Кодекс Охотника. Книга XIII (СИ)

Аршаханы не являлись полноценными драконами, их главная фишка была в сумасшедшем грозном виде. Их боялись, и они могли преподать свой внешний вид, как нечто ужасное. А на самом деле они были ужасно слабыми, да и вообще травоядными. Не понимаю, кто создал эти существа с такими длинными и острыми зубищами только для того, чтобы щипать травку и жрать шишки на верхушках деревьев. Еще их особенность была в громком и противном голосе, от которого часто у людей сдавали нервы. Кто поверит, что так реветь может безопасное существо, которое не нападет на человека? Даже сейчас он не хотел нападать, мне пришлось заставить его атаковать грядку с подмерзшей капустой.
Я посидел ещё десять минут, вытерев выступивший пот со лба, несмотря на холодную погоду. Не хотелось мне их убивать почему-то, очень не хотелось. Вот такое у меня чувство внутренней справедливости! Снарягу они мне должны были отдать, а вот жизни — нет.
К счастью, мой план удался. Вдали уже занимался рассвет, а это значит, что наступает ещё один день, за который я стану немного сильнее. Надеюсь, я произвел нужное впечатление, чтобы меня посчитали сумасшедшим и опасным настолько, чтобы забыть о моем существовании. У Охотников не было в привычках прощать предателей. Так вот, своего отца я считал именно предателем. Впрочем, как и мать, но с ней было все проще. Полагаю, она уже давно мертва.
* * *
Ставка Хана
Монгольское Ханство
— Убить, всех убить!!! — заверещал Хан, нимало не стесняясь своих подчинённых, которые находились в полнейшем ужасе.
И было отчего. Хан редко показывал свою слабость на людях. А когда показывал, то об этом, как правило, никто не знал, потому что свидетелей своих слабостей Хан казнил сразу. За последний месяц сменилось три министра обороны, два министра иностранных дел, а его военачальники разбежались из Сарая, предпочитая умереть в бою, чем сдохнуть, как собаки, попавшись ему на глаза не в то время и не в том месте.
— Да что они себе позволяют!!! — продолжал неистовствовать Хан. — Эта грёбаная Империя!!! Они считают, что отхватили кусок моей земли, и смогут сделать это безнаказанно⁈ Что эти грёбаные драконы говорят⁈ Как они ответили на наше письмо⁈ — он повернулся к министру иностранных дел, который тут же упал на пол и начал биться головой о землю.
— О Величайший и Великолепнейший!!! Китай сказал, что он соблюдает нейтралитет, как и раньше, в рамках достигнутой с нами договорённости. До визита Императрицы Российской Империи они не будут принимать никаких активных действий.
— Сраные трусы!!! Любители рептилий!!! — Хан судорожно смотрел по сторонам, на ком бы выместить свою злость.
Его взгляд сфокусировался на несчастном министре иностранных дел, и он уже хотел отдать приказ его обезглавить, а потом вспомнил, что министр иностранных дел — это его племянник.
Внезапно очнувшись, он окинул взглядом всех присутствующих. Странно, но сейчас все, кроме министра культуры, были его близкими или дальними родственниками, которых и убивать, собственно, не с руки. Как так вышло?
Хотя… министр культуры… Хан задумчиво посмотрел на толстяка, который даже не поднимал глаз, прижавшись к полу. Да его вроде как бы и не за что. Он особо и не косячил. Почему? Потому что нет в Ханстве культуры, вот и косячить не с чего. Сам министр остался, как пережиток от его отца, предыдущего Хана, который пытался сделать из степняков продвинутых людей. Наивный дурак! Хан с удовольствием вспомнил, как лично вспорол его жирное брюхо, и настроение у него сразу улучшилось.
— Ладно! — хлопнул он в ладоши, возвращаясь в нормальное расположение духа, вспомнив, зачем он всех тут собрал. Дело было в крепости — бывшей «Верности», ныне — Дэлгэрэх Түрээс, что в переводе звучало, как «Жемчужина Гор». — Осаду Дэлгэрэх Түрээс прекратить, войска привести в боевую готовность. Что там экспедиционный корпус у имперцев?
 
