Железный Зад (СИ)

— А это для чего? Вонью кого пугать будем?
— Дойдем до ручья — расскажу. Не буду по два раза объяснять одно и то же.
— Ждешь, что Гузлиха придет? На кой черт она нужна?
— Она вызвалась помочь. Глупо будет отказаться от нее.
— Глупо с ее стороны тащиться с утра куда-то. Вместо того, чтобы спать в мягкой постели или, на худой конец, мужика себе найти и заняться делом, она хренью занимается. Она нам ничем не поможет. Посмотрит, чем мы занимаемся и доложит своим — вот и все.
— Зря ты на нее наговариваешь, брат. Она помогает нам от чистого сердца, даже на совет оборотней привела. Какая ей выгода от этого?
— Ты все пропустил мимо ушей! Тебе же сказала старая собака, что боится, что ты встанешь на сторону мира мертвых. Ты оборотней в клочки порвешь и они это знают. При помощи Гузлихи они хотят следить за тобой.
— Даже если все так, то Гузель не сильно им поможет. Ну, будут они знать, что я пытаюсь найти староведов и что с того?
— Или хотят удостовериться, что ты шашни не крутишь с демоншей.
Владимир вспомнил Адзулу и их последнюю встречу. Что-то между ними еще оставалось, он чувствовал притяжение к ней, но после ее исчезновения он решил, что их отношениям пришел конец. Все равно ничего бы не вышло. Он жил здесь и сейчас, она существовала вне времени и в другом мире. Адзула никогда бы не смогла жить в мире живых. Но не только это наводило на Владимира тоску. В мире мертвых были свои правила. Адзула и Адель, являясь одновременно и любовниками и родственниками, ежедневно предавались утехам. Исчезновение Адзулы означало, что она вынашивала, а затем подкидывала потомство. И вот она вновь явила себя миру живых, освободилась, значит, кукушка. Однако, она не пришла к Владимиру, а осталась с сестрой. Все-таки демоны решительно настроены заполучить душу Регины. Зачем только она нужна им?
— О чем задумался? — спросил Кешбек.
— Да так, — уклонился от ответа Владимир. Обнажать душу ему совсем не хотелось.
— Главное о бабах поменьше думай. Они только до греха могут довести. Слышал легенду про Козы Корпеш и Боян Сулу? Из-за девушки новый жених убил старого, а потом девушка сбросила в колодец нового, чтобы отомстить ему за смерть любимого. Из-за одной девки — два трупа! А ты себя береги, а то тоже до пенсии не доживешь.
— Какая, к черту, пенсия? При чем тут коза и баян? Слушай, не дури голову ни мне, ни себе.
Кешбек недовольно цыкнул.
— Как ты неуважительно, брат, относишься к моему народу.
— Это не я так назвал этих людей.
— Хорошие имена, красивые. А у тебя что за имя? Кто дал его тебе? Вла-ди-мир. Вла и димир? Что это вообще значит? — проворчал Кешбек.
"Владею миром", — хотел ответить Владимир, но что-то кольнуло его и он остановился.
"Кто дал тебе имя?" — колол в мозгу вопрос Кешбека.
"Не знаю", — сам себе ответил Владимир.
"КТО дал тебе имя?" — это был один вопрос из множества, который Владимир задавал себе редко глубокой ночью, когда просыпался от кошмаров. В этих снах с белой женщиной он то ли боролся, то ли защищался. В огне горел город, а он сам мучился вопросом о детях. "Где дети?!" — вопрошал он и просыпался. Сейчас Владимир тоже почувствовал себя словно очнулся после кошмара.
— Ты чего? — издалека крикнул Кешбек.
Владимир от него сильно отстал. Кешбек сам к нему подошел, сунул в руку дурилик и похлопал по спине.
— Все хорошо, брат. Просто затянись и отпусти проблемы.
Владимир последовал совету Кешбека. Он втянул дым в легкие и подержал в себе несколько секунд. Острые осколки кошмаров уже меньше кололи сознание, а вскоре и вовсе отпустили. То были сны, страшные и лживые, которые стоило забыть. Накопленная за день усталость давала о себе знать и выплескивалась яркой вспышкой бессознания ночью. Мозг должен был отдыхать, а он глупо шутил над наивным хозяином. Наказать надо было бездельника какой-нибудь хитромудрой книгой, да не любил Владимир читать.
