Жертва обстоятельств (СИ)

Огромная перина пружинила, королева взлетала на мужских бедрах (и прочем) почти до балдахина, прерывая пение сладострастным аханьем. От каждого любовного толчка браслеты и серьги на этом распущенном создании звенели мелодичным оркестром. Вот зачем я смотрю? Завидую? Да ни в малейшей степени, я всегда была абсолютно равнодушна к порно. Точечный массаж ладонями любопытен, вот и всё.
Готовя обрез, я сдвинулась вбок, к разбросанной по коврам одежде, увидела лицо любовника. Вот это да…
— Эй, вы вообще спятили⁈ Принц же по сценарию твой сын!
Королева вздрогнула тяжелой прической и браслетами, оглянулась, вся такая взбешенная, с пылающим гневом макияжем.
— И что теперь⁈ Ты «Игру престолов» не смотрела, что ли?
— Там же вроде карлик был? — припомнила я.
Всякую ерунду мне смотреть недосуг, но какие-то фрагменты сериальной дряни мельком попадались.
— Ну ты слоупок! — закатила громадные глаза королева.
— Да я вообще не карлик! — возмутился заторможенный принц. До него не быстро доходило, все еще продолжал свой тройной массаж, хотя разговор уже пошел серьезный.
Королева, пользуясь тем, что меня отвлекают, метнула заклятье. Уж на что я не чуткая к таким ухищрениям, но и мне яркое мерцание и яркие тени были очевидны. Похоже на малогабаритное полярное сияние. Но любоваться было некогда, рабочий процесс пошел.
Я нажала на спуск…
Ого! Красные патроны гораздо действеннее.
Королеву снесло с наследника, разорвав практически пополам. Подушки, любовник, балдахин — все оказалось в кровавых клочках и каплях. Если бы кто-то здесь, кроме меня, знал юридическую латынь, смело можно было возгласить: «Моменто море, финишто штучному белью».
— А…. О! — шокированный принц утирал пальцами в кольцах забрызганное лицо.
Да, само понятие смерти в Игре специфично, но пробирало. Вообще нужно смотреть, с чем к тебе пришли, а то привыкли ко всяким Посохам Силы и Мечам Сокрушенья, а надежный 12-й калибр нагло игнорируют.
— Но почему⁈ Откуда⁈ За что⁈ — пробило на риторические вопросы принца.
— Ноги подвинул! — держа наготове обрез, я собирала исторгшиеся из королевского тела артефакты и магические украшения. И как она, хрупкая, в себя столько напихала?
— Слушайте, Зана, а что это вообще все значит? — синие глаза принца взволнованно сияли сквозь подсыхающую на лице кровь, он стал побрутальнее, это ему шло. Кстати, карликом он не был. И остывал в сексуальном смысле медленно. А то частенько с мужчинами иное бывает…
— Это значит — смена власти, — сочла нужным объяснить я. — Пора, вы тут совершенно прогнили, развратились, до инцеста докатились. И это в локации с низким возрастным ограничением! Знаешь, что с вами теперь будет?
— Но мы же в приватной зоне, сюда никто из членов игровых кланов зайти не может, — жалко оправдывался синеглазый красавец.
— Так, вот что, член неигрового клана, меня ваши грязные шалости не интересуют. Где твоя королева «запоминается»? Где возродится?
— Не знаю! — слишком быстро сказал он. — Она мне не доверяла.
— Надо же, «не доверяла». Да она просто бессердечная злюка, — я поднялась на испятнанную перину.
Амстел мне объяснил азы о игровом и программном времени, о паузе возвращения в игру. Я не все детали запомнила, но несколько постельно-игровых минут у нас определенно имелось.
Он лежал у моих ног, весь такой беззащитный, идеальный, синеглазый и забавно брутальненький. Я уже упоминала, что снизу выгляжу особенно неплохо? Сейчас это подтвердилось. Да, мужчин я презираю, но раз никого лучше здесь нет, а нам все равно предстоит ждать возвращения королевы…
Мы с обрезом опустились, принц подставился и блаженно застонал. Я тоже. Не орк, но вполне. Тут я вспомнила, что он распутный кровосмеситель, передернулась от брезгливости и чувства новизны. Нет, передумывать поздно, будем перевоспитывать. В сущности, он не так и виноват — это королева его совратила, она же по идее старше.
