Роковое селфи (СИ)

— Мам, с сердцем плохо, да? — склонился я над ней. — Щас… Воды налью.
Я принёс ей бокал, но она лишь глянула на него и снова посмотрела в моё лицо.
— Нет… И ты… У тебя… Ну, а почему она ушла от тебя? Раз уж ты всё равно её забрал. Что у вас случилось?
Мама просто разрывалась между злостью и жалостью ко мне.
— Я не хочу об этом. Не вышло и всё.
— Как мне трудно с тобой об этом говорить… Ну, почему же тебе так не везёт в любви? Такой красивый мальчик, и такой невезучий.
— Всё будет нормально со мной, — меня начинали раздражать эти причитания матери, пусть я и понимал, что она не может не сочувствовать сыну. Но да — в любви мне действительно катастрофически не везло. И Аля не стала исключением. Даже больше того — она стала венцом моего невезения.
— Точно? — она вглядывалась в моё лицо.
— Да, мам. Серьёзно, не о чем беспокоится.
— Сынок. Я всё равно тебя люблю. Мать — вот кто тебя любит на самом деле. Даже после того, что ты сделал…
Она, утирая слёзы, молча покинула меня. Я сидел, смотря в одну точку. Мама случайно вновь разбередила раны, которые ещё даже не перестали кровоточить. Но мне, похоже, удалось всё же убедить её тогда, что всё со мной будет нормально. В принципе, ничего и не произошло со мной, кроме того, что внутри я был ходячим трупом без души.
Затем моё решение о женитьбе и объявление о беременности Али. Она была в шоке, но против ничего не сказала. Только я знаю, что она ещё долго не сможет с этим смириться и считать Алю не лучшей девушкой по морально-этическим соображениям. Мама не могла знать, что Аля виновата лишь в том, что она полюбила в ответ меня, того, кто был готов вырвать её из лап брата любым способом. Но свадьба состоится, как бы она не вздыхала. Прости, мам, но наше с Алей счастье мне дороже морали.
 Эпилог 
Утром мы проснулись в одной постели, впервые за долгое время. Я проснулся раньше, и наблюдал за ней. Моя такая нежная девочка безмятежно спала. Лицо её было спокойное и расслабленное, и я в который раз отметил, как она красива… Как я мог допустить разлуку, и чуть не потерять и её, и ребёнка… Снова в душе защемило. Я готов искупать вину каждый день — это не пустые слова. Я начинаю воплощать их в жизнь. Слова — ничто. Поступки — всё.
Легко коснулся её волос, провёл пальцами по щеке, и она, почувствовав на себе мои руки, пошевелилась. Ресницы дрогнули, и Аля распахнула свои карие глаза, которые однажды свели меня с ума раз и навсегда. Остановив взгляд на мне, она еле заметно улыбнулась, и поцеловала мою руку. Целая дорожка лёгких касаний. С такой нежностью и любовью, что меня это прострелило насквозь, как пуля — никогда ещё женщина не касалась меня так… Как жена. Только моя Аля и любила меня по-настоящему. Как и я — её.
— Вставай, соня, — сказал ей. — У нас впереди насыщенный день.
— Правда? А что мы будем делать?
— А вот вставай и узнаешь, — откинул одеяло и пошёл в душ.
День и в самом деле очень волнительный. Примерно через час я ушёл в другую комнату, чтобы одеть подготовленный костюм… А к Але пришла Аня...
***
Аля.
Роман куда-то запропастился, а вместо него пришла Анька — какая-то вся загадочная. Повела меня в комнату в конце дома. Открыла передо мной дверь и пропустила вперёд. И не помню, какой по счёту раз за эти сутки я открыла рот…
Комната напоминала маленькую гардеробную. Посредине туалетный столик и огромное зеркало во весь рост. На самом краю его была закреплена…фата. Свадебная фата, кружевная. Покрутив головой ещё я увидела на стене висящее на плечиках платье… Белое, летящее платье для похода под венец.
В шоке оборнулась на подругу. Аня тепло улыбалась, наблюдая мою реакцию. Конечно, она заранее всё знала.
— Что это? — удивлённо спросила её.
.До меня никак не доходило.
— Твоя свадьба, Аля. На берегу океана, помнишь, ты мечтала. А это твой свадебный наряд! Посмотри, как красиво, — показала она за окно.
