"Фантастика 2024-37". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— «Бифо»… Это, то есть, «раньше»? — Языковых познаний школьницы, похоже, вполне хватало на то, чтобы самостоятельно понять значение этой не очень радостной фразы. — А чего ты вообще раньше делал? Как сюда попал? — Высунув веснушчатый нос из своего логова ещё немного, она недовольно глянула в сторону Рикардо. — Уж ты-то точно не в «Камчатку» эту дурацкую попёрся…
— Да сама ты дурацкая! — Мулат тут же оскорблённо сверкнул на девчонку глазами. Но содержимое блокнота увлекало его настолько, что он не стал развивать конфликт. И лишь раздражённо отмахнулся, опять увлечённо углубившись в своё шифрованное сольфеджио.
Снова фыркнув, Белла тоже отвернулась. И, дождавшись, когда я переведу все её вопросы, кроме того, что был про загадочную «Камчатку», она ещё добавила:
— Он вроде чё-то про викингов там говорил…
— Йа! Вайкингс! — На лице юного норвежца тут же загорелась неподдельная гордость. — Ай… Ми… Ми энд май фрэндс… Ви вас… — Хард, похоже, никак не мог найти нужные слова на неродном ему языке. И начал активно водить руками в воздухе, не то используя азбуку для немых, не то обозначая контуры предыдущих плавучих трофеев, которые когда-то грабил. — Шипс лайк зис… Ви файтед фор зем.
— It’s «fought» not «fighted». — Поправив блондина, я ту же пояснил перевод Белле. — Похоже, что он со своими корешами давно промышляет вот такими дарами моря. Это вот «Калина» к нам через проливы каким-то чудом из океанов проскочила. А остальные суда из Атлантики там наверняка сотнями вот так же на отмели повыбрасывало, как ты и говорила. От Гибралтара до Норвегии.
— Йа! Норвэй! — Прочитав по моим губам знакомое слово, парень радостно закивал и добавил уже на родном языке. — Норге!
— Хм… Из Норвегии, значит… — Задумчиво кивнула девчонка. Но её глазёнки тут же резко сузились, когда она глянула на сложенную рядом с «викингом» одежду. — А гюйс он где взял? С кем он там вообще «файтед»?
Проследив за её взглядом, Хард догадался о сути вопросов раньше, чем я смог их перевести:
— Ит вас май фазер. — Он указал на аккуратно сложенный моряцкий галстук. — Хи вас… Эм… Щоман… Э-э-э… — Парень защёлкал пальцами, подыскивая нужное слово. — Симан… Нэви…
— Это у него отец на флоте служил. — Я остановил сбивчивую речь жестом и поспешил озвучить свои догадки Белле. — Наверное, это его гюйс. На память.
— А-а… То-то я смотрю, на наш только похож… — После упоминания отца девчонка всё-таки перестала щуриться. Но ненадолго. — А там на берегу чё за калмыки были? Явно же не его друзья…
Глянув в направлении указующего жеста девчонки, норвежец тоже нахмурился:
— Зэт факерс… — О ком идёт речь, он понял без перевода. Но объяснение давалось с трудом. — Зей… Эм… Ай ду нот ноу э ворд… — Снова пощёлкав мозолистыми пальцами, Хард всё-таки выбрал из своего словарного запаса подходящее определение. — Энеми!
— Конкурирующая фирма, короче… — Я кивнул Белле. — Ты ж сама говорила, что на эти корабли со всей округи народ сбегается.
— Но не из Калмыкии же?
— Из Калмыкии у них, скорее всего, только аудиозапись. — Обернувшись обратно к недоумевающему парню, я быстро перевёл суть нашей беседы и озвучил собственную версию сначала по-русски. — Эти «викинги», похоже, используют такую музыку для того, чтобы сначала выманить крабов на сушу. А потом приступать к грабежу.
Всматриваясь в мои губы во время неторопливого перевода этой версии на английский, Хард медленно кивал, соглашаясь с теми выводами, которые понимал. Но в конце всё-таки замотал головой:
— Ноу-ноу-ноу! Мьюзик ис нот олл! — Снова послышались ищущие щелчки пальцев. — Ю нид ту… Эм… Ю нид ту килл мэни оф зэт… — Побегав глазами по обломкам на улице, парень указал там на одного из расползающихся по трупу Хафгуфы крабов. — Щолингс.
— «Щолингс»? — Похоже, что из речи парня Белла не поняла только это слово. Как и я сам, впрочем.
