Светлая ведьма для Темного ректора

Я чувствую, как раздражен Варгус. Для него эта работа – практически вопрос жизни и смерти. А сейчас вся она под вопросом.
– Аллан, собирайся… – начинаю я.
– Я думаю, нет необходимости отправлять ребенка. Я сегодня разрешу вам освободиться раньше, – внезапно заявляет Темный, а потом с нажимом добавляет: – Всего доброго, аспирант Берден.
Варгус сжимает кулаки:
– Лейя, встретимся в столовой, – говорит он и выходит из кабинета, даже не прощаясь.
Аллан отрывается от рисования и смотрит на только что громко закрывшуюся дверь. Его уголки губ медленно опускаются, он переводит на меня жалостливый взгляд.
– А почему дядя Варгус ушел? – нахмурившись и надув губки, спрашивает Аллан. – Я хотел с ним еще поиграть. Может, он придет к нам снова на ночь?
 
Глава 11
 
До меня не сразу доходит двусмысленность этой фразы. Но, когда доходит, я задерживаю дыхание и перевожу взгляд на ректора. До меня доносятся лишь крохи темной магии, которая струится вокруг него. Злится. Нет, в ярости!
– И часто к вам дядя Варгус приходит? – на удивление спокойно спрашивает Рейнард, обращаясь к Аллану, но глядя четко мне в глаза.
– Нет, – честно отвечает Аллан. Я даже успеваю расслабиться, пока он не добавляет: – Дядя Фил чаще. Только он ненадолго.
Промелькнувшее имя Фила заставляет меня запаниковать. Становится резко плевать на мою репутацию в глазах Темного. Судя по его заявлениям, она и так уже ниже плинтуса. А вот о том, что я была связана с компанией Фила, знать Рейнарду совсем необязательно. Еще сложит два и два, догадается, что это я его спасла.
– Аллан, ты не проголодался? – переключаю я внимание. – Идем в столовую сходим? С дядей Варгусом пообедаем?
– Вы никуда не пойдете, – отрезает Темный. – Не нужно таскать никуда ребенка. Еду принесут сюда.
Глаза Рейнарда сияют ярко-зеленым светом, ноздри хищно расширяются, а перо в руке не выдерживает того, как его сжимают сильные мужские пальцы. Магия клубится, страшно завихряясь вокруг ректора. Я ежусь от страха, что она может коснуться меня или Аллана. А сын сейчас может быть очень чувствителен к любому магическому воздействию.
Встаю и подхожу к сыну, интуитивно закрывая его от Темного.
– А мне принесут мороженое? – доверчиво распахнув глаза, Аллан глядит на Рейнарда. – Ванильное!
Я усаживаю ребенка себе на колени и крепко обнимаю. Он так приятно пахнет – теплым летним лесом. Сразу на лице появляется улыбка. И пусть этот Темный рычит, сколько ему вздумается. Пусть домысливает и придумывает невесть что. Я уверена, что смогу это пережить, вытерпеть, пока у меня есть силы и Аллан.
– Милый, в столовой академии только простая еда. Мороженое мы с тобой купим…
– Принесут, – перебивает меня, произносит Рейнард. – Но только если ты съешь всю рисовую кашу с мясом.
Аллан радостно кивает и, слезая с моих коленей, кидается обнимать ректора. Темная магия бесследно рассеивается, будто ее и не было. Рейнард в шоке замирает, а потом аккуратно гладит ребенка по волосам.
Мне это не нравится. Я сжимаю кулаки. Зачем Темный это делает? Аллан не избалован чужим вниманием, к тому же он, как и многие дети, легко привязывается. Каково ему будет, если Рейнард решит, что пора вышвырнуть меня, как он это однажды сделал?
– Профессор Силейн, я никогда не видела в меню мороженого, – я пытаюсь говорить спокойно, но раздражение все же слышно в моем голосе.
– Его и нет. Пока что. Попросите мисс Пуфти распорядиться принести сюда обед на троих и озаботиться тем, чтобы с сегодняшнего дня мороженое вошло в меню, – с ехидной улыбкой говорит Рейнард. – Раз в академии есть дети, надо задуматься и о детском меню. Вдруг их по чьей-то неаккуратности станет больше.
Он серьезно? Что за дурацкие намеки? Хотя Всемудрый ему судья. Мне точно нечего стыдиться. А ректор волен верить в то, во что хочет.
Я передаю мисс Пуфти приказ ректора. Она багровеет от возмущения.
– Мисс Антис, а вам не кажется, что это ваша работа – бегать с распоряжениями ректора? – гнусаво шипит секретарша. – У меня и без вас работы достаточно. А вам то няню проводи, то за мороженым сбегай! От вашего ребенка одни проблемы.
 