Совратила и совершенно развратила — как мы выяснили через минуту. Умел кое-что, подлец синеглазый, это нужно признать. Руки его работали просто изумительно — ничего подобного мне испытывать не приходилось. Я тихо ныла, скользя грудью по мускулистой и гладкой мужской груди. Мы страстно целовались, ах, этот маленький, аккуратный, чуть скучноватый, но миленький мужской рот.
 
Что-то я завелась. От воспоминаний о других ртах и вообще.
— О, Зана… — застонал принц.
— Малыш, ты достоин лучшего, — шептала я, подставляя шею поцелуям и встречно работая бедрами. — Пора все изменить. Ты наследник, ты король. Ах, какой ты король!
Мужчины хотят слышать то, что хотят слышать. Омерзительная привычка, но в решающие моменты политической борьбы приходится пользоваться любым шансом для достижения общего блага. Черт-черт-черт! Да как же он это делает⁈
Бесстыдная игра пальцев принца не на шутку меня отвлекала. Вкрадчивые холеные пальцы в сочетании с мощной работой иных инструментов производили впечатления. Ой, что он делает⁈
Немного забыв об обрезе, я впилась ногтями в мужские бока. Стройный красавец взвыл, извернулся, раскидывая пышные подушки. Но не прекратил массаж моих тугих ягодиц и экзотичную игру пальчиками. Ах, какой дрессированный! Ладони нежнокожие, наверное, никогда даже рабочего калькулятора не державшие, но ведь справляется.
— Мы изменим королевство, — пообещала я, отпуская из зубов его вспухшую губу. — Народ будет счастлив, локация популярна, дороги просторны, налоги сначала уменьшим, потом повысим. А в тронном зале сейчас никого нет? Хочешь, я тебя короную? Прямо на троне, абсолютно голенького, а, малыш?
— Да! Только… Зана, о, Зана…
Новизна партнерши делает мужчин нетерпеливыми и поспешными. Они и так не подарок, а при дебюте… Вот куда тебя, принц, несет так рано⁈
Я повторила фокус с ногтями, новые пятна крови простыне уже не повредят — она уже и так в модную, ассиметричную крапинку. Да и с какой стати жалеть цифровое белье и цифровых любовников? Пусть отложит свое «о, дааааа! Даааа!».
Принц сдержал свой преждевременный порыв, мы продолжили в бешеном темпе и с тонкой игрой пальцев.
Вообще — статус имеет значение. Прежде у меня не случалось сексуальных отношений с официальными принцами. Собственно, и с неподтвержденными принцами тоже трахаться не приходилось. Я абсолютно равнодушна к аристократии, но все же принц, да такой синеглазый… Терять голову я категорически не собиралась, но экстаз — вот он, пробивает, о да! да!..
— Зана, умоляю! Я больше не могу! У меня «жизни» 8% процентов осталось. Сейчас я…
— Только не сейчас, милый! Королева нам помешает, вернется ведь, стервозина. Еще мгновение, малыш.
— Зана, детка, поставь на паузу. Или не удержусь! Королева в ванной комнате стартует, а там еще через пыточную идти — у нас еще целых две минуты квеста. Детка, не спеши, оооо…!
Как же не спеши, если мне так хорошо и я готова⁈ Ах, даже в глазах потемнело и засверкало!
Я поняла, что вою с закрытыми глазами, вминаю принца в перину, уже откинувшись, и безжалостно терзая собственные густые локоны.
Хорошо! Это было хорошо.
Не открывая глаз, я нашарила обрез и выстрелила в голову принца. Он пытался взвизгнуть, но не успел — я не промахнулась, тут, собственно, всё ощупью находишь.
Ощущение, когда тело под тобой превращается в условно-реальное и начинает отдавать лут — довольно странно. С одной стороны, я была разочарована, но в целом — ничуть!
Я поспешно упихала принцевские артефакты в рюкзак. Мальчик был небогат, но мил. Эти синие глаза… да и вообще старался. Интересно, вот этот амулет, похожий на собачью косточку с двумя крупными сапфирами-подвесками — то, что я думаю, или какой-то дурацкий Вызов Адского Сенбернара? Ладно, может, будет время уточнить.
Соскользнув с постели — реально высотища, тут бы парашют не помешал, я хлебнула из графина на столике. Королевское вино оказалось прохладно, и на вкус явно получше маговского. Нет тут никакой социальной справедливости, да и нигде ее нет, мир недобр к одиноким девушкам. Стоп! Мне же ружье нужно перезарядить.