Запретная любовь (ЛП)

В Грейсона тут же летят подушки с дивана. Смена планов. Сначала я прибью его. Я утыкаюсь лицом в его плечо, и он смеется.
— Найдите комнату! — кричит Бэйли, притворяясь возмущенной.
Грейсон пинком открывает дверь и поворачивается лицом к девчонкам.
— Уже нашел, спасибо. — Как только дверь закрывается, я спрыгиваю вниз.
— Я точно не буду заниматься с тобой сексом, пока все остальные снаружи, чертов ты эксгибиционист.
Грейсон смеется над моими словами.
— О сексе, любовь моя, я даже не думал.
— Хорошо, потому что нам придется подождать, пока все не уйдут.
— И почему это? Из-за того, что громко кричишь и всегда это делаешь, когда оказываешься на моем члене?
— Боже, ты такой вульгарный. И я не крикунья, — фыркаю я.
— Я с тобой не соглашусь, милая. Ты издаешь такие прекрасные звуки. Могу доказать.
— Ты сказал, что не думал о сексе, — напоминаю я.
— Это так. Я хочу трахнуть тебя. Это отличается от секса. Я хочу дикого, потного, сногсшибательного траханья.
Между ног у меня начинает пульсировать от пошлостей, вылетающих из его рта. Грейсон расстегивает свои штаны, и, увидев кудрявые волоски, понимаю, что трусов на нем нет. Это так чертовски сексуально. Грейсону удалось довести меня до такого мокрого состояния, не касаясь меня, и ему это известно, если судить по его усмешке. Он подзывает меня, двигая пальцем. Притягивает для поцелуя, но у меня на уме кое-что другое. Его брови вопросительно изгибаются, когда я опускаюсь на колени. Стягиваю его джинсы ниже, член дергается, привлекая внимание. Влага на кончике демонстрирует готовность. Я провожу по нему рукой несколько раз, используя его же смазку, чтобы моя рука скользила как по шелку. От первого прикосновения моего языка к головке Грейсон дергает бедра вперед. Я облизываю член от основания до кончика, наблюдая за тем, как меняется лицо моего мужчины. Он откидывает голову назад, когда я заглатываю его до задней стенки горла. И начинает низко рычать, когда я начинаю сосать и работать обеими руками. Мой рот растянут от его ширины, но это не мешает мне чередовать полизывания и посасывания. Я свожу его с ума, от этого чувствую себя такой властной.
— Черт, детка. Стой, я сейчас кончу. — Он хватает меня за волосы, пытаясь оттащить меня от себя, но я начинаю сосать упорнее. — Блядь, как приятно, — пыхтит он.
Грейсон точно близко. Он начинает трахать мой рот, весь контроль улетучился. Его ноги напрягаются и сперма выстреливает в мой рот. На этот раз эта консистенция меня не удивляет. Я кайфую от соленого вкуса моей награды. Я облизываю губы и подмигиваю Грейсону, полностью удовлетворенная тем, что смогла для него это сделать. Голодный взгляд любимого говорит о том, что его аппетит ни капельки не удовлетворен. Он в спешке стаскивает джинсы, кажется, дождаться ухода моих друзей не получится. Я зажгла огонь, теперь он во главе. Грейсон сдергивает мой топ и лифчик, а потом опрокидывает меня на кровать.
— Твоя очередь, малышка. Посмотрим, сможешь ли ты не кричать, — бросает он мне вызов.
Игра началась. Он медленно забирается на кровать и зависает надо мной. С дьявольской ухмылкой стягивает мои шорты. Сейчас — я его добыча, и мне это нравится. Я тащусь от его полного внимания.
— Ты берешь пример с меня, не надев трусики, — одним пальцем Грейсон скользит между моих ног, вырывая у меня стон. — Однако я думаю, шансов у тебя нет, любовь моя. Ты просто сочишься. Эта киска горит для меня.
Грейсон наклоняется, достает что-то из кармана джинсов и кидает этот неизвестный предмет себе в рот.
Я киваю, но Грейсону не нужно мое согласие. Он закидывает мои ноги себе на плечи и утыкается лицом мне в промежность. Первое аккуратное движение его языка — настоящая пытка. Этот медленный размеренный темп оставляет жар на своем пути. Становится ясно, что он хочет растянуть удовольствие. Покалывающее ощущение, остающееся после него, говорит о том, что у него во рту мятная конфетка.
— Твою мать, — вздыхаю я.
— М-м-м, что такое, детка?
