Легион (СИ)
— Надо доставить Кастора в ангар, — ровно протянул я, подавив всякие хотелки.
— А-а-а… ты… Хорошо, хер дюк, — помрачнела Арвинг.
Почему помрачнела — понятно, ожидала что я подпрыгивать от радости буду. А я даже не поздоровался — но и правильно сделал. Потому что «как и почему» — я, в общем, понял. И вообще-то — ну вот совершенно не возражаю, а определёнными частями тела и не только ими даже приветствую. Вот только подобные «сюрпризы» уместны в спальне, и там я порадуюсь и вообще. А вот в текущей ситуации у меня к Арвинг, а, подозреваю, что ко всем супругам — претензии. Обоснованные и серьёзные, хотя степень «серьёзности» надо обдумать.
И пока Арви заводила Кастора в один из ангаров дуксовых покоев, я как раз думал и определял. И в общем — выходило терпимо. Точнее — я погневаюсь там, поподпрыгиваю и вообще всё такое. Но в целом, с учётом всех моментов — терпимо.
Кудряшка Кастора завела, подошла ко мне, стоит… Ну вообще — милота, потому что смотрит и виновато, и ласково, ну и вообще. Такой вид очень приятен в любом состоянии, на всякие там интересные мысли, желания и действия подталкивает. А уж в моём текущем — вот вообще. Но я был непокобелим! Ну потому что сейчас — терпимо, да и предпосылки понятны и всё такое. Но если этот факт пренебрежения моей волей, дючьей субординацией и всё такое спустить без разбора полётов и гневных подпрыгиваний — динамика семейной жизни вполне может зайти совсем не туда. Вплоть до использования жутковатых хлоиных запасов в совсем не тот адрес, в который их использование хоть сколько-то уместно! А такой семейной жизни нам не нужно.
Так что посмотрел я на Арвинг с мордой на своём лице скорбной, значительной и осуждающей. И головой покачивал. И внутренне умилялся от кудряшкиного вида. И комбезом этот «репродуктивный отросток» прикрывал-смирял — он тоже поздороваться хотел, гад такой! Нет, я его, в общем — прекрасно понимаю. Но несвоевременно же!
Достал волчий жезл, сдёрнул Веснушку с какого-то занятия, Мари тоже подключил (она, партизанка губернатурствующая, тоже в курсе была, как и ожидалось) и до-о-олго, ну-у-удно, проти-и-ивно нудел. Частично даже по делу: ну в смысле, мои там «уязвлённые-попранные чувства Безмолвности, Дючности и прочего Величия» — это «по-семейному», а не по делу. А вот то, что Кудряшка пролюбила (ну, ещё не пролюбила, но пролюбит — я постараюсь, главное — пока вида не показывать) почти год занятий в Академии — это очень даже «по делу». Неприятно и впоследствии — может аукнуться.
Девчонки полчасика моему праведному нудежу повнимали (под одобрительное гудение Эмика на заднем фоне, тоже, блин, член семейства, хех. Хорошо, хоть без «права голоса» в семейных вопросах), на снисходительно брошенное «а теперь оправдывайтесь!» в общем — оправдались.
То есть послушали мои рассказы, почувствовали «страдания без нас», которые если по совести — были…
— А если честно? — обратился я к невинно хлопающей ресничками Арвинг.
— Ну-у-у…
— Понятно. «Я к херу дюка, и никто меня не остановит!» — покивал я.
— Ну-у-у… немножко.
— Похоже, Гален, — затараторила Хло. — Но мы долго обсуждали, тебе плохо и поддержка Инвиктуса не помешает…
— И не поможет, тут специфический расклад, — отметил я. — Точнее…
— Посмотрим, посчитаем, — веско прогудел Эмик.
— Да, посмотрим ещё. Но в целом — понятно. Арвинг из вас троих, не считая её упёртости — самая не привязанная к месту. Вы почему не сказали, не спросили⁈ — гневался я.
В ответ — «сюрприз», «а если откажешь» и всякое такое. Ну, как я изначально решил — именно «терпимо». Спустить не спустил, разбор полётов устроил, но истерить и орать сверх нужного — дело глупое. Арвинг «закусила удила», причём в плане некоторой ревности «он там не с нами, кобельеро такой!» — тоже, были на это мимически-контекстные намёки. Девчонки покумекали, пришли к выводу, что «прикроют», а потом «подтянут». Ну и вот она тут, что если не лицемерить — приятно не только репродуктивному отростку «в частности», но и всему мне в «целом».
