Железный Зад (СИ)

— Это что за хрень?
— Самогонный аппарат, — важно произнёс Алмаз.
— Откуда он у тебя?
— Ты ещё спрашиваешь? Кешбек подогнал!
Пока Владимир подозрительно осматривал аппарат, Алмаз подошёл к туалетному столику, зачесал большим деревянным гребнем шерсть на голове назад и сбрызнул укладку. Неприятный запах лака для волос достиг Владимира и он поморщился.
— Мерзость какая! Алмаз, ты совсем рехнулся?
Горный дух убедился, что причёска держится и только после этого пошёл поставить чайник.
— Тебе хорошо, Володя, шерсть не лезет в глаза. Помимо этого за твоим жидким волосяным покровом и вовсе не нужно ухаживать. Ладошкой протер маковку и готов. А мне куска мыла не хватает, чтобы шерсть отстирать.
— А что тебе мешает побриться налысо?
Алмаз аккуратно набрал из бочки воду и пристроил чайник на решётку в камине.
— Думаешь, туристы будут бояться лысого монстра? Это из-за шерсти я такой огромный, а на деле я тощий как скелет.
— Надо нарастить мышцу. И бабам сразу нравится начнёшь.
Горный дух застыл с кружками, не успев их поставить на стол.
— Женский пол для меня… Это вообще сложный вопрос. Ты хоть одну особь из моего рода встречал?
— Нет, но есть же русалки.
Помимо кружек Алмаз достал из кухонного гарнитура блюдца, варенье и ложки.
— Русалки — это утопленники. Опять же они из твоего рода. У меня с ними нет ничего общего.
— Они же водяного ублажают, хотя тоже разные.
— Вот именно! Русалкам всё равно кого ублажать! А мне не этого хочется.
— Странный ты! — воскликнул Владимир.
И как-то неожиданно присмотрелся к горному духу. Трёхметровый великан в длинной серо-голубой шерсти, с длинными когтистыми пальцами и мощными лапами. Глаза были небольшие, но похожие на человечьи. Нос как у летучей мыши и рот, наполненный клыками. Какой-то несуразный и непонятный монстр. Хотя зализанная причёска ему шла, но и собранная шерсть в пучок тоже неплохо выглядела (Алмаз подглядел укладку у модного хипстера), но по мнению Владимира это было слишком женственно.
Чайник закипел. Алмаз взял его прихваткой и разлил кипяток по кружкам. Туда же он закинул сушёной травы, которая висела пучками вдоль стены на кухне. К финалу чайной церемонии Алмаз налил заварку из чайничка.
Владимир был сильно удивлён и в то же время горд собой. Когда он с Кешбеком впервые встретил Алмаза, тот был дикарём с репеем в шерсти. Жил он в лесу, там же добывал еду, а когда повадился воровать у деревенских, тогда и был пойман друзьями. Сначала его держали во дворе у Владимира вместо собаки, а когда поняли, что монстр обладает разумом, то решили из него сделать человека. Спустя два года Алмаз научился и вилку держать и туалет за собой убирать.
— Я странный? — удивился Алмаз. — Володя, тебе 40 лет. Ни жены, ни детей.
Алмаз сел за стол и в шутку ударил по поверхности с криком:
— Где мои конфеты?
Владимир достал небольшой кулёк из кармана и положил на стол. Бумага развернулась. Конфеты подтаяли, не сохранив форму, однако жидкая начинка не вытекла.
— Не получается у меня с женщинами. Местные шарахаются от меня. А среди туристок даже симпатичных нет. Не едут в такую глушь красотки, боятся причёску попортить. Вот я и один, как перст в поле.
— Ты среди своих особей не можешь найти жену, а мне советуешь. Я в своём роду такой единственный. Пожил для себя один и ушёл. Не думаю, что природой заложено чудовищам множиться.
— Но ты же откуда-то взялся?
— Вывалился из Тёмного Мира — так сказал твой домовой.
