"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Она встала, чтобы налить Беласко напиток, как вдруг экзорцист ни с того ни с сего засобирался, поднявшись с кресла. Мне показалось, что он среагировал на слово «гражданин», будто неожиданно вспомнил, что если сблизиться с Браной, то это нарушит закон. А Беласко был человеком законопослушным.
— Ох, простите… я вдруг вспомнил, что мне нужно ещё в Гильдию забежать, — забормотал он. — Кириос у нас строгий, а ему нужен отчёт… простите ещё раз. И спасибо, что обработали мои раны.
Он прокашлялся и ещё раз поблагодарил за чай и заботу.
Сестра закивала, бормоча «Это вам спасибо, господин Беласко», а сама прижала к губам ладонь, незаметно стирая помаду. Наверняка, подумала, что очередной парень её испугался, и вообще было глупо на что-то надеяться.
Вот из-за этого мне и не хотелось, чтобы экзорцист крутился возле Браны. Это могло разбить ей сердце, если уже не разбило.
— Пойду провожу гостя, — поднялся я с кресла. — Не волнуйся, сестра.
Брана осталась стоять, опустив руки. На её пальцах остались следы от стёртой с губ помады. Девушка старалась сохранять лицо, но всё равно было видно, как ей неприятно и больно.
Когда я вышел на крыльцо вместе с Беласко, то оттеснил его к перилам и процедил тихо:
— Ты поступил, как последний скот. Ты вообще это понял?
Он мрачно кивнул.
— Понял. И мне стыдно перед Браной. Но я не имею права её подставлять, она не-гражданка… — Беласко сглотнул и резко перевёл тему: — Этот бандигут просто вдруг появился в твоём доме и всё? Или ты мне что-то недоговариваешь?
Я пропустил его вопрос мимо ушей и задал свой:
— Так у кого был такой же зверь? У какого коллекционера?
Экзорцист перевёл дыхание и покосился на тёмную улицу, проверяя, нет ли прохожих, и только после этого ответил уже шёпотом:
— У Артазара. — (Ну кто бы сомневался!). — Он не любил это афишировать, но те коллекционеры, с кем он раньше общался, знают о зверьке. Его звали Хоп. Ловкач ещё тот.
— Хоп? А ты откуда знаешь?
— Я учился в Академии, вообще-то. И в Гильдии служу. Знаешь ли, у меня есть глаза и уши. В среде коллекционеров знают, что у Артазара был бандигут. Зверь выполнял его мелкие поручения, какие не знаю. И вряд ли кто-то знает. Но увидев твоего зверька, я подумал о том, что двух таких бандигутов быть не может. Желательно бы выяснить это и обратиться в Орден Тайн. Они работают с животными и смогут нам хоть что-то сказать.
Этого мне ещё не хватало!
Я покачал головой.
— Нет. Никакого Ордена Тайн. Я сам выясню.
— Ну выяснишь… и что ты дальше будешь делать? Пришибёшь Хопа?
— Сначала надо всё выяснить. И пока не лезь в это дело, понял? Твой начальник это не одобрит. Если хочешь помочь, то помогай, но не мешайся.
Беласко нахмурился.
В свете лампы над крыльцом его лицо выглядело почти чистым. А ведь, и правда, раны затянулись довольно быстро. Не то, чтобы он стал совершенно здоровым, но ссадины точно стали не такими яркими.
— Так вот насчёт Браны, — напомнил я ему. — Не лезь к ней, раз это для тебя всего лишь шуточки.
Он вздохнул, потерев высокий лоб ладонью.
— Да какие шуточки… Но мы на войне, Тайдер, а не на празднике, чтобы расслабляться. И закон не позволяет… я не могу вот так просто…
— Тогда какого хрена ты изображаешь? — Я разозлился и толкнул его с крыльца. — Вали отсюда нахрен, экзорцист. И больше не трогай Брану. Побереги её сердце, если в тебе есть хоть капля совести. А если возникли ко мне вопросы: задавай их прямо, а не ходи тут кругами. Шпион из тебя паршивый. Как и ухажёр, впрочем. За одно тебе спасибо — ты спас Брану. Вот за это я тебе благодарен искренне.
Я сунул руку в карман, достал два амулета-пирсинга, которые Кристобаль нашёл у охранника Айкса, и швырнул под ноги Беласко.
— Побрякушки свои прихвати. Сейчас война, вот с ними и развлекайся, вместо Браны. Забирай и проваливай!