— Мне в казарму, хер дюк? — скорбно спросила Кудряшка в конце «разбора полётов».
— СДУРЕЛА?!!! — не лучше Бронзового заподпрыгивал я, да ещё ухватил за плечо — а то мало ли, сбежит ещё! — Ко мне пошли, — деловито потащил я супругу в спальню.
— Не забывай о смазке деталей, подвергающихся нагрузке трению, пилот! — напутствовал нас Эмик.
Я так и не понял — это искренняя забота, или прорезавшиеся у развивающегося Инвиктуса «Бронзовое чувство юмора». Впрочем — все равно смешно, так что пусть будет. И оттащил Кудряшку, и того, и этого и даже всякого разного. Что приятно, помимо процесса, который чертовски приятен, «гормональная подушка на сознании», натурально тупящая и мешающая жить и думать — исчезла. А потом я аккуратненько, чтоб не будить немного… уставшую и посапывающую девчонку, прокрался в ангар. Потому что некоторые вопросы надо было решить, пока не забыли, а энергии у меня, на удивление, только прибавилось.
— О смазке не забыл? — поинтересовался Эмик, а я, подключаясь, убедился, что не «шутит» (в сопряжении такое можно понять— почувствовать), а реально беспокоится.
Довольно занятный выверт сознания ИЛ. У него всяких поршней, шарниров, шестерней и всякого такого — тьмуща. Ну это и понятно. К Инвиктусу он относится практически как и мы к телу — это тоже вполне понятно. И вот всякие «плохосмазанные» детали, которые изредка, но встречались, ну или там мусор — доставляли Эмику не «боль», а «зуд», если проводить аналогию с человеком. Что его БЕСИЛО, именно большими буквами, и было неприятно. И он, проводя аналогию «со своей стороны», своему пилоту подобных пакостей не желал, ну и заботился в меру своего понимания.
— И я не забыл, и Арвинг захватила. Из твоего подарка.
— Это хорошо. Глупая она у тебя, но хорошая. Кастор, слышишь? У тебя хороший пилот, — расщедрился Бронзовый на похвалу связью.
— Слышу. Благодарю, Эквис, — прогудел штурмовик.
— Так, давай не о глупостях, а по делу…
— ДУРАЧЬЁ! Забота о несмазанных деталях — не глупость, а важное дело!
— Да, — героически не ржа, согласился я. — Но вопрос именно подключения к нашим операциям Кастора. Я пока не очень представляю, что ты имел в виду под «посмотрим, посчитаем», Эмик.
— А, смотри, — развернул в ИР схему Бронзовый. — Вот генератор Кастора… Подключайся, кстати. Кастор! — позвал он, сверившись со мной «без слов», на эмоциях, в смысле «возражаю-нет».
И выходило вот что: эмиттеры полей Кастора — стандартные. Их довольно много, да и в целом Кастор выходит помассивнее нас. Мы тяжелее, примерно одного роста, но Кастор пошире, у него пусковые для разгонников, соответственно — пошире, и мест расположения эмиттеров защитного поля побольше. Так вот, стандартные эмиттеры, стандартное поле без нашей «экзотики». Мощное чертовски, но для Инвиктуса именно норма.
И ни хрена эта «норма» не перекрывает область нитринной группы. Ну не защищаются от такого, мы бы сами адресно защищаться не смогли, если бы не поливариантность эмиттеров Эмика и наше обучение. Но, при этом, Эмик предложил такой хитрый выверт: «противоход-колебание» квантов, которое это нитринное излучение экранирует — не слишком энергоёмкое само по себе. Вот условия для его создания — это «да», ну и вычисления самого поля сложноваты, хотя тут наш вычислитель справляется. В общем — можно, в пределах тридцати-сорока метров от нас «натянуть» состояние экранирования на Кастора. Он своими эмиттерами шарашит, создавая не защиту, а условия для создания. Ну а мы, соответственно, эту защиту в благоприятных условиях создаём. И обсудив, смоделировать и всё такое — выходило вполне осуществимо.
Что очень неплохо: я от прикрытия мощного штурмовика точно не откажусь. Лазить в замки Кастору и не надо будет, ну если они стандартные, конечно. Правда, тут был один ма-а-аленький нюанс, хотя расчёты я серьёзно проводил — не помешает, а скорее поможет. И этот нюанс я сообщил Бронзовому уже личным каналом, не оповещая Кастора.