"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Я дал им время переварить эту информацию, наблюдая за реакцией. Кажется, это всё звучало слишком хорошо, и они мне по-прежнему не верили.
— Конечно, мы рассчитываем и на вашу помощь. На ваши знания… — На этих словах группка нервно задёргалась. — Но никто не будет вас заставлять… Вы сами решите, захотите вы нам помочь или нет.
Они мне по прежнему не верили. По кучке пронёсся какой-то испуганный шепоток. И в разговор вмешалась Алина:
— Вы же учились здесь, так? В этом университете? А у вас был такой учитель, Слава Гробышевский? Может биологию вёл или там что-нибудь про бактерии рассказывал, про вирусы?
Повисшую паузу нарушил слабый сиплый голос из задних рядов:
— Вячеслав Викторович?
— Да! — Алина радостно заулыбалась, пытаясь разглядеть в кучке чумазых детей того, кто это сказал. — Вячеслав, точно же! Такой, худой, в очках и с бородой!
— Он вёл у меня факультатив по гистологии… — Вслед за робко поднятой худой рукой показалось измождённое лицо обладателя сиплого голоса — лохматый паренёк со сломанным носом. Остальные начали на него оглядываться так, словно он вызвался пойти за всех на костёр.
— Так мы же тоже его знаем! Он тут совсем рядом живёт в убежище под НИИ. До него совсем недалеко и он вам всем сможет помочь прямо сейчас. — Алина повернулась ко мне, как бы одновременно задавая вопрос мне. — А мы вас туда отведём. Он же классный! Он всех вас будет рад видеть! У него там под землёй целый огород. Даже клубника есть!
Насчёт того, что Слава будет рад приютить у себя целую ватагу голодающих пленников, я, конечно, сомневался. Но, похоже, ни у нас ни у него выбора нет. До кадетов им в таком состоянии просто так не дойти. Да и мне не помещало бы поскорее заняться ранами, а то потом хуже будет. Сепсис вряд ли вылечит даже Виктория. Кто знает, что этот урод своими болгарками до меня пилил.
— А почему он… И почему вы не как все остальные… взрослые? — Снова робко поинтересовался тот же самый паренёк.
— Вот над этим вопросом Вячеслав Викторович там сейчас как раз и работает. А сам он долгое время был в изоляции зимой. У вас, наверное, тогда занятия его отменили. — Моя догадка попадала цель и паренёк согласно закивал. — И в этом вы тоже можете ему помочь. И нам. Только сначала давайте мы вас оденем во что-нибудь…
Я оглянулся на трупы, задумавшись над тем, согласятся ли они обрядиться в их шмотки, но на помощь пришла Алина, подняв руку и быстро выпалив:
— Там же в комнате были простыни на лежаках! И одеяла! Давайте я сейчас принесу. — И, не дожидаясь ответа, вскочила на ноги и выбежала за дверь. Я встал и выглянул в окно, чтобы убедиться в том, что со стороны Дзержинки никто сюда не идёт.
Все эти внезапные движения вызвали небольшой переполох среди пленников. Но в этот раз они успокоились быстрее. Я присел на подоконник, и поглядывая на улицу, продолжил беседу:
— И вы можете помочь нам уже сейчас. Может кто-то из вас знает, где здесь можно найти какой-нибудь архив работ научных сотрудников университета?
Пока что они только нерешительно молчали.
— Может кто-нибудь из вас принимал участие в испытаниях вакцин? Или помогал в работе исследователей?
Снова подал голос паренёк, с которым у нас вроде бы наладился контакт.
— Архивы хранятся на самих кафедрах. Или в научке. В научной библиотеке. Но их, почти все сожгли… Зимой тут вообще было…
По рядам пробежал тревожный шепоток. Видимо воспоминания о первых месяцах после катастрофы, когда центровые только наводили здесь свои порядки, были не самыми лучшими в их жизни.
Вот и приехали. Ни для Славы ничего полезного, ни для Виктории. Бесноватые детишки своими руками уничтожили последнюю надежду на спасение…
— Но они все были оцифрованы… — Неожиданно заговорил сидевший с другого края кучки подросток с заплывшим глазом. — Я тут подрабатывал помощником администратора. И сам помогал сканировать всякое такое. И каталогизировать в сетевом хранилище…
В этот момент в лабораторию снова забежала Алина, неся в руках охапку войлочных солдатских одеял. И приковала к себе всё внимание.
