Я не отдам тебе ребенка, дракон! (СИ)

— Я ничего не понимаю.
— А зачем тебе? Договор стандартный, самое главное я скажу.
Я примостилась на оставленное для меня место. Гарпии окружили со всех сторон. Я словно очутилась в гнезде с хищными птицами: смотрят, молчат, не мигают. Такое чувство, что вот-вот набросятся и разорвут своими острыми когтями, если увидят, что я дала слабину.
— Я слушаю.
— Ты знаешь, мы просим за свою помощь услугу. Не всем человечкам есть что предложить нам. Но тебе повезло.
«Повезло?» Я немного приободрилась.
— Ты всего лишь должна отказаться от дракона, с которым ты близка, но которого ты видеть не можешь, — ласково произнесла Ашхасса.
«Арман? Она говорит о нем? Он единственный дракон, с которым я была близка, и, действительно, не могу и не желаю его больше видеть!»
— Отказаться? — переспросила я.
Вроде простое условие, но почему преследует ощущение, будто я не улавливаю суть?
Я снова взяла в руки документы, пристально всмотрелась, надеясь, что знакомые слова как-то подтвердят или опровергнут слова гарпии. «Кровь», «дракон», «забрать». Мороз пробежал по коже.
— Здесь так и написано? Я должна отказаться от дракона, с которым близка, но которого видеть не могу?
— Да-да!
— Но какой в этом смысл? — нахмурилась я. — Он сильный, влиятельный дракон. Какая выгода вам может быть в том, что я от него откажусь?
— Это уже наше дело, детка, — тонко улыбнулась госпожа Ашхасса. — Будешь подписывать или вернемся в цех, где тебя скоро обнаружат твои влиятельные друзья?
— Я смогу разорвать договор, если передумаю? — прошептала я.
Что я такое говорю? Я что же, беспокоюсь за этого отвратительного эгоистичного ящера? Лена, возьми себя в руки! На одной чаше весов его жизнь, а на другой — жизнь малыша.
Гарпия терпеливо указала на одну из строчек.
— Разорвать нельзя. Можно предложить равноценный обмен. Вот, здесь это написано.
Ничем равноценным жизнь Армана я заменить не могла. Что же делать? Соглашаться? Времени все меньше. Драконы пока не нашли меня на Дорине, но, судя по всему, это вопрос нескольких дней, если не часов.
— И вы меня перенесете в мой мир? — уточнила я, все еще не веря, что все может быть так легко.
— Конечно, детка. Как только ты выполнишь свое условие сделки.
— Л-ладно… — выдохнула я.
В конце концов, как гарпии сумеют навредить дракону? Где он, и где они? Пусть попробуют добраться. У Армана телохранители, да и сам он не лыком шит: любому откусит голову.
И документы, напечатанные на принтере, на обычных, совсем как в нашем мире, листах А4, не выглядели устрашающими.
— Где подписать? — Я осмотрела стол в поисках ручки, но не нашла ее.
За всех гарпий говорила одна Ашхасса, остальные затаились, молчали, будто боялись спугнуть мою решимость.
— Сейчас, детка, — ответила она.
Закатала рукав серой кофты, вытянула бледную тощую руку, больше похожую на птичью лапу. Я вздрогнула: прямо на моих глазах из кожи гарпии, словно росток, проклюнулось перо стального цвета. Ашхасса дождалась, пока оно полностью вытянется, и выдернула его — на предплечье из ранки проступила кровь, и на остром наконечнике пера поблескивала алая капля.
— Подписывать… этим? — спросила я с ужасом.
— Сначала нужна и твоя кровь тоже, — усмехнулась Ашхасса.
Сделала приглашающий жест, предлагая мне протянуть ладонь.
— Зачем нужна кровь? Что за дикий обычай? — попробовала сопротивляться я.
— Это условие сделки, детка. Слишком много желающих увильнуть от честного договора с гарпиями. Начинают юлить, отнекиваться. А так — все просто. Выполнишь договор или умрешь.
— Что⁈
— Ты знала, кого просишь о помощи. Знала, правда?
Ашхасса, склонившись ко мне, протянула перо.
— Выполню договор или предложу равноценный обмен! — напомнила я.
— Конечно!
Рот гарпии разъехался в стороны, удлинился, обнажая треугольные зубы. Из-за внезапной метаморфозы ответ прозвучал как «конеш-ш-шно».
— Подпис-с-сывай. Или не трать наш-ш-ше время!
Я зажмурилась, закусила губу и кивнула. Острие пера больно проткнуло кожу; в углублении ладони, как в чернильнице, собралась кровь.
 