— Йа, щолингс! Иф ю кил мэни энд зере ис но Хафгуфа — зен ю кан гет он зе борд.
Я озвучил свою версию перевода:
— Если убить много «щолингов» и на судне при этом не проснётся такая же тварь… — Я указал на останки гигантского монстра за окно. — Вот тогда можно грабить. Это они так у себя в Норвегии крабов называют, наверное. Если его моряк-отец по-норвежски будет «щоман»… То есть дословно «морской человек»… То «щолинг» — это…
— «Морской гад»? — Девчонка быстро выдвинула свой вариант перевода раньше меня и заулыбалась. — Логично, чё… А обычных жор они как называют?
Прикинув, сколько времени и сил понадобится для перевода этого вопроса нашему слабослышащему приятелю, я поспешил отмахнуться:
— Мне больше интересно то, что теперь будут делать те «калмыки» на берегу. После того, что мы тут устроили. — Я указал за иллюминатор на перекрытую обломками полоску асфальта, ведущую по водной глади залива к острову. — Раз короткий путь для нас, очевидно, закрыт.
— Ох, бли-и-ин… — Судя по усталому вздоху, долетевшему до моего слуха из-под шубы, я был прав. Только девчонку больше волновало немного другое. — В обход же надо теперь переть… Да ещё и побыстрее… А у меня уже и так ноги отваливаются…
— А переплыть, чё? — Неожиданно подал голос Рикардо. Подняв взгляд от блокнота, он тоже уставился за круглое окно на уцелевшую проездную часть. — Хотя бы вон — до целой части! Прям вот совсем, что ли…
Пока мулат озвучивал свои предположения, на указанном им месте один из крабов выстрелил стрекалами в зазевавшуюся чайку. И несчастная птица даже не успела вскрикнуть, прежде чем пропасть под ворохом членистых жвал.
— … Никак. — Вопросительная интонация паренька резко сменилась на не вполне уверенное утверждение.
— Угу. Никак. — Согласно качнулся конопатый нос внутри шубного убежища. — Помните, я про клей говорила? Который у этих рачков вырабатывается и держит сильнее сварки. Если на лодке отойти от берега хотя бы метров на десять — этих «щолингов» на днище налипнет столько, что ни на вёслах, ни на моторе уже никуда не доплывёшь. Они даже через борт могут не лезть, если их много. Просто потопят собственным весом и уж тогда…
Рикардо не стал уточнять, что будет «тогда». А упрямо продолжил свой мозговой штурм:
— А что если не идти в обход города… — Чернокожий паренёк задавал вопросы и подбирал аргументы так аккуратно, словно выпрашивал какое-то разрешение у родителей. — Что если пойти сразу в «Камчатку»? Предупредить там как раз всех про то, что мы узнали. Так же быстрее будет… И нас, наверное, тогда ещё и пустят бесплатно…
— И много ты прямо через города ходил? — Раздался из-под шубы недовольный тон.
— Ну… Не очень… Но вот в Ростове было норм… И в Смоленске у меня тоже теперь друзья есть. Из пэвэошной академии…
— В Ростове может и безопасно. — Белла продолжала устало бурчать. — А в Питере сейчас — хуже чем в блокаду было. Тогда хотя бы за порядком следили…
— А машины тоже не вариант? — Я не особо верил в эту возможность, но её нужно было хотя бы тоже исключить. — Наверняка ещё можно найти те, что на ходу. И бензина много не надо…
Белла неожиданно ответила согласием:
— Новых машин в салонах и гаражах полно осталось. Бери какую хочешь. — И девчонка всё-таки снова замотала головой. — Только мы чтоб в Москву отряд отправить — месяц по области остатки горючки искали. Топливо же со временем портится. Да и большие запасы ещё в морозы спалили…
— Ладно. Будем решать задачи по мере их поступления. — Я сделал попытку подняться и, хватаясь за стену, обернулся к озадаченному норвежцу, который безуспешно пытался понять суть разговора. — That enemies of yours… How many? Do they have any weapons? Firearms?
— Файер… Армс? — Сложив руки перед собой так, словно держал приклад винтовки, Хард получил от меня подтверждающий кивок. И тогда тут же радостно закивал сам. — Йа!
— «Йа»⁈ — Белла высунулась из своего роскошного укрытия. — У них там ещё и пушки есть, я правильно поняла⁈ Ганз?
Блондин продолжал улыбаться и кивать:
— Йа! Щитевопен! — Но тут же замотал головой из стороны в сторону. — Мен иннен патронер… Э-э-э… Ноу буллетс!