Портальеро. Круг первый (СИ)

Всему свой день, всему свой час.
Мир был до нас. И после нас
Другие поведут в игру.
Но ты умрёшь. И я умру.
А мне лишь хочется успеть
Перехитрить и жизнь, и смерть…
Переиграть свою игру,
И верить в то, что не умру…
31 августа 1982 года.
Анапа. Новороссийск.
«Мы едем, едем, едем в далёкие края…» А кто куда там едет? Лишь Машенька и я.
— А куда мы едем? — спросила меня моя неугомонная спутница.
— А тебе не всё равно?
— Просто интересно… А куда?
— Подальше отсюда.
— А нас никто не остановит?
— Не знаю.
— А если вдруг милиция?
Я извлёк из перстня пистолет и показал ей.
— Троих на месте положим, а от остальных убежим.
— Ты сейчас пошутил?
— Да мне уже и не до шуток.
* * *
Дорога была почти пустая. Где-то позади маячили фары какой-то машины, но она нас не догоняла даже. Хотя и мы ехали аккуратно, не превышая скорости. Несколько встречных машин и всё. Счастливые времена…
Примерно часа за полтора мы добрались до Новороссийска, но проехали мимо. Один раз я видел стоящих ГАИшников, но они только лишь козырнули, не обращая на меня никакого внимания. Наверное, я не зря напялил на голову фуражку Оганяна, найденную на задней полке.
А после Новороссийска дорога стала немного более забавной. То в гору, то с горы, огибая ущелья… Я решил, что самое время и самое место избавиться от всего лишнего. Поэтому, забравшись повыше, притормозил возле обрыва.
— Мы приехали? — спросила любопытная девчонка…
— Любопытной Варваре на базаре нос оборвали…
— А зачем ты остановился?
— Сейчас всё увидишь…
* * *
Машину я сразу поставил мордой в сторону обрыва. Там были какие-то кусты, но это вряд ли послужит сильным препятствием для железного коня, падающего в пропасть.
Я стал по одному доставать из перстня пленников. На всякий случай держал пистолет под рукой. Вдруг Маша ошиблась, а её бывший мальчик со своей подругой умерли от страха, а не от асфиксии.
Но, нет… Оганян был ещё слегка тёплым, но уже дохлым на все сто. Я его тщательно обшмонал, забрав все деньги и пистолет. После чего усадил его за руль. Это мне удалось с трудом. Всё-таки он был раза в полтора тяжелее меня. От Маши помощи ждать не приходилось. А в одиночку кантовать мёртвое тело здорового мужчины — то ещё удовольствие. Поэтому тело следующего оперативника я сразу же извлёк внутри салона «Жигулей». Чтобы потом не пыхтеть, запихивая его туда. После обыска я стал богаче ещё на один ПМ и ещё один магазин с восемью патронами. Бонусом для меня стала бензиновая зажигалка, что-то типа советской пародии на «Зиппо», и пачка болгарских сигарет.
В этой жизни я вроде бы даже и не курил ещё. А «Опал» — это для меня, как что-то доброе из моего прошлого. Из прошлого моего будущего прошлого. Тьфу! Бред какой-то… Если короче, то первая моя пачка сигарет, купленных мною, ещё мальчишкой, примерно того же возраста, как и сейчас, это была пачка «Опала». Ностальгия, блин…
Я достал сигаретку, чиркнул зажигалкой и сделал первую затяжку. Странно. Но я даже не закашлялся. Просто в голове как-то сразу зашумело, поплыло… Примерно такие же ощущения я испытал и тогда, когда курил в первый раз. А ведь и сейчас у этого парня возможно первый раз организм получает заряд никотина… Да… В это время в сигареты ещё, наверное, клали и табак, и никотин. В будущем… Тьфу! Не хочу даже и вспоминать, что мне приходилось курить там в будущем. Были и хорошие дорогие сигареты, и такая мерзостная гадость, которую трудно даже назвать табачным изделием.
— Максим! Ты куришь? — удивилась Маша.
— Сто лет не курил. Вот решил попробовать…
  
— Но это же вредно! — попыталась побороться за моё здоровье мёртвая девочка-призрак.
