"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Так вышло и в эту пятницу.
Как только я показался на улице, как те уроды внезапно появились с разных переулков и начали окружать меня с трёх сторон. Толстый, коротышка и главарь.
— А вот и наша пицца, парни! — усмехнулся главарь.
Стиснув лямки термо-рюкзака с пиццей, я быстрым шагом направился к воротам интерната, отлично зная, что будет дальше. Следом раздался топот, затем — мерзкий хохоток главаря. Толстый хрюкнул, а коротышка заорал, что я никуда не денусь.
Только они не знали, что сегодня всё изменится.
Я прибавил скорости.
— Э-э-эй!!! — с хохотом проорали позади. — Сегодня ты никуда не денешься!!!
Вот и ворота моего интерната, за ними — дорожка.
И тут…
— Ой, извини! — Внезапно меня сшибла с ног незнакомая девушка.
Ах ты, зараза! Куда лезешь-то? Слепая, что ли⁈
— Ты не ушибся? — спросила та, делая невинное лицо и глядя, как я неуклюже вскакиваю на ноги вместе с рюкзаком за спиной.
Позади раздался крик главаря.
Я бросил на девушку быстрый взгляд (красивая блондинка, но мне было не до неё), сорвался на бег и на последних секундах достиг центра Круга силы. Резко остановился, стянул лямки рюкзака и поставил его на асфальт, после чего обернулся и направился прямо на троицу, что меня преследовала.
Ну вот и вовремя. Сейчас проверю силу своего экзо-бога.
Троица снова начала меня обступать, зажимая в кольцо. Они заулыбались, уверенные в победе, ну а я сжал кулаки, посмотрел на каждого из своих врагов и… тоже улыбнулся.
— Бог Вечной Ярости приветствует вас у себя на борту, ублюдки. Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию. И приятного полёта!
Мои кулаки вспыхнули невидимой энергией. Её мог разглядеть только я, и прямо сейчас костяшки моих кулаков заискрились синими молниями.
Первую цель я уже выбрал. Рванул вперёд, размахнулся и одним ударом в челюсть приложил толстого.
А недурно!
Тот опять хрюкнул и отлетел в сторону, парализованный молниями, и с расквашенной рожей.
Следом настала очередь коротышки. От удара ногой в грудь он впечатался в забор и сполз по нему вниз, уже без сознания. Ну а ошарашенный главарь получил такой апперкот от Бога Вечной Ярости под подбородок, что эпично подлетел вверх, а потом рухнул на спину.
— Мра-а-азь… кх-а-а-а… кх-а-а-а… — прокашлял он, переваливась на бок. — Как ты… как ты это сделал, урод?..
Тем временем девчонка замерла у ворот, пристально наблюдая за дракой. Кажется, она увидела Круг силы и молнии на моих кулаках, хотя не должна была. Вообще никто не должен был.
Внезапно незнакомка рванула в мою сторону, добежала до Круга, а потом… накинулась, вцепившись мне в плечи, и снова сшибла с ног!
Да что за хрень⁈
Вместе мы рухнули на землю, девушка навалилась сверху, приблизила красивое лицо и игриво прошептала мне на ухо:
— Богиня Смерти приветствует тебя, Годфред. Спасибо, что выбрал нашу авиакомпанию. И приятного полёта…
Вспышка боли была короткой, но настолько сильной, что я зажмурился, почти потеряв сознание. Только мысли всё крутились и сверлили мне мозги, пока я лежал будто парализованный.
«Богиня Смерти приветствует тебя, Годфред».
Богиня Смерти.
Приветствует тебя.
Годфред.
Почему она назвала меня Годфредом? Кто такой Годфред, мать его? Неужели тот самый экзо-бог, что в меня вселился?..
И вообще, как Богиня Смерти оказалась в теле этой девчонки? Неужели в нашем убогом интернате нашёлся еще кто-то, кто знаком с ритуалом Альманаха Богов, как я?
У меня-то просто выбора не было. Я впустил в себя первого попавшегося экзо-бога из Альманаха, чтобы не сдохнуть. А что у этой девчонки случилось, раз она стала носителем такой сущности, как Богиня Смерти? И почему она на меня накинулась?
Мысли всё крутились в моей звенящей башке, а глаза никак не желали открываться. В голове совсем затуманилось, но я ещё раз напомнил себе.
Нет. Я не Годфред.