– Ваша работа, как и моя, – выполнять приказы ректора, – отвечаю я. – Если вам для этого, согласно трудовому контракту, нужно письменное указание, я его сейчас подготовлю. Но, как вы думаете, что скажет господин ректор, когда узнает, что вы не хотите проявить лояльность к его словам?
Багровый цвет ее лица медленно «стекает» вниз, окрашивая внушительное декольте. Она резко вскакивает из-за стола и, громко впечатывая каблуки в паркет, выходит из приемной.
– Мама! Смотри, какой у дяди Рейна есть драконий камень! – доносится до меня из кабинета.
Я оглядываюсь. Аллан тянется к подоконнику, на котором стоит янтарный кристалл с черной вертикальной трещиной внутри. Он внешне очень напоминает драконий глаз, поэтому и был так назван. Порой ему приписывали самые разные свойства – от пробуждения силы до дарования бессмертия. Но никакие исследования не подтвердили этого действия.
Закрываю за собой дверь, делаю шаг к Аллану и с ужасом замечаю, что его глаза опять, как накануне, стекленеют, а потом становятся яркого золотистого цвета с вертикальным зрачком.
Сердце не просто замирает – останавливается. Я кидаюсь к нему, но меня буквально отбрасывает Рейнард.
 
Глава 12
 
По кабинету прокатывается тихий рык. Из-за спины Рейнарда я вижу, как меняются руки Аллана, как на его милых щечках появляется чешуя, а взгляд становится все менее осознанным.
Я вцепляюсь в рукав Темного, пытаясь оттащить его и протиснуться самой. Мне нужно срочно к сыну! Превращение нужно остановить!
Но Рейнард снова отталкивает меня подальше, и в миг, когда он смотрит на меня, замечаю, как его собственный зрачок становится вертикальным.
– Стой! – я рвусь к сыну, желая защитить его. Уже аккумулирую на кончиках пальцев свет.
– Не лезь, – гулко рычит Рейнард. – Только хуже будет.
Меня трясет от волнения. Я не хочу подпускать его к своему сыну. Но он отгораживает меня темной магией, я не могу подступиться. Я даже кричать не могу: боюсь, что сбежится пол-академии.
Темный касается лбом лба Аллана, и оба будто замирают. Я затаиваю дыхание. Сердце скачет, а свет готов сорваться с рук. Но, повинуясь своей интуиции, я решаю посмотреть, что будет делать Рейнард.
– Ты его слышишь, малыш? – раскатисто, с нотками драконьего рыка спрашивает Темный. – Позволь себе его услышать. Позови…
Потом Рейнард начинает что-то говорить на незнакомом языке. Аллан смыкает веки и глубоко дышит. Чешуя пропадает, когти втягиваются. В последний момент глаза сына распахиваются, становятся нормальными. Он доверчиво глядит на ректора, а на лице появляется улыбка.
Практически сразу стена из темной магии исчезает, а Рейнард подхватывает Аллана на руки. Я кидаюсь к нему, тянусь рукой со светом, но Темный не дает.
– Не переживай, он всего лишь спит.
Я вглядываюсь в лицо Аллана. Он кажется умиротворенным и льнет к Рейнарду. Перевожу взгляд на Темного. По его виску стекает капля пота, над верхней губой появилась испарина.
– Он еще и дракон, – с пренебрежением говорит Рейнард, глядя на меня.
Даже если я до этого чувствовала какую-то благодарность, то теперь внутри все заледенело. Я потянула к Аллану руки, чтобы забрать. Инквизитор – навсегда инквизитор.
– И что? – прищуриваюсь, всматриваясь в его зеленые глаза. – Заберете его, господин инквизитор?
– До конца дня вы сегодня свободны, мисс Антис, – кидает мне Темный и открывает ногой дверь, выходя в приемную.
 
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком,  купив полную легальную версию на Литрес.