Скверные Земли

На его лице было точно такое выражение, как и у меня, и от этого мне стало нехорошо.
– Брексли. – Голос матери вернул меня в реальность. Я оттолкнула болезненное ощущение и сосредоточилась на главном. – Я хотела бы познакомить тебя с нашей семьей. Это твоя тетя Морган.
Вперед вышла женщина с грязными и спутанными рыжевато-каштановыми волосами. У нее была бледная кожа, но такое же прекрасное лицо, как и двадцать лет назад.
– Не могу поверить, что это ты. – Морган неловко обняла меня, ее губы дрогнули в попытке улыбнуться. Глаза блестели от благоговения. – Ты такая красивая.
– Спасибо.
Мои глаза наполнились слезами.
У меня есть тетя. И я видела семейное сходство. Ни Морган, ни моя мать не постарели, они больше походили на моих сестер из-за возраста.
– Твой кузен, Лиам, – продолжала мама, указав на высокого мужчину с зелеными глазами и рыжевато-каштановыми волосами, как и у Морган. Лиам пристально посмотрел на меня.
Эабха представляла остальных, а я следила за ее рукой, кивая в знак приветствия каждому.
– Сэм. – Высокий и подтянутый, с точеными скулами, черной кожей и карамельными глазами.
– Роан. – У него была бледная кожа в веснушках, невысокий, коренастый парень со светлыми волосами и карими глазами.
– Брина. – Такие же поразительные черты лица, как и у Сэма, отчего я задумалась, не близнецы ли они.
– И Рори. – Последняя оказалась бледной и миниатюрной девушкой с каштановыми волосами и голубыми глазами.
– Это мой клан. – Мама посмотрела на меня. – Твоя семья.
Цвет кожи, глаз и волос не имел значения. Клан – семья.
Моя семья. У меня есть тети и дяди. Я выросла, не имея понятия о том, что у меня есть родственники.
– Не могу в это поверить. – Я покачала головой. – Вы были здесь все это время?
– Да.
Ответ точный и четкий.
– Отец приходил сюда? Знал ли он о том, кто ты на самом деле?
Эабха сжала губы.
– Нет, – тихо ответила она, – не знал. Я не рассказывала ему ни о своей семье, ни о том, что я ведьма, ни о проклятье.
Я ожидала продолжения.
– Я любила его так сильно, что многое от него скрывала. Так было безопаснее.
– Безопаснее? – Я оказалась сбита с толку таким высказыванием. – Почему? Разве ведьмы не люди? – с сомнением спросила я.
Я росла в строгих социальных рамках. Человека могли начать считать изгоем, если бы работник фабрики и человек из элиты поженились, но тем не менее такое принимали, потому что эти отношения были между людьми.
На ведьм, художников или тех, кто не следовал правилам социума, в штабе вооруженных сил людей не смотрели с нежностью, но они и не были запрещены. Под запретом оставалось только общение с полукровками и фейри.
– Да. – В тоне моей матери прозвучала странная нотка. – Ведьмы люди, мой клан был довольно… – она прочистила горло, – хорошо известен в то время. – Эабха оглянулась на свою семью, Лиам и Сэм посмеивались. – Когда я встретила твоего отца, за нами охотился наш враг. Мне следовало держаться подальше от твоего отца, но я не могла. Поэтому я выбрала наилучший способ для его защиты. Скрывать правду и ничего не рассказывать.
– Он думал, что ты умерла при родах… дома. – Жестикулируя, я поняла, что повысила голос. – А ты находилась здесь… – Я махнула рукой в сторону замка и поля, где многие погибли. – Почему? Нектар показал мне тот день, и я слышала о том, что если Анейра умрет, то с вами со всеми что-то случится. – У меня перехватило дыхание. – Разве не я стала причиной твоей смерти?
Вина, которую я несла на своих плечах, думая, что мать погибла из-за меня, обрушилась с новой силой.
– Нет. – Эабха покачала головой, на ее лице промелькнула тень горя. – Ты не виновата. Наша судьба была предрешена. Ты не виновата в моей смерти, Брексли.
Я резко вдохнула, слезы обжигали глаза.
– Почему? Зачем ты сражалась за нее?
– Это довольно сложно объяснить, – ответила она.
От эмоций кружилась голова, вопросы вертелись на моем языке.
– Я не понимаю. Если ты не умерла при родах, почему отец считал иначе?
– Тебя забрали отсюда и отнесли к отцу с запиской, в которой говорилось, что я умерла при родах в ночь Войны Фейри. И это было правдой. Я действительно погибла, рожая тебя, – решительно закончила она.
 
