"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Я птичку подговорила, она напакостила девице. Та, в свою очередь, опрокинула помои на головы твоим наемникам, и вуаля! Дана, — она подняла указательный палец левой руки, — и Атар, — второй палец правой встал напротив первого, — наконец-то встретились, — и переплела пальцы.
Эльф за моей спиной рыкнул, сел на мое кресло и сграбастал меня на свои колени.
— Ой, я тебя умоляю. Поревновать решил? — а богиня явно с юмором. Демонстрация на пальцах явно была сделана, чтобы позлить Широ.
— Дальш-ш-ше, мама.
— Не шипи. Шипелка еще не доросла, — и не отвлекаясь от диалога с сыном, Куилагур создала еще два кресла для вновь прибывших кельпи, — это на случай, если вам скалиться надоест и вы скотину неразумную изображать перестанете, — так, между прочим, сообщила ошарашенным коням.
— Так вот. Дальше я торговцу дала указание напомнить одной пустоголовой банши, что она во второй день полнолуния в степи сунуться решила. Спасла ей жизнь, раз! — богиня загнула один палец, — Дана встретила оборотня, и вот тут все пошло наперекосяк. Этот незначительный персонаж буквально сам вытянул все на себе.
Алкай явно был уверен, что никого не тянул. А потому обычная, слегка ироничная усмешка заняла свое положенное место.
— Не ухмыляйся, Альфа. Банши другого постоялого двора не нашла бы. И ждала ее смерть в лапах ликанов. И тут должно было быть два, но спасла не я, значит, не считается, — и девушка обиженно сморщила нос, — потом каратели. На заставе Алкай почувствовал кровь, но ее там не было. Так Дана выяснила, что на вас охотятся проклятые. Ели бы не оборотень, вы промаршировали бы прямо в ловушку и померли бы все разом. А так карателям пришлось с вами лично разбираться. Третий раз спасенная жизнь, и снова не в мою копилку, — и снова наигранно гневный взгляд на оборотня.
— Какой я полезный в хозяйстве зверь, оказывается, — съехидничал Алкай, и бровью не поведя от столь пристального внимания Ку.
— А то! — подтвердила богиня, — не будь тебя, с кем бы Баск отправил Дане клинок? А ведь именно он телепортировал банши к дроу, когда подземный вихрь чуть не размазал ее по стенам каньона. Итого: три спасения в твоем исполнении, одно в моем. Ведешь, оборотень, — пропела Куилагур. А огонек еще шире разулыбался. Они явно были на одной волне.
— Это же не конец, не правда ли? — ох, какой голос. Прям волк-соблазнитель.
— Конечно, нет. За кого ты меня принимаешь. Я так просто не проигрываю, — и обнажив восемь очень острых клыков, богиня продолжила, — когда напали проклятые с Магнолией во главе, там был маг. Он прятался в лесу на случай проигрыша. Его задачей было добить выживших. И он убил бы кого-то из вас, если бы наш бравый волк не приземлился прямо на него. Это ж надо, просто пришиб! Пусть и не насмерть, но этого хватило, чтобы вы его потом добили. Соответственно четыре — один. А вот дальше в игру вступаю я, — от хищности продемонстрированной улыбки меня передернуло.
Кельпи, кстати, решили последовать нашему примеру и уже в двуногом обличье сидели в образованном нами полукруге. А за стенами все также плыло пространство и закручивались спиралями события. Но то там, а здесь мы все внимательно вслушивались в рассказ Равновесия. И, особенно, о тех моментах, в которых принимали участие, но не знали о их значимости.
— У болотников я разбудила Дану и всех спасла. Четыре — два. От вампира тоже уберегла я.
Руки на моей талии напряглись. Вот знала, что когда-нибудь эта история всплывет.
— Какой вампир, мамуля? — прожурчал эльф у меня над ухом.
Беда-а-а-а…
— А он покушался на жизнь и честь твоей возлюбленной, — кто-то зарычал. А богиня, будто не замечая крайнего бешенства сына, продолжила, — там тако-о-о-ое должно было произойти, что даже мне стыдно вспоминать.
— Р-рар-р-р-р!
— Чего рычишь, киса. Девочка свободна. Я что-то не вижу на ней брачных уз.
Рычать эльф перестал. Он теперь просто непередаваемым взглядом сверлил мать.
