"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Вот чёрт.
Я потёр лоб и взглянул на своего огромного морфи с бородой и красными дредами. Вот тебе и мальчик лет семи. Приехали.
— А тебе-то сколько? — спросил я у Годфреда.
— Не твоё дело, — веско обозначил он, но что-то подсказывало мне, что Годфред по людским меркам далеко не подросток.
Тогда сколько же ему на самом деле? Миллион?..
* * *
Этой ночью спалось мне хреново.
Можно сказать, вообще не спалось.
В голове мельтешили мысли. Я переместился в будущее… я мутирую из-за бога… мне нужно его воплотить, а значит, получить ещё одного морфи… нужно выжить… нужно получить седьмой ярус мастерства… нужно освободиться… нужно получить гражданство… нужно, чтобы от меня отстали и дали жить спокойно… нужно узнать информацию о Богине Смерти и не дать ей меня прикончить второй раз…
Подумав о ней, я сразу же вспомнил синие глаза Афены. Да уж, для кого-то смерть выглядит именно так. Красивая блондинка по прозвищу Глобус, вокруг которой всё рушится.
Сейчас она спала в соседней комнате, и я всё время вслушивался в шорохи, ожидая, что она внезапно явится, чтобы меня добить.
Крис спал на кровати у другой стены, но даже его храп не помешал мне услышать странные звуки.
Сначала я подумал, что это в коридоре. Но нет. Звуки шли из соседней комнаты, где спала Афена. Кажется, там что-то скреблось.
Я полежал около минуты, а потом тихо поднялся.
В углу нашей с Крисом комнаты всё так же стоял Мозарт и охранял меня. Он не спал и внимательно наблюдал за обстановкой.
— Будь наготове, — шепнул я ему и направился в коридор.
Мозарт кивнул и пошёл за мной, приготовив лук. Внезапно прямо передо мной, у самых ног, появился опоссум или как там его…
Жмот — я так его назвал.
Зверёк серьёзно смотрел на меня блестящими чёрными глазами и мотал головой, будто умоляя никуда не ходить. При этом я заметил, что в его хваткой лапе зажата конфета-ириска. Умудрился всё-таки стащить у Браны, мелкий падлюга.
Опоссум жестикулировал лапами, пытаясь показать что-то ужасное.
— Не суетись, Жмот. И верни конфету на место, — почти бесшумно ответил я ему и отодвинул с дороги.
Тот фыркнул и сунул конфету в рот.
— Еще раз такое повторится, — сощурился я, — и отправишься на остров вместе с рюкзаком.
Сейчас мне было не до опоссума. Я вышел в коридор и приблизился к двери комнаты, в которой спала девушка, после чего ещё раз прислушался.
Скрежет из комнаты не прекращался. Совсем слабый, еле слышный. Мне даже подумалось, что если бы не слух Годфреда, то я бы ничего не услышал. Ведь никто в доме, кроме меня одного, его не уловил. Даже Брана, а она чуткая.
Я взялся за дверную ручку и повернул, ожидая, что дверь будет заперта, но нет. Ручка легко поддалась. Я шагнул в комнату, всё время напоминая себе, что, возможно, иду к Богине Смерти.
Внутри было темно и пахло чем-то приятным. Духами, возможно.
К моему зрению сразу же подключилось зрение Годфреда, и очертания комнаты стали видны. Кровать, стены, шкаф, одежда на стуле и даже книга на полу.
Сделав ещё пару бесшумных шагов, я наконец разглядел то, что происходит с девушкой, и замер на месте…
* * *
Она спала на широкой двуспальной кровати.
Её глаза были закрыты, но, казалось, она не спит, а только притворяется. Афена лежала на спине, раскинув руки. Одна её ладонь ухватила простынь, а вторая скребла ногтями по деревянной спинке кровати.
Именно этот скрежет я и услышал.
Девушка порой мучительно выдыхала, приоткрывала рот и что-то произносила, бормоча во сне, а порой даже тихо стонала.
Ну и ну.
То ли ей просто дурной сон снится, то ли всё же что-то не так.
Я шагнул ещё ближе.
На Афене была только одна коротенькая сорочка, но она лишь слегка прикрывала стройное тело. За тонкой тканью угадывалась грудь, очень даже приятного размера, и затвердевшие соски. Сорочка совсем задралась, оголяя и бёдра.
