Сила крови III — Власть крови (СИ)

Девчонке поставили модель для мехов «ORNI-TEK», недорогой, но вполне шустрый имплант, прозванный в среде пилотов «рабочей лошадкой» за широкое распространение и отличные показатели относительно цены.
— Нет, меня все устраивает, — Майя спокойно кивнула, продолжая сосредоточенно есть.
Последние дни привели ее в норму, заставив выбросить из головы всякие глупости. Физические нагрузки вкупе с новыми ощущениями от вождения огромных боевых машин вызвали нужный настрой, позволивший не отвлекаться на мелочи.
Благодаря тренировкам девчонка еще больше подтянулась, движения стали плавными и экономными. Навыки обращения с оружием показывали результаты наемника средней руки, из тех, что бывает на стрельбище раз в пару недель. Не идеал воина, но уже подходящая заготовка. Дальше пойдет легче.
Майя неожиданно подняла на меня глаза.
— Мы будем воевать? — она кивнула на стоящие шагоходы, уже облепленные техниками из обслуги Меходрома.
Я кивнул.
— Будем.
Пауза. Последовало уточнение.
— И убивать?
Я помедлил, кивнул.
— И убивать, — посмотрел на нее. — Тебя это волнует?
Странные вопросы от того, кто уже взял свою первую кровь. Но оказалось ее интересовало не это.
— Вы очень спокойно об этом говорите.
— О чем?
— Об убийствах. О смерти. О войне.
Она подсознательно что-то чует — мелькнуло у меня в голове. Различие между возрастом Тимофея и его образом мыслей, способом рассуждать. Можно списать на особенность воспитания в семьях Старой крови, но все равно какие-то отличие выделялись.
Карлу на это наплевать. Даже если что-то заметил, то ничего не скажет, его это просто не интересует. А вот Майя обратила внимание.
— Дело привычки, — как можно безразличнее бросил я.
Она помолчала, затем неожиданно добавила:
— Папаша Айзека ищет сына. Обещал вознаграждение за информацию, если кто-то что-то знает или видел.
Я равнодушно пожал плечами.
— Так убей, какие проблемы.
Легкая провокация удалась, девчонка спросила:
— Вы легко относитесь к человеческой жизни, это менталитете Старых семей или ваша индивидуальная особенность?
Я скрыл улыбку, не показывая, что легко раскусил ее, заставив выйти на откровенность. Она осмелела, раньше такого Майя себе не позволяла. Последние дни дали о себе знать, наделив уверенностью. Это хорошо, обычная послушная кукла на передних ролях будет обузой. У человека должна быть инициатива. Особенно, у имеющего статус приближенного в свите.
— Мне через многое пришлось пройти и рано повзрослеть, — сказал я. — Представь, что ты потеряла родителей не сейчас, а в двенадцать лет. Представь, что тебе пришлось бы выживать в одиночку, рассчитывая только на себя. Вот и ответ, откуда у людей разное восприятие жизни.
Я рассказал историю себя настоящего, а не Тимофея, но прозвучало достаточно убедительно. Майя медленно кивнула и больше не задавала вопросов.
Какое-то время мы обедали в тишине, пока я вновь не обратился к Карлу:
— Твои знакомые из G.A. ничего не говорили о новой работе? — я указал на стоящие мехи. — С учетом наших новых возможностей.
Гвардеец удивился.
— Вы хотите отправиться в бой?
— Надо обкатать машинки, — я снова кивнул в сторону мехов.
— Не рановато ли. Мы еще…
Я перебил
— Мы еще несколько месяцев можем тренироваться. Но от этого ничего не изменится. Надо или делать, или не делать. Другого не дано. Мы можем тут до скончания века играть в симуляторы, стреляя цифровыми ракетами. От этого сильнее не станешь. Будем набираться опыта на поле боя, если по-другому никак.
Карл понимающе сомкнув веки и медленно кивнул. Должно быть вспомнил философию кланов о выживании сильнейших, где любили бросать в воду и смотреть, выплывет-не выплывет, делая породу сильней.
— Я свяжусь со своим контактом.
  