Меня зовут Стин. Стин Кёрф. Мне семнадцать. Сейчас двадцать первый век, а я нахожусь на улице Первого Святого, возле школы-интерната для детей, оставшихся без попечения родителей, в городке Доф.
Так… ещё раз. Меня зовут Стин. Стин Кёрф.
Тогда кто такой Годфред, мать его?..
Паралич постепенно отпустил тело, дышать стало легче. Глаза тут же распахнулись сами собой.
Девчонки рядом уже не было. А ведь она только что сидела прямо на мне, вцепившись в мои плечи, сверля взглядом тёмно-синих глаз и парализуя хваткой, а сейчас будто испарилась.
Это казалось невозможным по всем законам физики. Хотя какие законы физики, когда внутри у тебя экзо-бог, пусть только со вчерашнего вечера?..
Я приподнялся на локтях и быстро оглядел округу, потому что, кроме девчонки, у меня была ещё одна проблема. Точнее, три проблемы на мою голову: те парни, которых я раскидал в драке.
Только троицы рядом тоже не было.
— Да не может быть… — прошептал я.
Если б они очнулись, то меня бы точно в покое не оставили, а если б не очнулись — то всё ещё валялись бы у ворот интерната.
И тут мои глаза уставились не на привычные ворота из стальных прутьев, а на низкий сплошной забор из жёлтого кирпича, которого тут никогда не было. По крайней мере, на моей памяти.
— Да ну… — выдавил я охрипшим голосом, не моргая, как загипнотизированный.
За кирпичным забором виднелось не здание интерната, а… ровный конус горы с храмом на вершине, вроде тибетского. За ней — ещё одна такая же гора… целая горная гряда вырастала из моря и тянулась до самого горизонта!
И на каждой вершине стояли «тибетские» храмы с желтыми, изогнутыми по краям, крышами.
Это был не мой интернат, не мой город и не моя страна…
Тогда где я?..
Эпизод 2. Попал!
— Да не может быть… — повторил я, сглатывая вязкую слюну.
Жаркий ветер подул в лицо, окатил запахами травы, влаги и ещё чего-то… никак не разобрать. То ли аммиака, то ли спирта. Солнце стояло в зените и пекло нещадно, на небе — ни облачка. Вместо асфальта я лежал на травянистом склоне горы, около кирпичной стены. Вокруг шумел ветер, трепал волосы, забирался под футболку…
Погодите.
Я же в зелёной форме курьера должен быть!
Да и такой футболки у меня сроду не имелось: цвета хаки, с белой нашивкой на правом плече — символом из трёх языков пламени и стрелы, направленной вверх.
А ещё там выделялась надпись «Гипериос», и ведь я смог её прочитать, хотя язык был мне незнаком: по начертанию он больше напоминал греческий. Плюс через плечо была накинута лёгкая кожаная портупея.
Брюки на мне были все в пыли, тоже цвета хаки, с карманами и прорезиненными наколенниками, ещё и военные ботинки на шнуровке. Такие я никогда не носил. А ещё никогда не носил перстни — а тут массивное кольцо на указательном пальце правой руки, с маленьким человеческим черепом вместо камня.
К тому же в глаза бросилась татуировка на тыльной стороне той же руки — стрела, направленная от локтя к запястью.
Что за чертовщина?
Еле сев на траве, я тщательнее себя осмотрел.
Одежда точно не моя, но сидит по размеру. Правая штанина завернута почти до колена, а нога перетянута бинтами на голени. Свежая кровь немного пропитала бинты — значит, ранение получил недавно. А ещё кожа была загорелая. Такой загар в апреле, да ещё и на севере округа, я бы точно не смог получить.
Рюкзак с пиццей, кстати, стоял рядом, как ни в чём не бывало.
Такой же ярко-зелёный, с нелепым названием «Ну ещё кусочек!». Но почему-то именно сейчас я был рад видеть этот ненавистный рюкзак. Он доказывал, что я ещё не слетел с катушек, хотя надо бы всё же проверить.
— Проснись… давай… — выдохнул я, снова зажмурился и просидел так несколько секунд.
Только боль в ноге стала ещё ощутимее.
Пришлось опять открыть глаза и убедиться, что ничего не исчезло. Всё те же горы с храмами на вершинах, всё тот же бинт на голени и всё тот же термо-рюкзак рядом.