Свалив одеяла в кучу перед попятившимися детьми, она начала её разгребать и раскладывать отдельные предметы перед пленниками, не пытаясь непременно вручить их им в руки.
— Я сейчас, там ещё много! — Закончив свои манипуляции и утерев пот со лба, она снова выбежала за дверь.
Первые робкие руки потянулись к одеялам, внимательно наблюдая за моей реакцией.
— А где было это сетевое хранилище? — Я показал им жестами, что ничего не имею против и одеяла пошли по рукам быстрее. — Его можно подключить к обычному компьютеру или ноутбуку?
— Конечно… Тут в серверной, под лестницей… — Как следует набравшись смелости, одноглазый добавил. — Я могу показать.
— Тогда бери одеяло и пойдём. А остальные пока — вот. — Я достал из ранца свой сухпаёк и питьё, положив рядом с ними. — Перекусите. Только по-быстрому. Алина сейчас ещё свой отдаст.
Паренёк обернулся в войлок и прихрамывая двинулся следом за мной в коридор. Где его чуть не сбила с ног Алина, несущаяся с новой охапкой одеял.
— Ой, извини, пожалуйста! — Выглянув из под своей ноши, она виновато улыбнулась отшатнувшемуся пареньку. И, о чудо, он тоже робко улыбнулся в ответ. Ну всё. Вроде всё-таки успокоились немного.
— Алин, достань им свой паёк. Потом принеси ещё наволочки с подушек. И научи их из них портянки вязать. А то не босиком же идти. — Я повернулся обратно к помощнику админа и показал на чулан под главной лестницей. — А что, думаешь, сервер целый? Дверь-то вон, вроде, вскрыта…
— Да… Там же нет игровой видеокарты. И игр на диске нет. И он никому не нужен такой. Я когда… Когда Перцу об этом объяснил… Потом неделю дышать глубоко не мог… Ребро треснуло, наверное. — Он зашёл в чулан и нагнулся над пыльным системным блоком, сначала показав в сторону маленького столика. — Вон там ещё возьмите те кабели. Это чтобы хранилище к обычному ПК подключить.
— А вы тут для них что, наркоту варили, что ли? — Свернув пучок проводов я сунул их в ранец.
— Ага… Мы все с фармацевтического факультета. А с лечфака ребят в Дзержинке держали… Там изолятор был военный. Но эти, в шинах… Говорили, что всех там перебили.
— А вас не успели?
— Нас хотели сначала с собой в областную забрать, где у них логово. Чтобы мы им там варили. Но потом передумали. Сказали, что и сами смогут. И тут вы… — Паренёк вытащил из системника жёсткий диск, передал его мне и поёжился. — А что, у Вячеслава Викторовича правда огород под землёй?
Я спрятал диск в ранец и кивнул:
— Ещё какой. Сейчас сами всё и увидите. Пойдём и тебе тоже временную обувку смастерим.
Он кивнул и пошлёпал следом за мной обратно в лабораторию.
— Вот и Перец тоже хотел, чтобы мы им теплицу сделали. С коноплёй. Только для неё лампы нужны специальные, а никто и не знал какие. Тогда всех чуть не поубивали. — Паренёк снова поёжился под одеялом. — А медики из колледжа… Они разве не с комсомольцами? Хотя вы на них не похожи совсем. Не ругаетесь просто так.
— Были раньше, но их кадеты освободили. Вот как и мы вас, наверное. Или там даже восстание какое-то было. В общем нет, Комса нам не друг, не беспокойся. И никогда не была. А кадеты над теми, кто слабее, не издеваются. Но и бездельничать не дадут. Всё строго, по-военному. У них тоже жизнь не сахар.
— Тут были некоторые из них. Кто сбежал, наверное… Те ещё… Но, наверное, потому и сбежали. — Помощник админа совсем осмелел и уже не заикался.
Остальной отряд пленных варщиков уже обернулся в войлочные тоги и теперь сосредоточенно повторял за Алиной порядок повязывания ткани на ногу.
И, когда все были одеты, обуты и накормлены, а оружие перезаряжено, наш отряд гуськом двинулся по обратному маршруту до провала в бункер доцента.
Мои предположения о том, что жорские солдаты полностью разметали октябрятскую армию вторжения, похоже, подтвердились. Осторожно передвигаясь по как можно большему радиусу от оград военного вуза, мы заметили только отдельные толпы заражённых, слоняющихся вдалеке между корпусами. Бежать из них по-прежнему никто не пытался. Видимо, уже было некому.