"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Спустя ван таверну сотряс грохот выбиваемой двери. Все подскочили. Я бросилась к проходу в попытке сбежать и замерла у выбитой двери. На несчастной деревянной защитнице виднелись вмятины от копыт. Пока я рассматривала повреждения, в проеме показалась высокая фигура в капюшоне и лошадиная голова, что зубами держала за шкирку несчастного. Бесцеремонно впихнув фигуру в таверну, лошадь развернулась и дала залп по застывшему в изумлении мужчине. Снеся пару столиков и распластавшись посреди зала, фигура потеряла капюшон и явила оборотням моего ненормального Ваньку. Паля тем временем, решив, что долг выполнен, пошла штурмовать конюшню. Еще вар пять раздавались крики конюхов и треск дерева. Бесстрашное животное. Вокруг стая оборотней, а ей хоть бы хны. И ведь никто не напал на нее. Видимо, демонстрация копытоприкладства действует на всех существ одинаково.
— И что это было? — первым пришел в себя огонек.
— Бесстрашную скотину, что выбила двери, и, похоже, разнесла конюшню, зовут Палевая. А вот это недоразумение, — и пальцем показываю на сидящего на полу, и покусанного Вана, — что столь ловко проложило себе путь к стойке, зовут Ваном. Он мой друг.
— Слушай, Алкай, я теперь понимаю, чего она так бесстрашно к нам в полнолуние пришла. А чего ей, собственно, бояться-то с духом земли и магом земли? — прогрохотал орк, или оборотень? Вампир в крови только и разберется.
— Каким-каким духом? — не, ну я знала, что Ванька у нас маг, а вот про духа в первый раз слышу.
— Дух земли. Они часто в животных вселяются.
— И?
— И равновесие в мирах поддерживают. Правда, они, как правило, людей избегают, да и характер у них отвратный, — растолковал непонятливой мне Алкай. Да-да, теперь он Алкай, а не огонек. И безмозглому зомби понятно, что он вожак.
— Так я что, с телохранителями теперь?
— Ну ты скажешь. Может маг тебе и поможет, а вот кобыла твоя просто кобыла с ужасным характером. Духи не вмешиваются в круговорот вещей.
— Какой умный оборотень, — и мертвая тишина вокруг. Третий раз за сегодня.
— Вот что мы тебе сделали? Я тебе даже защиту предоставил от самых надоедливых, которые максимум поприставали бы, а ты сразу «оборотень», — и обиженная мордашка передо мной. Оглядываюсь, и стая обиженных мордашек вокруг. Чего это они?
— И что не так? — растерянно развожу руками.
— Ну мы же тебя человечком не обзываем, — рыкнул обиженно оркооборотень. Как-как? Обиженно? Смотрю, точно, скала пустила слезу. Знаете, что я сделала? Да хохотала как ненормальная.
— И что смешного? — настойчиво спросил Алкай у хохотавшей меня. И вот чего я его боялась, как зомби некроманта?
— Да вы… хи-ха-ха… смешные… ха-ха…
— Слушай, друг, который маг, забирай-ка ты ее в комнату. Ей похоже впечатлений на сегодня достаточно, а мы еще перекидываться будем. Услышите вой, не паникуйте, все будет под контролем, можете спать спокойно.
— А чем перекидываться? Можно с вами?
— Красавица, он что, оборотень? — повернулся ко мне вожак, и пальчиком в болезного тыкает.
— Он идиот, хотя и оборотень в своем роде. Ван, пошли спать, а то здесь скоро слишком много клыкастых и волосатых будет.
— Кого?
— Песиков, малыш, — дружный рык.
— Правда? А я всегда собачку хотел, можно мне одну, — и около дюжины злющих желтых глаз впялились в моего белобрысого. Некоторые даже встали.
— Спокойно песики, говорю ж ненормальный он, по-другому не объяснить, — еще парочка поднялась. Ну что ж, помирать так с песней, — сидеть ребята, слюнки на стол не пускать, магов блаженных не обижать. Спасибо, что приютил, Алкай.
Хватаю Ваню за руку и со скоростью ветра влетаю в комнату на втором этаже. Последние слова я уже кричала почти со второго этажа, во избежание массового мщения. Фух, надеюсь, перебесятся в своей звериной ипостаси, да и подобреют. Транспортировать Малыша в соседнюю комнату не рискнула, так как отчетливо слышала парочку неконтролируемых смен ипостаси.