— А жить, Машенька, вообще вредно. Ведь все живущие, в конце концов умирают.
— И без тебя знаю! — огрызнулась вредная девчонка.
Я с наслаждением выкурил сигарету до половины, и выбросил в темноту. Огонёк быстро полетел куда-то вниз, постепенно растворяясь в кромешной тьме.
У второго оперативника не было при себе ни оружия. Ни больших денег, ни сигарет. И судя по его документам, он вообще был стажёр ещё. «Прости, парень! Но ты попал не в то время, не в то место, и не в той компании.»
Опера разместились сзади, старший лейтенант за рулём. Я уж было решил столкнуть машину в пропасть, но решил, что стоит обыскать напоследок и бардачок с багажником. И правильно сделал. В бардачке обнаружился запасной магазин с патронами.
«Ай-яй-яй! Товарищ старший лейтенант! Кто же так хранит боеприпасы?»
А вот в багажнике я надолго застрял. Похоже, что хозяин машины был заядлым рыбаком. Чего тут только не было… И спиннинг, и бамбуковая трёхколенка. А в небольшом рюкзачке набор всего того, что любой рыбак не побрезгует иметь с собой. Блёсны, лески и прочее, прочее, прочее…
Я не такой уж и любитель рыбалки, но ходил с друзьями на рыбалку иногда. Так что знаю с какой стороны червя насаживать на крючок. Прибрал всё, не глядя… Заодно и садок из металлической сетки, и даже складной стульчик с алюминиевыми ножками.
Упёршись плечом, помог машине начать движение вниз. Ухнуло, но не бахнуло. Это только в голливудских боевиках, машина, падая в пропасть взрывается с огромным облаком пламени. А тут… Бум, хрясь, и всё… Утром найдут погибших на боевом посту ментов. Но мы к тому времени, надеюсь, будем уже далеко.
* * *
Пешком шагаю по горам. Темно, как у старого афро-американца нетрадиционной ориентации в нецензурном отверстии. Луна порою не видна. На небесах похоже тоже происходит смена времён года. Ведь по всем моим прикидкам сейчас примерно полночь. Зря я не забрал часы у старшего лейтенанта Оганяна. Мне ремешок не понравился. Кожаный и засаленный. Наверное, у этого мента были потные загребущие руки.
Хорошо ещё, что я открыл в себе новую способность. Теперь моё зрение может подстраиваться и под отсутствие света. Не знаю, смогу ли я что-то разглядеть в абсолютной темноте, где-нибудь глубоко в подземелье? Но на поверхности свет мало-мало есть. От иногда выныривающей из-за облаков луны, от неярких звёзд… А вот ещё и появились фары где-то за поворотом. Машины ещё не видно, но блики света уже мелькают где-то справа за кустами. Но она едет мне навстречу. Была бы попутная, то я бы попросился бы. Доехал бы до Кабардинки хотя бы. А ещё лучше до Геленджика. Интересно, я смогу там на ночь глядя где-нибудь остановиться на ночлег. Знал бы, что так случится, то я бы заранее озаботился бы приобретением палатки, спальника и другими полезными туристическими принадлежностями. А я, как городской пижон в джинсах и футболке. Надо бы в чемодан залезть. Может там найдётся что-то более тёплое. Но вряд ли там есть спальный мешок, и что-то напоминающее палатку…
Встречная машина проехала мимо. О, как… А это оказались какие-то менты. ГАИшники, наверное… Может мне сойти с дороги?
Я так и не понял, как на меня вышел старший лейтенант Оганян. Даже если меня в розыск подали и на всех столбах объявления повесили, то… Нет. Так быстро не нашли бы. Скорее всего тут сработал случайный фактор. Его мать, тётя Ася ехала со мною сутки в одном купе. Наверное, увидела у сына ориентировку на меня и опознала… Или это у него такая хорошая профессиональная память на лица? Он же видел меня на вокзале в Анапе, хоть и мельком.
Интересно, он сообщил обо мне руководству? Или решил взять меня самолично с напарником. А стажёра прихватили так, на всякий случай. Парнишку немного жаль. Он-то вовсе не при делах был. Но, как говорится: «Лес рубят — щепки летят.»