— Отпустило? — спросил Кешбек.
— Ага, — расслабленно ответил Владимир.
 
— Из-за чего переживал?
— А хрен его знает. Наверно, о чем-то неважном, раз уже забыл.
Они дошли до места встречи. Ручей шумел серебряными водами, бежавшие прямо из земли. Солнце играло бликами на его поверхности. Трава, покрытая каплями, блестела в солнечных лучах. Ветер пробежал по веткам деревьев, раскачивая их. Владимир посмотрел на природу и вдохнул свежий воздух. Он чувствовал облегчение и вместе с ним радость от всего, что происходило вокруг.
— Благодать, — произнес Владимир.
— Ага, — просипел Кешбек. Третий дурилик был ему лишним.
Гузель давно ждала их. Женщина с цветочным венком на голове нетерпеливо ходила взад-вперед вдоль ручья. Увидев их, она пригрозила кулаком.
— Мы на сколько договаривались? — крикнула она.
— На семь.
— Вот именно! Я с семи уже тут!
— Я вышел из дома в семь. Пока мусор нашел, — Владимир показал ей пакет, — И шли мы, наверно, минут десять.
— Время почти девять! Какими путями вы шли, интересно узнать?
Владимир удивился. Какой-то леший сыграл с ними злую шутку. Они шли недолго, возможно, двадцать минут, никак не больше. Им просто негде было пропадать два часа.
— Извини, — выдавил из себя Владимир. Хорошее настроение мигом выветрилось.
— А с Кешбеком чего случилось? Опять дети спать не давали?
Владимир посмотрел на казаха. Тот еле держался на ногах. Блаженная улыбка играла на его лице. За полузакрытыми глазами, друг друга догоняя, бегали зрачки.
— Да, — неловко соврал Владимир. — Младшенький плохо спал.
— Ну, ладно.
Гузель успокоилась и перестала злиться.
— Для чего ты нас здесь собрал?
— Будем вызывать староведов.
Владимир второй раз поднял пакет с мусором. Гузель, почуяв его аромат, скривилась и отошла.
— Как?
— Будем загрязнять ручей мусором.
— Ты это серьезно? Мы же пьем из него! Как ты до этого вообще додумался?!
— Ну, смотри. Вы собираете совет, когда произошло плохое событие. Пришли мертвяки, вам житья не дают и на собрании вы обсуждаете, как с ними покончить. Вот я и подумал, чтобы привлечь внимание староведов, надо что-то совершить из ряда вон выходящее.
— Хорошо, соверши нечто невероятное, но только не порти ручей.
— По-другому никак. Староведы заключали договор с природой. Они договаривались ее беречь. Вот им отличный повод проявить себя.
Гузель сильно сомневалась, но все же дала дорогу Владимиру к ручью. Он подошел к краю с пакетом, открыл его и завис. Руки окаменели. Он не мог пошевелиться и даже сделать крошечного движения в сторону ручья.
— Ну? — нетерпеливо крикнула Гузель.
— Я не могу, — произнес Владимир одними губами. — Не могу скинуть мусор в ручей. Меня воротит, как представлю, как эта дрянь будет течь по водам и окажется у кого-то на столе.
Гузель с облегчением вздохнула. У нее отлегло на сердце: Владимир оказался не таким идиотом, хотя сильно старался. Зато у него в этот момент шестеренки заработали с удвоенной силой.
— Почему я выбрал этот способ? Вот дуралей! В легенде как было? "Староведы обратились к огню и получили его силу, попросили защиты у волка и приобрели способность оборачиваться". Они разговаривали с источниками этих сил. Надо попробовать.
Владимир завязал пакет с мусором и положил на землю. Затем он вытер об себя руки, чтобы они были чище и подошел к ближайшей березе.
— Здравствуй, великое дерево, — с неуверенностью в голосе начал он говорить и поклонился. — Ствол твой бел, ветки длинные, а корни простираются далеко. Стоишь ты высоко — все видишь. Живешь ты долго — много знаешь. Ветер на своих крыльях приносит тебе вести, а птицы…
Наблюдавшая за его поведением Гузель оказалась в полнейшем шоке. Сначала он приставал к ручью, теперь к дереву. Не зря про Владимира по деревне всякие дурные слухи ходили. Она заметила, как он запнулся и жалостливо посмотрел на нее.