Два кольца с магическими письменами зазвенели по каменной брусчатке.
Беласко бросил на них короткий взгляд, но не поднял, а внезапно вбежал по крыльцу, оттолкнул меня в сторону и ворвался обратно в гостиную.
— Ах ты говнюк… — Я отправился за ним следом. — За шкирку тебя вытащить?
В гостиной мне пришлось заткнуться и замереть на месте.
Беласко стоял около ошарашенной Браны и держал её ладонь — ту самую, измазанную в помаде — а сам что-то быстро шептал девушке на ухо.
Брана слушала его, закусив губу, а когда он закончил, то медленно убрала ладонь из его пальцев и произнесла, веско чеканя слова:
— Ничего не получится, господин Беласко. У вас строгий начальник, вы сами сказали. Да и у меня нет желания играть в ваши игры. Сначала вы появляетесь без приглашения, потом пропадаете без предупреждения, потом опять приходите, потом сбегаете и тут же возвращаетесь. Нет, мне всё это не нужно. Но я вам искренне благодарна за спасение.
Она взяла чашку со своим недопитым чаем и отправилась на кухню, ровная как столб.
Вот так-то, гражданин экзорцист.
Довыпендривался. Тебя официально послали.
Беласко поджал губы, развернулся и угрюмо прошагал мимо меня на выход. Ни про бандигута, ни про Артазара, ни про что-то ещё он даже словом не обмолвился. У крыльца экзорцист поднял свои кольца-амулеты, сунул их в карман и отправился вдоль по улице в сторону отделения Гильдии.
* * *Вернувшись в дом, я первым делом подошёл к Бране.
— Да забудь ты про этого муда… идиота.
Она пронзительно посмотрела мне в глаза.
— Он сказал, что сделает всё возможное, чтобы я получила гражданство. А если у него не получится, то он сделает всё возможное, чтобы лишиться гражданства самому. И тогда никаких препятствий не будет. Это было… так странно. Он что, пошутил?
Это был сложный вопрос.
Если бы я умел читать мысли, то узнал бы наверняка, что в голове у Беласко. А так приходилось только догадываться.
— Он сказал, что ты ему понравилась.
На её лице не появилось никаких эмоций, лишь недоверие и усталость.
— Только не говори, что ты в это веришь. — Она горько усмехнулась. — Ты же видел, как он вдруг засобирался, когда заметил, что я пытаюсь ему понравиться. Испугался, что я начну ему навязываться. А я так не хочу. Лучше никак, чем так.
Я выслушал её обречённую речь и решил, что пора бы сказать Бране хоть какую-то правду, поэтому попросил девушку присесть и наклонился к её уху:
— Он не из-за тебя засобирался, а из-за Жмота. У Артазара был такой же зверь, и Беласко решил, что двух прирученных бандигутов быть не может. Что это один и тот же зверь. И его зовут Хоп.
Брана посмотрела на меня в ужасе, но я приложил палец к губам, прося её молчать, чтобы сам Жмот не услышал.
Он как раз опять появился в гостиной, глядя то на меня, то на Брану.
— Ты мне нужен, приятель, — обратился я к нему и направился в ванную, это было единственное место, где меня обычно не беспокоили.
Бандигут послушно засеменил за мной, поигрывая полосатым хвостом.
В ванной я опустился на пол рядом со зверьком и внимательно на него посмотрел.
— Мне нужны мои вещи. С ними всё в порядке? Амулет и мута-алмазы.
Он живо закивал и быстренько нашарил моё добро у себя в сумке на брюхе, затем отдал мне. И амулет, и горсть камней. Всё в целости и сохранности.
— А теперь скажи мне, ты ни разу не уловил запах своего хозяина, пока был тут, в городе?
Он мотнул головой.
Я тем временем вспоминал нашу первую встречу со Жмотом. Я ведь уже спрашивал его про хозяина. И бандигут мне прямо дал понять, что это коллекционер. Тогда я не придал этому значения, как не обратил внимания и на его странный ответ.
Я спросил у него тогда: почему именно меня он выбрал, чтобы найти хозяина?
И он ответил что-то в духе: ты отличаешься от других магов-коллекционеров. Тогда я не догадался уточнить, чем именно отличаюсь. Где были мои мозги в тот момент?
Я снова обратился к Жмоту.
— Слушай, а помнишь, ты намекал, что я какой-то необычный коллекционер, поэтому ты меня выбрал. Помнишь?