"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Уставившаяся на нас свысока тварь, развела в стороны худощавые руки, отвела корпус назад и шумно вдохнула поглубже…
Выдохнуть ей не дали оглушительные выстрелы дробовиков — оба пацана, не дожидаясь приказа, начали садить в голову и корпус многоножки заряд за зарядом, спешно передёргивая помпы.
Ружейная отдача была слишком сильной для их ослабевшей за время пленения хватки. Поэтому точность торопливой стрельбы оставляла желать лучшего даже на таком малом расстоянии. За то недолгое время, которое я наблюдал за результатом, прежде чем вернуться к замку, они успели почти начисто отстрелить лишь пару конечностей. И два раза задеть корпус головной твари, вырывая из грудной клетки ошмётки серой кожи и осколки рёбер.
Но даже эти неточные попадания вынудили существо потерять равновесие и опрокинуться назад, на свой «хвост». Поэтому выдохнуть тварь успела не вперёд, как планировала, а вверх — извергнув вертикальный фонтан гнилой слизи, она в итоге сама под него и попала. И по сгорбленным спинам приросших к чужим задницам заражённых на пол полилась мерзкая жижа, вперемешку всё с теми же извивающимися толстыми червями — каждый длиной с локоть.
Перестав безнадёжно возиться с ножом, которому трос всё-таки был не по зубам, я достал свой дробовик и разрядил оставшийся в стволах патрон в натянутый разлохмаченный замок. И толчком плеча окончательно разорвал створками стальные нити, которые всё ещё цеплялись друг за друга даже после удара облака картечи.
Стрельба у меня за спиной закончилась одновременно с моим бабахом. Послышались щелчки новых патронов, судорожно запихиваемых в опустевшие магазины.
— Бегите вниз! — Я развернулся к пацанам и потянул их за плечи назад. — Теперь моя очередь!
Уговаривать их не пришлось — оба попятились и, развернувшись, начали спускаться по лестнице за решёткой, осторожно нащупывая ступени во тьме.
— Давай за ними, я следом! — Я толкнул назад Алину.
Но она упрямо остановилась, лишь немного отшатнувшись от моего толчка. Хладнокровно выцеливая своим пистолетиком поднимавшуюся обратно тварь, она процедила сквозь зубы:
— Мне нельзя отходить… А то сейчас опять сдуреешь…
Спорить было некогда. Тем более, что она могла быть права…
Стянув сплеча «Калашников», я перевёл его в автоматический режим и подсёк конечности разгибавшегося урода длинной очередью. «Хвост», лишившись опоры многих рук и ног, осел на землю, а головная тварь, потеряв равновесие, на сей раз опрокинулась вперёд, с размаху шлёпнувшись мордой в пол, покрытый слоем слизи и червей.
— Уходим! — Я опустил автомат, развернулся и подхватил невесомую девчонку под руки, прижав к себе. — Свети!
Луч фонаря в руках девочки высветил пацанов, которые шагали вниз по лестнице, придерживаясь за стены. И ещё конус света выхватил из темноты такую же многорукую и многоногую тварь, которая выползала нам на встречу из решётчатых ворот, расположенных на нижней площадке лестницы.
Глава 9. Метро-2022
От того, насколько неожиданно в круге света прямо перед ними возникла вставшая на дыбы отвратительная многоножка, оба пацана попятились и споткнулись о ступеньки. Шлёпнувшись на задницы и выронив ружья, они поползли наверх, неловко перебирая всеми конечностями и панически ойкая ломающимися голосами.
Тварь на нижней площадке поначалу зажмурилась от ударившего в глаза луча, замерев на миг в вертикальной стойке. Но те особи, которые образовывали хвост, быстро пришли в движение и увлекли переднее тело к нам вверх. И, когда все они открыли ослеплённые глаза обратно, торс со свободным ртом был уже всего в паре метров от ползущих мальчишек.
Тимур был к существу немного ближе — на него и упал мутный взгляд многоножки. И именно к нему потянулись передние конечности существа вместе с распахнутым гнилым ртом.
— Ма-а-ама-а… — Былую невозмутимость и слегка насмешливую спесь с пацана сняло как рукой.
Все эти события длились чуть меньше секунды. И пускать в ход спешно вытащенный обрез винтовки было уже опасно.