— Ванюша, давай их больше собачками и песиками не будем называть.
— Почему?
— Потому что иначе ходить нам покусанными, — при упоминание укусов белобрысик весь побледнел. Вот Паля садистка, скоро до заикания его доведет. — Ты, кстати, где был?
— Меня женщина позвала, сказала, что расслаблюсь, в облаках полетаю, — даже не хочу знать в каких именно.
— И что? Расслабился? — как-то грозно получилось. Ванька аж поник сразу. Или полетал плохо?
— Нет, она меня в какую-то комнату с дымом привела, — допустим, благовония.
— А потом раздеваться начала, — даже не сомневалась.
— Я попросил ее остановиться… — опять-таки, не сомневалась.
— А она сказала, что я могу ее сам раздеть, раз я так… таков шавун, — «такой шалун», но это тоже понятно.
— Я сказал «нет», и хотел встать, но она села на меня, — какая бойкая девица.
— И…и… — и дураку ясно, что было «и».
— Ну, что и?
— И начала раздевать меня, — плавали, знаем, одна пыталась. Даже не хочу знать, что с девицей стало.
— А я испугался и…
— Стоп, дальше опасно для моих нервов, — и он обиженно замолчал.
— А как тебя Паля нашла? — зря спросила.
Как оказалось, летание в небесах и срочная доставка связны между собой. Пришлось выслушать всю историю. Как же я не умерла от смеха, не знаю, но вот пресс подкачала, да и охрипла совсем. А Малыш обиделся. Сильно, аж на пять вар. Прям жуткая обида по сравнению с прошлым разом.
***
Молодой, красивый, высокий и мускулистый мужчина стоял около коновязи. Как оказалось, он был блондином с удивительно красивыми изумрудными глазами. Жоржета всегда питала слабость к сильным представителям противоположного пола, да и блондины приводили ее в трепет одним только своим видом. Последней мыслью, перед тем как она окликнула беловолосое божество, было: «Как мне повезло сегодня».
— Светлого будущего, воин, — будучи девой из увеселительного заведения, Жоржета всегда подмечала мелочи, чтобы полнее удовлетворить потребности клиентов. Очертания длинных волос, скрытых под плащом, в сочетании с мощным телосложением совершенно точно говорили о его воинственном прошлом.
— Спасибо, — мужчина явно был растерян.
Девушка из дома терпимости сразу оценила ситуацию. Ждать притязаний со стороны воина не стоит. Ну что ж, если она хочет заполучить его, нужно действовать наглее.
— Такой шикарный мужчина и один.
— Но я не один…
Девица перебила его, принципиально не дав увести разговор в столь ненужную сторону, как отношения и верность.
— Вам наверное хочется отдохнуть и расслабиться. Вы, вероятно, сильно устали, — пауза, за которую женщина продемонстрировала свое глубокое декольте и влажные пухлые губы, — пойдем со мной, воин, и я тебе обещаю, ты будешь летать в облаках и наслаждаться каждым мгновением. Ты не забудешь этого никогда.
Резкий переход от официального обращения к более интимному в сочетании со словами, скрывающими наслаждение, было безотказным трюком этой женщины легкого поведения.
— Правда? — на лице воина было предвкушение, и Жоржета улыбнулась. Он уже принадлежал ей.
— Конечно, пойдем, — и воин послушно шел за своей повелительницей.
Как горда собой она была. Жорж уже представляла перекошенные от зависти и злобы лица соремесленниц. Как будут рвать на себе волосы более зрелые девицы от собственной ненужности и бессилия. Эти картины вызывали восторг и чувство превосходства в очерствевшей душе нимфы.
Добравшись до особняка на окраине города, Жоржета сполна насладилась своим триумфом и отвоевала лучшую комнату у своей вечной соперницы, Анабель. Как же бесилась врагиня, когда узрела белокурого воина. Всем и каждому было известно, что таким мужчинам нет нужды ходить в бордель, и раз уж такое случилось, то у Жоржеты вскоре появится покровитель, а может и муж.
Пропустив воина в комнату, затуманенную легким дымом благовоний и свечей, Жорж скользнула за ширму. Если она хочет покорить его полностью, ей нужен особый наряд. В мгновение ока она переоделась и предстала перед мужчиной, что держал в руках ее будущее, во всей красе. Она только медленно начала спускать наряд с плеча, когда раздался встревоженный голос с кровати.