Грейсон начинает посасывать мой комочек, и это слишком. Я хватаюсь за простыни, а мое тело начинает трястись. Ощущение усиливается, когда Грейсон засовывает в меня язык. Я больше не контролирую ни тело, ни его реакции на этого бога секса. Мое подчинение Грейсону, вырывается в виде крика, когда он толкает меня через край в эйфорический туман.
 
— Черт, за этим было так горячо наблюдать, милая. — Его знающая ухмылка говорит о многом. Моя киска все еще пульсирует. Мне плевать, что весь дом услышал, как я кончила. Мне нужен этот мужчина прямо сейчас. Я толкаю его на спину и забираюсь сверху. — Вот так. Возьми все, что тебе нужно.
— Заткнись, — рычу я, а Грейсон лишь усмехается.
Затем опускаюсь на член, наслаждаясь тем, как он заполняет меня, растягивает. Когда он полностью оказывается во мне, я начинаю тереться об него, потом начинаю двигаться вверх и вниз, пытаясь принять его все глубже в попытке взять контроль над своим удовольствием.
Стоны Грейсона подгоняют меня. Он хватает меня за бедра, как и ожидалось, чтобы увеличить темп движений. Его бедра дергаются вверх, он нанизывает меня на свой член.
— Блядь, — выдыхает он, подкидывая меня все быстрее.
Такое ощущение, что Грейсон сейчас разорвет меня пополам, но эта боль такая приятная. Он сжимает мою грудь, что тяжело подпрыгивает около его груди. Я не успеваю очнуться, как он скидывает меня. Потом переворачивает нас обоих, ставя меня на четвереньки — по-собачьи. Входит в меня сзади, а я закусываю губу, чтобы не закричать. Он тянет меня за волосы, и я сдаюсь. Звук шлепков кожи разносится по комнате, пока Грейсон вколачивается в меня. Он наклоняется и массирует мой клитор, не теряя ритма.
— Давай детка, — говорит он.
Дважды повторять не надо. Чтобы заглушить звук, я кричу в подушку, которую Грейсон вытащил из-под меня, кончая так сильно, что все мое тело трясет. Грейсон хватает меня за шею и кончает сам. Мы падаем на матрас полностью без сил. Он притягивает меня в объятия.
— Ты выиграл, — шепчу я.
— Это, любовь моя, был эпичный трах. Скромно и молча, не получилось бы. — Грейсон улыбается своей сногсшибательной улыбкой, и я таю в его руках. — Моя маленькая крикунья. Ни на что бы это не променял. Мне нравится, что я могу вытащить твою дикую сторону. Я люблю тебя. — Его дыхание скоро выравнивается, значит, он уснул. Засыпаю следом.
***
Лучи утреннего солнца проникают сквозь шторы, принося с собой новый день. Я в объятиях мускулистых рук, больше никуда мне не хочется. Мужской аромат Грейсона является для меня афродизиаком. Он прижимает меня к себе, показывая, что не спит.
— Доброе утро, малышка, — и его хриплый голос сексуальнее, чем обычно.
— Утречка.
Утренний стояк прижимается к моей попе, поэтому я толкаюсь к нему.
— Не-а, милая. Мне нужно быть в офисе через тридцать минут. Я просто хотел еще немного полежать с тобой. Если мы что-то сейчас начнем, я точно опоздаю. Не думаю, что старшие члены совета директоров будут этому рады. —
Грейсон быстро целует меня в губы и вскакивает с кровати, чтобы одеться. — Мой водитель привезет мне костюм, так что переоденусь по пути, — подмигивает он.
— И когда мы снова увидимся? — дуюсь я.
— Ну, мне, наверное, придется поехать уехать в Нью-Йорк днем, чтобы надавить на компании, на которые мы нацелены, но к пятнице должен вернуться. — Компания, которой управляет Грейсон вместе со своим отцом, в последнее время отнимает у него много времени. К счастью, его ассистент-выпускник помогает делать так, чтобы все шло как надо. — Я все возмещу, детка. — Грейсон еще раз меня целует, а потом исчезает.
Я иду в душ, позволяя горячей воде смыть все боли.
Когда выхожу из комнаты, Джордан сидит за стойкой с какой-то книгой по математике. Она закусывает губу, концентрируясь и работая над формулами.
— Что делаешь?
— Напоследок подучиваю для этого идиотского занятия по статистике. Я откладывала подготовку насколько могла, а теперь мне это аукается, — выдыхает она. А потом с хлопком закрывает учебник. — Ну, я готова, как могу, поэтому погнали. Прости, не успела сделать тебе утренний кофе. — Я иду к кофеварке и достаю две капсулы «Старбакс Блонд Веранда». Потом беру наши походные кружки из посудомойки.