Триумф королевы, или Замуж за палача (СИ)
— Можете не сомневаться. Весь город перетрясут.
Он знал, что это не преувеличение. За окном то и дело раздавались крики стражи и голоса дозорных, печать на плече ныла, словно старый, давно заживший шрам, а по натянутым нервам острыми коготками царапало ощущение чужих взглядов. Таких, что всматриваются в темноту, глядят на тебя в упор, но отчего-то не замечают.
— Вы выжаты, — неохотно буркнул лекарь в ответ на его расспросы, — а потому привлекаете внимания не больше, чем прогоревший уголь в ярко пылающем камине. Помимо этого, залили своей кровью несколько улиц и три десятка крыш, что весьма усложнило магический поиск. Однако как только силы восстановятся или хозяин печати приблизится к вам на достаточное расстояние, всё будет кончено. Вам надо убираться как можно скорее.
— Я не могу. Она еще где-то в городе.
— Ваша жена? Забудьте: мертвым вы ей не поможете.
Прожженный делец ухитрился найти рыбака, согласного без лишних вопросов увезти пассажира в трюме лодки этой же ночью. Более того, отыскалась и лачуга на берегу в предместье, где Штрогге переждал в относительной безопасности несколько ночей, и доверенный посыльный, согласный дважды в день приносить вести из города. На все вопросы, почему жрец-изгнанник ему помогает, тот только отмахнулся, мол, схватят линаара, рано или поздно схватят всех, кто с ним связан.
Условленное место Макс заметил почти сразу. Человек, безнадежно отставший от него утром на склоне, дожидался тут, с тревогой всматриваясь в ясное небо. Чуть поодаль фыркали кони, навьюченные тюками с одеждой. Описав плавный круг, Макс бережно опустил свою ношу посреди поляны и буквально рухнул на колени, чувствуя, что сил осталось только на то, чтобы крепко высказаться, мешая молитвы с проклятиями, а затем упасть спать. Можно даже прямо тут в снегу.
— Вот, — в руках словно сама собой возникла фляга с питьем.
На плечи Сюзанны опустилось теплое одеяло, крепкая рука буквально вздернула ее на ноги.
— Карл? — ошеломленно прошептала она. — Но откуда ты тут?
Штрогге сделал полный глоток, закашлялся, поскольку горло продрало крепкой настойкой с яркой ноткой аниса, и просипел:
— Я же говорил, что нашел тебя не сам. Без него ничего бы не вышло.
***
До спрятанного в лесных дебрях домика добрались спустя несколько часов. Сюзанна за весь путь не проронила ни слова, мужчины обменивались рубленными фразами, угадывая даже то, что сказано не было. К вечеру натянуло туч, короткая, но сильная, метель замела конские следы, и все трое путешественников наконец вздохнули с облегчением. В доме было тепло, на столе обнаружилось немало еды, вскоре над очагом уютно кипел чайник, а разговоры затянулись далеко за полночь.
Рассказ о поисках Сюзанна выслушала очень внимательно. Её не удивило, что на Карла тоже объявили охоту, но порадовало, что Камилла успела выскользнуть из-под бдительного ока канцлера живой и невредимой. Карлу помогли скрыться от преследования старые друзья, а спустя всего день после пожара он сам рискнул наведаться в места, где могла бы прятаться Сюзанна. В одном из них он наткнулся на посыльного с письмом, подписанным коротким М.Ш. То, что Карл счел возможным доверился его отправителю, и отправился невесть куда на встречу линааром, который едва не убил его в прошлый раз, вызвало у нее легкую улыбку:
— Всё так же веришь в благородство и честность? Ничему тебя жизнь не учит. Впрочем, никого из нас тоже.
Штрогге отметил, что Мейдлиг не особо охотно делится тем, сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы найти хоть какие-то сведения о Сюзанне и месте её заточения. Ясное дело, что ни канцлер, ни король такие вещи с придворными за очередным обедом не обсуждали, не говоря уже о болтовне на рынках или в тавернах. Однако зоркие глаза и чуткие уши примечали многое. По крохам им удалось собрать мало-мальски полную картину нападения. Макс искренне удивился, как много аристократов тем или иным способом следят друг за другом, и насколько легко они готовы делиться информацией, если видят в этом выгоду для себя.