Прямо на песке возле окена уже установили свадебную арку. Вся в цветах, она колыхалась лентами на ветру, ожидая своих влюблённых, чтобы взять нас под крылышко.
 
Моё сердце пропустило удар, а потом я не могла за ним угнаться — так сильно оно билось, оно просто убежало от меня! Да, Роман сделал мне предложение дважды, и я согласилась. Но я не думала даже, что всё случится так скоро и…вот так! На глаза навернулись слёзы.
— Чего стоим? Одеваться кто будет? Ну-ка, давай, кто из нас невеста?
Я на негнущихся ногах прошла вперёд. Аня, чувствуя мой ступор, помогала мне облачиться. Когда последний штрих был нанесён, я посмотрела на себя в отражение.
На меня смотрела милая и прекрасная невеста. Самая настоящая. Кружевная фата очень мне шла, и с той прической, что мы с Аней сделали, она смотрелась прекрасно. Белое платье в пол из почти невесомой ткани легко струилось по фигуре, оставляя глубокий разрез на ноге, не скрывая, что у невесты ножки более чем прекрасны. Платье не было стандартным, но мне оно безумно понравилось, к тому же к атмосфере жаркого мексиканского острова лучше и не придумать было! Несколько незатейливых украшений и совсем мало косметики — сама нежность. У Ани замечательный вкус, она очень хорошо меня успела узнать. Как же мне повезло с подругой! Не меньше, чем с мужчиной, который придумал именно такой праздник нашей любви… Из образа немного выбивалась обувь — лёгкие босоножки, так как ходить по песку на шпильках, ясное дело, признаки раннего маразма. Но я даже их не стала обувать — хочу чувствовать ногами песок!
***
Вышла из дома с лёгким букетиком, повязанном цветными лентами — когда только они все это успели перетаскать в дом, чтобы я не видела?
Почти у самой арки стоял Роман. И всё-таки он прекрасен! Белый костюм так безумно шёл к его смуглой коже и чёрным глазам. Он подошёл ко мне, беря мои пальцы в свою руку.
— Аля… Любимая. Этот праздник — для тебя. Согласишься ли ты перед этим океаном, перед этим ветром, перед этим небом, стать моей женой?
Я молчала, не в силах выдавить из себя ни слова. Меня пронзили эмоции от тех слов, что он выбрал для своего предложения. Я, закусив губу, смотрела на него широко распахнутыми глазами.
— Аля, если ты намерена отказаться — домой пойдешь пешком.
Я рассмеялась звонким колокольчиком — ой, кажется, и смех у меня тоже какой-то истерический.
— Я согласна!
— Аля… — он, довольный моим ответом, потянулся к губам.
— Не хочу идти пешком.
Он, цокнув языком, потянул меня под арку, где уже стояла красивая улыбчивая женщина с папкой в руках. Они и регистратора притащили в тайне от меня? Поистине, операция «Ы».
— Ты что — босиком?
— Да.
— Почему? Мы же купили и обувь.
— Не хочу. Хочу чувствовать силу земли.
Он хитро посмотрел на меня и вдруг начал разуваться тоже.
— Ром, да не надо. Босой жених — это несмешно.
— Муж и жена — одна сатана. Так что…
В арку мы влетели со смехом, оба босые… Чувствуя силу Земли-матушки.
Это было невероятно! Мы вдвоём под аркой, милая женщина, что зачитывала нам клятву рядом, и чуть позади свидетели — Аня и Саша, которые, как мне показалось, ещё вчера со слишком сильным интересом поглядывают друг на друга.
Я даже не могла сосредоточиться на том, что говорила регистратор. Меня просто бомбило от счастливых эмоций. Очнулась на словах:
— Прошу ответить вас, Богданова Алевтина Игоревна.
— Да! — выпалила я так, что женщина даже чуть растерялась, но потом, лишь улыбнувшись с пониманием, повернулась к Роману.
— Теперь прошу ответить вас, Воронцов Роман Викторович. Является ли ваше желание искренним и свободным?
— Да, — твёрдо, и не секунды не сомневаясь, ответил мой теперь уже муж, ощутимо сжав мои пальцы в своих.
— Тогда прошу вас обменяться кольцами.
Она пододвинула красивую подушечку с обручальными кольцами к нам поближе. Роман взял колечко поменьше и натянул золотой обруч на мой безымянный палец. Следом с наслаждением я сделала тоже самое.