Прыгнув с верхних ступеней вниз, я успел подумать, что ещё пару недель назад я всё-таки выстрелил бы. Ничуть не опасаясь того, что могу попасть в безобидного подростка вместо мерзкой твари. Совсем размяк…
Рухнув на спину многоножки, я услышал, как хрустнули рёбра верхнего сегмента, когда стукнулись под моим весом о ступени. Гнилой рот обиженно завизжал, а ближайшие пары тощих рук попытались стащить меня в сторону.
Перевернувшись и оседлав спину твари, я схватил её за клочки волос на голове и несколько раз ткнул лицом в острое бетонное ребро лестницы. На третьем ударе череп визжащей твари лопнул, и в моих руках остались только ошмётки плоти, повисшие на волосах, зажатых в кулаках.
Подняв взгляд, я увидел, как в свете фонарика, подобранного Алиной, пацаны продолжают отползать наверх, уставившись на мою борьбу с гнилым чудовищем.
Остальные глотки глухо завопили с не менее обиженными интонациями. Они словно упрекали меня в предательстве и выражали глубокое разочарование моими действиями.
— Алина, сзади! — Заметив какое-то движение за спиной девчонки, я успел выкрикнуть только эти слова, прежде чем меня самого схватили за шкирку сразу несколько рук.
Вывернувшийся наверх хвост существа вцепился в одежду и разогнулся обратно, аккуратно уложив меня на нижнюю площадку лестницы. Избавившись от наездника, многоножка тут же снова двинулась вперёд и вверх, волоча за собой безвольно обмякший головной сегмент.
А сверху послышался испуганный визг Алины. Выскочив из рук девочки, свет фонарика дёрнулся вверх и полетел вниз по ступенькам, путаясь под ногами и руками карабкающейся твари. Достигнув нижней площадки, луч упёрся в стену. Но отражённого от серого бетона света вполне хватало для того, чтобы видеть происходящее на лестнице.
Пронзительный девичий визг, усиленный многократным эхом, пробудил во мне те ощущения, по которым я уже успел заскучать. Кровь закипела. Кто-то совершенно неосмотрительно хочет забрать у меня то, что мне дорого. То немногое, что я по-настоящему ценю. Подобное самоуправство всегда дико бесило и вынуждало пойти на совершенно неосмотрительные поступки. Однажды, когда одноклассник вдруг решил поиграть в футбол моим ранцем, который родители подарили мне в голодные девяностые чуть ли не на последние деньги, я взбесился настолько, что смог остановиться только тогда, когда меня оттащил от него физрук. За то короткое время, что я сидел на школьнике сверху и стучал его лицом о деревянный пол спортзала, тот успел лишиться четырех передних зубов. После этого случая друзей в классе у меня больше не было никогда.
Вот и сейчас я готов был калечить и убивать. А по рукам пошёл знакомый внутренний зуд, заставляющий сжимать кулаки до хруста.
Хрипло выдохнув, я схватил за ноги последний сегмент спешащей наверх многоножки, и рванул на себя. Все остальные тела в цепочке оступились и шлёпнулись пузом на ступеньки.
Подхватив обрез винтовки, скатившийся вниз вместе со мной, я вскочил на спину ближайшей сросшейся твари и прострелил ей затылок. Перешагнув с плеч обмякшего существа на спину следующего сегмента, я держался за его плечи одной рукой, а другой крутанул обрез в руке, отгибая скобу перезарядки резким движением вниз. Которая послушно встала на место по завершению оборота, выбросив в сторону стреляную гильзу.
Ещё выстрел — и мозги следующего сегмента тоже прыснули на ступени. Шаг, перезарядка, выстрел, фарш. Шаг, перезарядка, выстрел, фарш.
Добравшись до предпоследнего сегмента, я смог оценить ситуацию в полутьме наверху. Алина, цепляясь за пол руками, медленно уползала в темноту, продолжая истошно голосить. А взбодрённые её воплями пацаны уже поднялись на ноги и пинали в темноте того, кто сейчас тянул девчонку назад, пытаясь заставить существо разжать лапы. Но, видимо, безрезультатно.
Головной сегмент, который безвольно полз назад рядом с телом девочки, истекал кровью и выпускал из размозжённой пасти одного червя за другим. А Алина, распахнув глаза от ужаса и омерзения, отпихивала их от себя рукавами куртки.