Глава 18
 
Раззолоченный швейцар с поклоном придержал стеклянную дверь, пропуская внутрь отеля. Небрежным кивком поблагодарив, я прошествовал внутрь.
Живой человек у входа в эпоху автоматических дверей и детекторов движения, для одних — дикость и несуразность, для других — консерватизм и респектабельность. В фешенебельных гостиницах, где номера начинались от двух тысяч за ночь, просто обязаны прислуживать швейцары, иначе терялся дух самого заведения.
 
Я прошел в фойе и почти сразу увидел Карла. Принявший после тренировки душ и посвежевший Ульбрихт-Бельских с привычной хмурой миной на лице приподнял руку, привлекая внимание. Бывший гвардеец выбрал место под квадратной декоративной колонной в окружении полукруглых диванчиков и журнального столика, достаточно в стороне от основной массы людей, находящихся в вечернее время в отельном фойе.
— Он скоро подойдет, — сообщил Карл, стоило мне приблизиться.
С моей стороны последовал короткий кивок. Эмиссар корпорации не стал выбирать какое-то определенное место для встречи, согласившись на наш вариант. Обычно такие переговоры проходили в более специфичных местах, вроде кабаков или ресторанов, где по традиции счет оплачивал представитель заказчика.
Карл равнодушно пялился в плоских экран небольшого телевизора, встроенного на уровне глаз декоративной колонны. Удобная штука, после выключения превращаются в незаметный элемент интерьера. Звук, разумеется, приглушен, не вылетая за пределы расставленных полукругом диванчиков, чтобы не беспокоить других гостей.
Покосившись на экран, я достал тонкую картонку планшета и запустил нужный сервис в сети.
— «Идентификация».
— «Номер регистра наемника».
— «Запрос на проведение операции».
— «Структура новообразованного формирования».
Поля для заполнения пролетели быстро, пальцы порхали по виртуальной клавиатуре вводя данные в пустые поля, задержка возникла только в самом конце электронного документа:
— «Название отряда».
Как насчет Мантикор? В меру броско, в меру красиво, не выделяется из ряда «гепардов» и «львов». Называть по-другому, значит привлекать к себе излишнее внимание. Хотя среди наемников каких-то только названий отрядов не было, тут сложно чем-то особенно выделиться.
— «Мантикоры».
— «Обработка запроса».
— «Процедура регистрации».
— «Уплата пошлины».
Выскочило окно с реквизитами. После банковского перевода, и получения подтверждающего письма, я стал командиром собственного наемного отряда. Процедура заняла не больше двух минут. Очень удобно.
А вот без регистра ничего бы не вышло. Статус официального наемника Спорных территорий предоставлял определенный набор привилегий, недоступный для бойцов из туземных солдат. В том числе, на формирование собственного отряда. Другой вопрос, что по прошествии тридцати дней, если новообразованное подразделение не заключит ни одного контракта, то будет автоматически распущено, без права повторного оформления в течении следующего полугода.
Учитывая данный факт и размер пошлины за регистрацию командного регистра в размере десяти тысяч кредитов, становилось понятно, что удовольствие это не для широкого круга масс.
Кстати, аборигены из Южного полушария тоже могли стать «официалами». Самый простой путь — вступить в отряд с командиром, имеющим регистр и доказать, что этого достоин. Согласно положениям Статута Кодекса, лидер отряда имел право отправить запрос на официальную регистрацию для любого своего бойца, и в большинстве своем оно автоматически одобрялось. Конечно, если претендент не был замечен в каких-либо преступлениях. В ином другом случае система не видела причин отказывать в получении регистра.
Еще существовал так называемый институт поручительства, когда любой солдат удачи с официальным статусом наемника мог поручиться за приятеля, дав ему необходимые рекомендации. Такие запросы система тоже проводила без особых проблем.
Ну и самый длинный и трудный путь: пытаться получить признание самостоятельно. Почти никаких шансов на успех. Без связей в среде наемников-официалов туземному бойцу почти невозможно подняться на уровень получения регистра.