— Подпис-с-сывай!
Я взяла перо — оно оказалось тяжелым, будто было сделано из железа. Окунула кончик в собственную кровь и вывела на бумаге неаккуратную подпись.
Гарпии со свистом выдохнули в едином порыве.
— Прекрас-с-сно, детка. Прекрас-с-сно. С-сейчас я провожу тебя в наш-ш медцентр.
— Зачем? Все в порядке, порез ерундовый.
Ашхасса рассмеялась, ее маленькие глазки сверкнули недобрым огнем. Рот уменьшился, снова сделался прежним: гарпия вернула себе человеческую ипостась.
— Драконы, драконы… — медленно произнесла она. — Могучие дивные создания. Разве гарпиям под силу тягаться с ними? Они нас презирают… А зря. Мы так много сделали для нашего мира.
Я слушала, хмурилась и ничего не понимала.
— Например, мы изобрели эликсир, вылечивающий от смертельных болезней, возвращающий молодость. Всего-то и нужно — чуть-чуть драконьей плоти, главной составляющей лекарства. Но разве этих высокомерных выскочек уговоришь поделиться? Плевать они хотели на страждущих!
Она театрально развела руками.
— Ни чешуйки не допросишься! А ведь мы могли бы сотрудничать ко всеобщему удовольствию. Нет, ответ один: они не имеют дел с презренными шинто!
— Тогда я не представляю, какая польза от моего отказа, — прошептала я. — Если вы не сумеете добраться до драконов, то я и подавно!
— До одного сумеем, — весело подмигнула мне Ашхасса. — До одного. Ты с ним очень близка, но видеть пока не можешь, ведь он спрятан в твоем животе. Я про твоего ребенка.
Я вскрикнула, вскочила на ноги.
— Вы с ума сошли! Вы обещали вернуть меня в мой мир!
Гарпии обступили меня, отрезая путь к бегству.
— Тебя — да. Вернем обязательно, как и договаривались. Но сначала заберем его.
Ашхасса ткнула узловатым тощим пальцем с желтоватым когтем в мой живот. Почти ткнула. Я отпрянула.
— Избавим тебя от плода — и от лишних проблем. И Райландер от тебя отвяжется, ты ведь этого хотела?
Я отступала к стене, прикрывая руками округлившийся животик, где в тепле и безопасности дремал мой дракошик.
— Нет! Никогда! Вы меня не так поняли! Лучше смерть!
— Ой, да прекрати истерику, — отмахнулась гарпия. — Это даже еще не ребенок. Поставим капельницу, вызовем преждевременные роды — минимальный риск для твоего организма. Завтра отправишься домой.
Я дико закричала, рванулась сквозь толпу чудовищных лысых созданий к выходу, но увязла, как муха в паутине. Десятки рук, не причиняя вреда, но крепко и неумолимо обхватили, обвили меня со всех сторон, да так, что я не могла сдвинуться с места.
Ашхасса подошла, взяла мою голову шершавыми прохладными ладонями, приблизила мое лицо к своему и заглянула в глаза. Ее зрачки пульсировали, то расширяясь, то сужаясь, гипнотизируя. Мое тело расслабилось, безвольно повисло, разум затуманился.
— Спи! — приказала гарпия.
  
34
 
Я очнулась и сразу вспомнила обо всем, что случилось, — о подлом обмане Ашхассы, об опасности, нависшей над малышом. Главное сейчас — не поддаться панике! Я, не открывая глаз, прислушалась к ощущениям. Нельзя, чтобы гарпии, если они наблюдают за мной, поняли, что я в сознании.
Итак, я лежу на твердой поверхности в прохладном помещении. В воздухе стоит легкий запах дезинфекции и лекарств: очевидно, меня доставили в медцентр. На мгновение меня охватил ужас: неужели позади и я лишилась ребенка, но тут малыш шевельнулся в животе, будто хотел успокоить.
«Я с тобой, маленький. Я с тобой. Прости свою неразумную мамашку…»
Я попробовала осторожно пошевелить руками, и мои подозрения подтвердились: я была привязана за запястья и чуть выше локтя, зато никто не додумался закрепить лодыжки. Пусть попробуют приблизиться — буду пинаться так, что мало не покажется.