Я невольно пялился на её почти голое тело, но при этом не выпускал из головы, что эта девчонка может быть опасна, пока я не выясню, что она скрывает, и скрывает ли вообще.
 
Мозарт вошёл в комнату вместе со мной и остался у двери, прицелившись из лука точно в лежащую девушку.
Я поднял руку, давая понять морфи, что подам знак, если помощь понадобится, а сам приблизился к кровати и встал рядом, пристально наблюдая, как Афена стонет во сне и всё сильнее скребёт по деревянной спинке.
Девушка продолжала что-то шептать, и я наклонился ниже, чтобы расслышать.
Мой слух уловил только обрывистые фразы:
— Вырваться… хочу вырваться…
Меня прошиб холодный пот.
Неужели в ней говорит Богиня Смерти, которая хочет вырваться? Только знает ли сама Афена, что с ней что-то не так?..
Внезапно девушка открыла глаза и уставилась прямо на меня. Скрежет её ногтей о спинку кровати прекратился. Несколько секунд Афена смотрела на меня, соображая, кого видит в темноте, а потом на её лице отразился ужас.
— Тайдер? Ты что тут делаешь?..
— Всё в порядке. Не бойся.
Я приложил палец к губам, и она смолкла, но ужас с её лица так и не прошёл.
— Ты стонала, вот я и пришёл тебя проверить.
— Я?.. — Она, конечно, мне не поверила. А потом ещё и увидела, что явился в майке и трусах. — Знаешь, что? Я всё расскажу Бране! Скажу, что ты совсем границ не видишь! Ты зачем ко мне полез? Изващенец!
Девушка рывком села на кровати, собираясь вскочить, но я придержал её за руку и показал на спинку кровати, где остались еле видимые следы от ногтей.
— Если не веришь, глянь туда.
Она уставилась на спинку и замерла.
— Это моё?
— Ну не моё же, — ответил я. — А ты вообще помнишь, что тебе снилось?
Афена посмотрела на меня уже не так грозно, но тут вдруг осознала, что на ней почти ничего нет. Схватив край простыни, она прикрыла грудь и прошипела:
— Уйди, Тайдер! Или я тебя прикончу!
Ну надо же.
Богиня Смерти обещает прикончить меня ещё раз. Отличный расклад. А в том, что внутри Афены находится Богиня Смерти, сомневаться уже не приходилось. Годфред оказался прав.
Я пристально всмотрелся девушке в глаза, будто пытаясь её разгадать.
— Что тебе снилось?
Афена на миг замерла, нахмурившись.
— Не помню… какая-то женщина с голубыми волосами… очень красивая. Она что-то мне кричала…
— И часто она тебе снится?
— Я вообще не припомню, чтобы она мне снилась. Вот ты сейчас спросил, и я сразу вспомнила.
Девушка оттолкнула меня рукой.
— Выйди, Тайдер! Ты меня смущаешь!
Для пущей убедительности она стукнула кулачком по постели, и кровать хрустнула. Ещё секунда — и одна из ножек переломилась.
— Ой, мамочки… — выдохнула Афена, а потом разозлившись, с гневом бросила: — Это всё ты виноват!
Что-то опять хрустнуло… и переломилась вторая ножка, ну а потом кровать накренилась на один бок!
Не двигаясь с места, Афена сжала кулаки.
— Как же меня это достало… ну просто невыносимо!
Я наклонился и осмотрел место слома на ближайшей ножке кровати. Ощущение, что она переломилась, потому что сама так захотела.
— И давно с тобой это происходит? — спросил я. — Я имею в виду, давно всё вокруг тебя рушится и ломается?
Девушка слезла с перекошенной кровати вместе с простынёй, которой она продолжала прикрываться.
— Да всю мою жизнь, сколько себя помню. Порой это прекращается, а потом начинается снова…
Она вдруг смолкла, уставившись на дверь.
Я тоже посмотрел туда же.
На пороге комнаты стояла Брана, злая, как сто чертей.
— Вы чем тут занимаетесь? И что с кроватью?.. — Она спросила это так, будто вот-вот задохнётся от шока. Ну и заодно оторвёт мне голову. — Тайдер!! Отвечай!!
Весь её вид кричал о том, что подумала она совсем не то, что надо.
— Да ничего мы не делали, — спокойно ответил я и кивнул на Мозарта, который стоял у стены. — Можешь у него спросить. Боги врать не умеют.