Через несколько дней стало понятно, что искать надо старую обитель в западных горах, удалось даже достать её описание и сведения об охране, но, увы, не о названии и точном местоположении. Еще неделя ушла на бесцельное рысканье по крохотным горным поселениям и занесенным снегом дорогам, однако всё было впустую ровно до вчерашнего вечера, когда печать линаара уловила слабое магическое колебание.
— Мы боялись обмануться, — Карл хмуро смотрел на свои руки с крепко переплетенными пальцами. — Думали, что это ловушки жрецов или его величества, но сегодня днем вспыхнула ваша с мэтром брачная привязка, и мы поняли, что достигли цели. Остальное ты, наверное, и так знаешь, оставалось только выдернуть тебя оттуда и спрятать, благо, этот дом мы успели найти немного раньше и обо всем договорились с его милой хозяйкой, — он кивком указал на разнообразную еду и соседнюю с этой комнатой спальню, где стояли застеленные кровати. Затем потянулся, чтобы взять руки Сюзанны свои, но она отодвинулась, плотнее запахнула одеяло на груди и опустила глаза.
Макс качнул головой, тихо пробормотал что-то о холодном ветре снаружи и ушел перекладывать поленья у очага.
— Как ты себя чувствуешь? — Карл отчаянно пытался поймать её взгляд.
— Гораздо лучше, — бледно улыбнулась она. — Но не хочу ни о чем вспоминать и тем более рассказывать. Может, позже. Да, думаю, когда-нибудь потом.
Карл грустно вздохнул:
— Как пожелаешь, Вики, не буду настаивать, просто знай, что я рядом. — Она промолчала. — Все устали, пора отдыхать. Мне надо возвращаться в город, поеду завтра на рассвете. Вам двоим носа отсюда высовывать нельзя еще несколько дней, я как раз успею собрать все важные новости и вернуться. Придумаем, как быть дальше.
Он склонился, попытался хотя бы приобнять её за плечи, однако Сюзанна вздрогнула и снова отодвинулась, забившись почти в самый угол. Карл замер, предупреждающе поднял руки, показывая, что не станет её трогать, пробормотал:
— Прости. Не хотел напугать.
— Это ничего, — она заморгала часто-часто, — но… дай мне время, хорошо? Я слишком устала и окончательно вымотана.
— Конечно.
Карл исчез за дверью общей спальни, в комнате повисла глубокая тишина, прерываемая только уютным потрескиванием дров. Сюзанна поджала колени, глядя в одну точку перед собой и полностью погрузившись в раздумья. Штрогге наблюдал за ней издали, затем налил две чашки горячего травяного отвара и вернулся к столу.
— Ты не обязана рассказывать, тем более ему, — заметил он негромко. — Но что-то мне подсказывает, Карл сможет понять твои чувства и страхи. И, возможно, тебе самой стало бы от этого легче.
— Нет. И больше не будем об этом.
— Хорошо. Как ты сейчас? Я имею в виду… — он внезапно сбился, понимая, что просто не имеет права говорить на некоторые темы.
— Не ношу ли я дитя? — она посмотрела ему прямо в глаза. — И снова нет. Регулы закончились всего день назад, он не успел снова ко мне прикоснуться.
— Знаешь, я ведь могу попробовать забрать у тебя эти воспоминания, — тихо предложил Макс. — Стереть, будто ничего и не было.
— Ты уже делал так прежде? — в её глазах промелькнул слабый интерес.
— Один раз. И, не буду лгать, кончилось это паршиво. Но я многому научился с того времени, печать сейчас почти не мешает, да и с воспоминаниями легче работать, пока они свежи.
Она медленно покачала головой:
— Нет. Но спасибо, что предложил.
— Почему отказываешься?
Сюзанна взяла в руки кружку, сделала глоток:
— А почему ты продолжал смотреть из окна на королевский дворец? Такое нельзя забывать, и прощать тоже нельзя. И еще: я хочу помнить, за что именно умрет Фредерик Глосси.
— А он умрет?
— Раньше я в этом сомневалась, теперь знаю наверняка.
Глава 36. Ками
До тихого провинциального городка известия о разгроме кораблей торговой гильдии долетели едва ли не быстрее, чем до столицы. Поговаривали, что у местных рыбаков слишком тесные знакомства с контрабандистами, а у тех — с разбойниками из северных проливов, а еще, что сведения вдоль берега передают буквально всеми доступными способами: с дрессированными птицами, сигналами переносных фонарей, заклятыми морскими богами течениями и заговоренными душами погибших моряков.