— Так вот, — оставив без внимания молнии, что метал Широ, рассказ продолжили, — четыре — три. А если добавить еще случай пятьсот весен назад, когда я банши с воином в чувства приводила, то уже четыре — четыре. И заключительный победный штрих, — она замолчала, нагнетая обстановку, — кто же такой хороший весточку всем расам Синула послал, что у них на западе война идет, и ее исход аукнется всем?
 
Кто был этим самым благодетелем, догадаться не составит проблем. Поскольку, если и были сомнения, то оба указательных пальца богини, направленные на нее же, были красноречивее слов.
— Пять — четыре в мою пользу! Пусть банши и нашла такой хороший талисман в виде оборотня, без меня вам, мои хорошие, был бы один путь — на ту сторону, — и она указала ладонью за стену. Там начинался эфир — обиталище богов, а гораздо ниже мелькало междумирье, где души ждут очереди на перерождение.
— А то, что все это было ради поимки падшего, ничего? Ты даже меня заставила превысить силу. Я же мог разрушить этот мир, ликан задери! — эльф злился, и сильно.
— Ой да брось! Я же тут дневала и ночевала, чтобы поймать момент выброса энергии и поглотить его. Не думаешь же ты, что мой новорожденный мир мне безразличен?
Вот теперь я окончательно поняла, что мы песчинка по сравнению с остальными мирами. Наш Синул уже так давно существует, но все еще считается новорожденным. Слава Всевышним, что мир до сих пор закрыт.
— Ты не поймала падшего. И судя по твоим словам, сюда он являться не собирался.
— Динар, ты дурак? — она это так буднично спросила, что мы все уверовали — да, дурак, — появись падший в моем мире, тут вся магия, к оркам собачим, фонтанировала бы. Выглядело бы как оглушительный фейерверк. Он такой глупости не совершит. А вот по его силе, которую он даровал этой изуродовавшей себя душе, я вполне могу его разыскать.
Теперь все становилось на свои места. Все события стали понятны и улеглись в общую понятную картину.
— Что с Атаром?
Если я все поняла правильно, то кашир пятьсот весен назад был на грани, а его оттуда вернули. Это бесследно не проходит.
— Умная девочка, — похвалила меня женщина. Она вмиг стала серьезной и величественной, какой мы ее увидели в самом начале, — я насильно держу его душу в теле. Одна ее часть уже за гранью. И я не могу ее вернуть…
— А, значит, необходимо отправить его туда, где ему уже пятьсот весен как нужно быть, — продолжить ее мысли на сей счет не составило труда. Я и так уже догадалась. Слез не было. Ведь жить так, как воин прожил последние пять столетий, я не пожелала бы никому. Его вменяемость временная, и, возможно, кое-кто божественный приложил к этому руку.
— Когда? — не выдержал феникс, крепко держа маленькую Энге на одной руке и обнимая Лаэкана за плечи другой.
Но Равновесие ответила не нам. Она смотрела на высокого и сильного воина, что уже отвоевал свою последнюю войну, и произнесла:
— Ты не покинешь этого места. Мне жаль.
Я низко опустила голову, стараясь не показать своего искаженного мукой лица никому.
— Но обещаю тебе перерождение в ближайшие десять весен и на Синуле, — уже веселее добавила черноволосая демоница. А в этой ее сущности я уже не сомневалась. Стоит вспомнить хвост у Баска и все ясно без слов. Она потомок самых первых существ — Древних. Именно в них вселились Смерть и Жизнь. Жизнь создала драконов, каких уже нигде не встретишь, а Смерть слепил из тьмы демонов. Вот только его сила не могла никого оживить. Это подвластно только Жизни. И тогда возлюбленная дала демонам вторую сущность — звериную. Так и появились две расы Древних: белые драконы и демоны-оборотни. Жаль, сейчас их потомки далеки от своих прародителей.
Но теперь все становится понятным. Широ унаследовал оборотническую сущность, Шантэль драконью, а Баск стал маленьким демоном. И только Равновесие сочетает в себе кровь всех.
Я мягко отстранилась от эльфа. Сейчас не время разбираться в наших отношениях. Это время в эфире, куда мы больше никогда не попадем, я хочу провести с Атаром и Ласканом. Нам есть что вспомнить и о чем поговорить. Широ меня понял и отпустил.