– И все же ты здесь. – Во мне зародилась искра гнева за то, что меня и отца заставили поверить в ее смерть. За ту боль и страдания, которые он вынес из-за нее. Как и я.
– Некроманты не любят, не чувствуют и не заботятся. Мы в ловушке своей природы. Я была все равно мертва для вас обоих.
Ошеломляющая боль пронзила мое сердце. Это оказалось слишком, в голове крутились вопросы и разные мысли. Если бы я не отступила, то сломалась бы под натиском этих ощущений. Я отгородилась от своего горя и попыталась сосредоточиться на миссии.
Все просто. Вырезать и засушить. И никакой боли.
– Я не имею на это права. – Я сглотнула, качая головой. – Мы пришли за нектаром.
Эабха замерла, ее поведение изменилось, она схватилась за косу.
– Я не могу позволить тебе забрать его.
 
Глава 2
 
– Что? – Внутри все перевернулось. – Нектар принадлежит мне. – Он часть меня… он и является мной.
– Его место здесь. Я не могу позволить тебе… – Слова Эабхи заглушил поток пронзительных выстрелов, раздавшихся вдалеке в небе, словно раскат грома.
Сердце екнуло. Дыхание перехватило – я посмотрела на горизонт в сторону Будапешта. Самайн нес с собой хаос и суматоху, но у меня внутри все сжалось, стоило лишь подумать о дяде. Первый взрыв заставил бы выживших бежать как крыс и сражаться. Все ли в порядке с ним? С остальными? Живы ли они или погибли?
Я не могла дотянуться до Скорпиона через связь, и от этого мне стало дурно.
– Мы должны уходить. – Я по-прежнему смотрела на юго-восток. Меня тянуло к базе Саркиса с невероятной силой.
Я взглянула на нектар – от него не исходила магия или жизненная энергия.
Рукой я потянулась к коробке. Лиам, Роан, Брина и Рори встали перед ней, преграждая мне путь. Я сделала шаг назад.
– Зачем все это? – Я нахмурилась и метнула взгляд на свою мать. – Мне нужен нектар.
– Нет.
Лиам крепче сжал пальцами бердыш и холодно посмотрел на меня своими зелеными глазами.
Я взглянула на группу позади себя, затем снова на маму. Во рту пересохло. Эабха встала рядом с Лиамом, Морган тоже подошла к ним. Они возвели стену между мной и нектаром.
– Что значит «нет»? – Я расправила плечи, волосы потрескивали от статического электричества. – От него зависят жизни.
– Если мы сохраним нектар в безопасности, то спасем в разы больше жизней, – уверенно сказала моя мать, сделав шаг вперед. Она определенно была лидером этой группы. – Мы украли его у тех, кто не понимал силы, заключенной в нем, и скрывали его пятнадцать лет. Благодаря нам его невозможно увидеть или почувствовать. Здесь безопасно.
Эш сухо засмеялся и потер лицо рукой так, словно до него наконец что-то дошло.
– Что? – спросила я.
– Вот почему книга фейри прекратила делать записи после того, как те пираты украли нектар. Вы, ребята, поджидали их в тени? Вы стащили его у пиратов?
Эш махнул рукой на мою мать.
– И в чем суть? – Я взглянула на Эша.
– Помнишь, я рассказывал тебе, что книга записывает только жизнь? И может отследить только живых.
– Да?
– Они не были живыми.
Эш кивнул на группу.
Черт возьми. Вот почему записи обрывались на ограблении пиратов. И почему не было больше никаких заметок в течение пятнадцати лет. Потому что нектар находился здесь, в колодце. И охраняли его некроманты.
– И именно поэтому нектар не покинет это место, – заявила Эабха, ее акцент стал выделяться еще сильнее, голос зазвучал четче после двадцати лет молчания. – Неважно, ведьмы мы или некроманты, но мы поклялись защищать его как от людей, так и от фейри. От тех, кто не сможет противостоять его магии и сдастся, начав использовать его ради власти. Нектар стремится к этому. Желает. Его сила до сих пор слишком мощная, и небезопасно оставлять его без нашей опеки.