— Оттянулись к Дэлгэрэх Түрээс. Разбили лагерь, дальше пока не продвигаются.
— Хорошо, следите за ними. Если начнут движение в нашу сторону, немедленно скажите мне. Хотя сомневаюсь, что это будет. Уж слишком небольшие у имперцев силы. Кажется, они просто решили нас подразнить. Ну что ж, они достигли своей цели.
Хан повернулся к невзрачному человеку, сидящему в сторонке от общей массы его министров, лицо которого было скрыто капюшоном.
— Уважаемый, Беймынь Пурунь, я готов принять твоё предложение. Если вы поможете мне вернуть мои земли.
— Мудрые слова, Ваше Великолепие! — раздался скрипучий голос из-под капюшона. — Клянусь своим господином, чьё имя не называют. Скверна придёт к вам на помощь…
  
Глава 9
 
После ухода Звезды моего отца я дал отмашку своим людям, чтобы действовали, а то они и так едва сдерживались. В этот раз противник был замечен раньше, чем успел дел натворить, и в этом была немалая заслуга моих гвардейцев. Они очень близко к сердцу приняли прошлые разы, когда врага встречал я, а они были не в курсе.
Кстати, один из интересных моментов — это големы. Пока я думал, что с ними делать и куда девать, то проблема решилась сама собой. У меня их просто стали отжимать. Нет, не силой, а хитростью.
Мелкие балбесы бегали по территории и бились головой обо все, что только можно было. Гвардейцы сперва наблюдали за ними, потом стали с ними играть, заодно подкармливая своей энергией. Что нужно для счастья голему? Если честно, не знаю, но так вышло, что у них получилось найти с ними общий язык, и теперь довольные големы постоянно кружат вокруг ребят. Таким образом, гвардия стала привлекать их к разным операциям.
Кстати, у них тоже появилась дверь, сделанная из голема. Ну, как сделанная? Они попросили, и голем согласился. При этом я ходил узнавал, не заставили ли его? Нет… Всех все устраивает, и он тоже доволен. Другие големы на ночь становились статуями, как я уже раньше говорил, и это очень нехило повышает уровень безопасности моего поместья.
Были и такие големы, которых бойцы теперь часто отправляют для патрулирования в лес. Прикольно, лежит посреди леса камень и внимательно наблюдает за происходящим вокруг. А если нужно, то сразу докладывает Папе-двери. А Папа уже через своих детей сообщает гвардейцам.
Помимо этого мы закупили немало разной технологичной лабуды, а еще помог Доброхотов. Таким образом, получается, что Ганса, в любом случае, ждал бой. Я же просто сохранил жизнь его «Звезде» и своим людям.
Сейчас бойцы всполошились и бегают, проверяют все. Экипировку, правда, сразу утащили.
— Прошу прощения… — подошел ко мне один из гвардейцев.
— Слушаю!
— Вся территория обследована, новых врагов не замечено, — стал докладывать он мне.
— Принято!
И тут из дома вырвался Волчара, вместе с Призраком, которые уже откуда-то узнали о происшедшем, и ломанулись из «Верности» сюда, и все началось по новой. Пока я был погружен в свои мысли, они куда-то все исчезли. Бедные гвардейцы… Решил им немного помочь, а потому отправил Шнырьку на поиски Волка. Шнарк его нашел уже в своем кабинете, где тот сидел с гарнитурой и слушал доклады. Волчара никак не мог успокоиться и отдал приказ, чтобы проверили все тщательно еще раз. Он предполагал, что враг мог оставить нам неприятные сюрпризы.
— Монголы откатились и в радиусе десяти километров остались только разведчики, я контролирую ситуацию, — увидев меня тут же отчитался Потапов.
— Верю, — улыбнулся я. — Молодец. Как тебе ночка?
— Интересная, — согласился он. — Кто это был? Что хотел?
Вот, блин, неудобный вопрос.
— Да так! — отмахнулся я от его вопроса, но затем добавил. — Старые знакомые.
Волк кивнул, поняв, что больше я ничего не скажу. Чем он мне нравится, так это тем, что не лезет туда, куда не просят, если это не касается лично его или гвардию.