтому я подумал, что тебе будет приятно.
Дар подошёл вплотную. Лэр уже и забыла, какой он высокий.
— Ты меня балуешь. Не нужно было… Что подумают другие, — заволновалась она. Он молчал, лишь как-то странно смотрел на неё и улыбался. Лэр стало немного не по себе от его взгляда, и чтобы скрыть это, она поблагодарила и подалась к букету: — Дар, спасибо.
Розы выглядели роскошно. В последний раз она получала цветы так давно — на сцене, стоя перед фанатами… Неожиданное воспоминание отдалось неприятной горечью.
— Тебе спасибо за то, что ты есть в моей жизни, — произнёс над самым ухом вампир так хрипло, будто перед этим очень долго пел и сорвал голос. От близости его дыхания Лэр стало щекотно. Выпрямившись, она взглянула на него и тут же отвернулась: этот томный взгляд не было сил терпеть, а его учащенное сердцебиение и дыхание на мгновение ощутились как собственные. Демоница почувствовала касание ладони, и в следующий миг последовал обжигающий холодом поцелуй в висок. Лэр пьяно пошатнулась, и тут в комнату быстро вошёл Себастиан с готовым коктейлем.
— Кажется, он тебе срочно нужен… — проговорил дворецкий и, оказавшись рядом, грубо отодвинул Дара и сунул ей в рот коктейльную трубочку.
По телу словно пробежал разряд: фреш подействовал сразу. Герцогиню передернуло, в потускневших было глазах появились язычки пламени. От Себастиана не ускользнули эти перемены, и он, понимающе улыбнувшись, шёпотом спросил у Дара:
— Скажи, пожалуйста, ты хотел ее поцеловать?
— Вообще-то это не твоё дело, — отозвался тот, иронично глядя на дворецкого. — Но если уж тебе любопытно, то, так и быть, скажу. Я всего лишь хотел её приободрить.
В ответ Себастиан недоверчиво хмыкнул.
Демоница допила коктейль и, быстро взглянув на обоих, порывисто протянула дворецкому подаренный Даром букет, сухо приказав:
— Поставь в воду.
Себастиана слегка задело такое поведение, будто сейчас перед ним стояла не его госпожа, а наглая взбалмошная девчонка. Он уже хотел было уйти, но она, заметив перемену в его настроении, взяла дворецкого за руку и, поднявшись на носочки, чмокнула в щёку:
— Пожалуйста.
На мгновение Себастиан растерялся, но тут же взял себя в руки, кивнул и, поколебавшись, добавил: