"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Ага, спасибочки предкам.
Это она о легенде про прародителей всех гоблинов. Еще в начале времен в одном из первых созданных Смертью и Жизнью миров повезло встретиться троллиане Юзиф и дроу Салинэлю. Не представляю, как так получилось, но эти двое, совершенно не совместимые на первый взгляд существа, заимели брачный союз и десяток детишек, чьи потомки впоследствии стали первыми гоблинами.
— Это твое воинство? — гоблиана кивнула головой на моих спутников, связанных по рукам и ногам.
— О, это вы их так? А когда? — я с неприкрытым интересом рассматривала с десяток стоящих позади меня гоблинов, что приставили парные ножи-серпы к шеям и сердцам пленных.
На мужчинах из одежды были только штаны, так как под землей в пещерах бывает чудовищно жарко. И это обстоятельство сильно действовало на женский сонный разум. Оттого я не сразу сообразила, что отпускать моих товарищей никто не собирается. Об этом красноречиво говорили заточенные донельзя лезвия. Присмотревшись, обнаружила, что оружие представляет собой не просто нож-серп для ближнего боя, но оно еще имеет цепь шириной в палец и длиной в три тара. Такая интересная конструкция предназначена для бросков. Один удачный удар, и у противника нет головы. Если хоть одному из пленных удастся вырваться из захвата, то убежать не выйдет. Бросок серпа-ножа вперед, чуть с боку жертвы, и как только оружие опередит беглеца, рывок цепи на себя. Лезвие загнутого ножа из-за своей формы сместится в сторону жертвы, преодолевая сопротивление воздуха с противным свистом, и беспрепятственно пройдет сквозь мясо жилы и хребет, отделяя голову ровным срезом без ошметков кожи и плоти.
Вот почему никто не пытается освободиться. Каждый правильно определил последствия необдуманных поступков. Одного не могу понять, как они все попались? Особенно Широ. Понятно, что магия сейчас не котируется, но рефлексы ведь не пропали.
— Нас скрутили спящими, — ответил на мой незаданный вопрос эльф.
— Но как…
— У тебя все на лице было написано, — перебив меня, почему-то ответила Ратха, — а тебя я не дала связать. Знаю по прошлым встречам, что ты непростительно мало спишь, когда на карту поставлено что-то важное. Вот и не стала тебя будить.
— Спасибо, — я благодарно улыбнулась, но про товарищей не забыла, — а их теперь развяжите?
— Друзья? Родственники?
— Друзья.
— Близкие? — продолжила допрос подруга.
— Достаточно, — уклончиво ответила я. Незачем всем вокруг объяснять все хитросплетения наших взаимоотношений.
— Отпустить, — отдала приказ своим воинам гоблиана.
Не прошло и вара, как все плененные были развязаны и отпущены. Однако никто из освобожденных не спешил выражать свою радость словами или мимикой. Они молча шли в мою сторону с непроницаемыми лицами. Последним ко мне подошел Кайя, и я увидела высохшие дорожки слез на его щеках.
— Это еще что? — прошипела я не хуже степной гадюки, — почему ребенок плакал?
Гоблины встали в боевую стойку, мои спутники в ответ ощетинились оружием и клыками. Ситуация вновь накалилась.
— Другой кельпи покалечил пятерых из нас и одного убил. Его отправили на казнь, — растолковал мне один из воинов.
А я все никак не могла понять, что не так. Теперь ясно, не хватало Палана.
— Ратха, как это понимать? — я вызверилась на подругу.
— Успокойся, Су. Я была вынуждена дать согласие на его казнь. Ты и сама знаешь закон: смерть за смерть. Именно поэтому тебя и разбудили. Я просто хотела пообщаться, но ваш конь напал на мой отряд. Воины обезвредили его и связали всех остальных. А теперь, если хочешь его спасти, придется принять приглашение вождя и посетить наш город.
— Темень и ее твари! — смачно выругалась я, при этом крепко прижимая мальчишескую голову к груди. Бедный Кайа. Как же сильно он испугался?
— Сушка, хватит ломать комедию. Теперь у тебя нет выбора, — оптимистичнее, чем следовало, констатировала факт гоблиана, — Даарханг уже сотню весен ждет твоего визита, и такой шанс ни за что не упустит. Смирись, тебя поймали в капкан.
Вся эта ситуация дико веселила мою лучшую подругу. Ну еще бы, ведь она раз …дцать передавала мне приглашение от самого вождя горных гоблинов погостить в Уртшанге и, когда я отказывалась от очередного, говорила, что я сама когда-нибудь приду к ним. Кто бы знал, что так и выйдет. Даарханг все-таки получит банши в свое распоряжение. Всевышние, и сколько у них там приставившихся?
— Кайя, родной мой, — я оторвала мелкого от себя, взяла его лицо в ладони и заглянула в перламутровые глаза кельпи, — успокойся, ничего с твоим непробиваемым братом не случится. Я им нужна больше, чем какая-то месть за воина. Вернут они тебе Палана, и даже не по частям, а целым кусочком.
— Правда? — с надеждой спросил меня чистый мальчишеский взор. В ответ я лишь кивнула и теперь обратила все свое внимание на Ратху.
— Веди, предательница, — сдалась я.
— Ничего подобного, я тебя давно предупреждала, что при первой возможности затащу в горные проходы. Тут столько неупокоенных, что даже стены стонут. Мой дом разрушается от скитающихся душ. Без твоей помощи Уртшанг завалит горной породой. Мы не можем этого допустить.
Самое интересное, что никто не стал со мной спорить. Все смирненько двинулись за гоблинами вглубь пещеры и дальше по переходам. Даже Ласкан смолчал. Причин для этого может быть две: желание спасти Палана и желание помочь исчезающему в горной породе древнему городу. В любви к зверобратцу я откровенно сомневаюсь, а потому остается город. Похоже, Ратха не врала, и духи расшалились. А учитывая, что магия здесь сбоит, то и уйти за грань неупокоенным крайне сложно. Ну что ж, поможем.
***— Рыгрх ур ваш, гардынг шаркх тирга зи ношр гашре [26]?!
Высокий, стройный болотно-серый брюнет приближался ко мне размеренным шагом, широко разведя мускулистые руки, призванные служить одной цели: обнимать. Что он и не замедлил сделать, как только оказался рядом со мной. Мою тушку так стиснули, что я не испустила дух только потому, что отделиться от тела при такой хватке невозможно.
— Аргирх ер, Даарханг, урукх шааринг аргши [27], - просипело мое теряющее связь с реальностью сознание.
— Она говорит на аргшианге? — вождь так удивился, что даже непроизвольно ослабил хватку, что позволило мне сползти по его сбитому телу в объятия спасительного земляного пола. Даже странный кисловато-гнилостный запах, идущий от сырой земли не смог оторвать меня от нее.
— Да, Даарханг урукх [28]. Я обучила ее, — и Ратха приклонила колено.
Переварив поступившую информацию, меня скоренько отодрали от землицы и снова начали душить. Всечувствующие, вы же не дадите удушить последнюю банши?
— Урукх, вам стоит отпустить мою подругу, если вы заинтересованы в спасении нашего великого города, — все еще прибывая на одном колене, гоблиана попыталась донести до вождя то, что вскоре одна небезызвестная плакальщица отдаст богам душу, и шанс спасти их святыню улетучится вместе с ней.
— Оу! — меня отстранили на расстояние вытянутых рук, на которых я обвисла бесформенной соплей, и недоуменно воззрились на предполагаемую спасительницу из разряда недодушенных.
В ответ смогла лишь вякнуть что-то нечленораздельное.
— Сушка, — зашипела на меня подруга, — ты же менестрель, где твое красноречие?
Это намек на мое состояние висения или онемения?
— Менестрель, — что-то мне не нравится восторг, с которым было произнесено это слово, — какая удача. Вы непременно должны спеть на нашем празднике осеннего плодородия, — как в воду глядела.
— Но я не могу, — как можно более четко выдавила из себя.