— Так значит, все чудища в тои мире размножаются. Тебе надо просто туда попасть.
Алмаз посмеялся, рассасывая конфетку во рту.
— Глупости. Мне и тут хорошо. Кстати, где моя доля?
Владимир отсчитал несколько сотен и положил на стол. Алмаз спрятал деньги куда-то под шерсть.
— Конфеты ему принеси, деньги отдай, — шутливо проворчал он. — Не слишком ли ты жирно живёшь?
— Знаешь, как я раньше жил? Захотелось жрать, стащил барана, шерсть содрал и проглотил. А сейчас отдал мяснику пять тысяч, он тебе и кишки от мяса отделит и шерстяной плед подарит, лишь бы я у него овец не тырил. Я иногда скучаю по тем временам… Но потом вспоминаю, что Шаукат обещал установить солнечную батарею, и сразу забываю о лесе с шалашом.
 
— Зачем тебе солнечная батарея?
— Чтобы телевизор смотреть.
— Ты серьёзно? Даже у меня телевизора нет!
— Это потому что ты отсталый, Володя. Тебе не интересна жизнь вокруг, а мне только недавно мир открылся. Ты хоть представляешь, что мы живём в огромной стране и у нас есть глава? И этот глава, совсем не дурак, каждый день выступает по телевизору и рассказывает умные вещи, ты хоть слышал, какие слова он произносит? "Увеличение заработной платы", "всё будет съедено инфляцией". Аж, мурашки по коже! Что за бактерия такая эта инфляция?
— Ты откуда успел этого наслушаться?
— У Шауката. Он обедал, а я в окно подсматривал.
Владимир не понимал восторга от телевизора. Он сам не смотрел и другим бы не советовал, однако Алмаз был, что маленький ребёнок, ему ещё долго предстояло изучать мир людей.
— Вообще бы я больше хотел смартфон.
От этих слов у Владимира глаза на лоб полезли.
— Да, я знаю. Знаю! Но чёрт, Володя, как мне хочется окунуться в этот мир! Я же слышу, как туристы общаются по телефону, видят друг друга, смотрят ютуб, а я чем хуже?
Владимир устал поражаться словам горного духа. Вот только два года назад Алмаз жрал овсяную кашу с куриными башками из миски, а теперь требовал смартфон. Ему взгрустнулось. Мир сильно изменился, люди стали другими и они, деревенские, для этих людей были диковинкой, а точнее дикарями, живущие в грязи и жравшие траву. Пусть это был всего лишь образ, который местные активно поддерживали, Владимиру всё же нравилась деревня, её душа и неспешная жизнь в ней. Он соблюдал традицию вставать с первым лучом солнца и умываться на реке. Усердно трудился в поле, всегда помогал по хозяйству соседям и немного подрабатывал с Кешбеком. Про него можно было бы сказать, что он здоровый русский мужик, но никому это не было интересно. Давно у каждого деревенского жителя в доме стоял телевизор, а то и компьютер. По вечерам бабы обсуждали не друг друга, а каверзные повороты в сериалах и шоу. Мужики, прибухивая, смотрели смешные ролики и гоготали. В редких случаях пьянь пыталась повторить трюк, но выходило всегда неудачно. Почему-то никто не мог додуматься снять затею очередного алкаша и выложить в интернет. Эх, вот был бы у Алмаза смартфон, он бы точно прославил деревню своими роликами.
— Я даже придумал, какой можно ролик снять: Монстр идёт покупать молодого барана. Ты такой стоишь с баксами и говоришь мяснику, типа: "Эй, мужик, давай я те зелень, ты мне мясо". А он такой: "Чё??? Иди ты на ***, голубой щенок" и в сторону: "***, зачем я пил палёнку? Зачем, я же знал, чем это закончится". И опять тебе: "Уйди, мракобес проклятый. Хрен тебе, а не мясо. Баранину он захотел, вали к чертям хвосты крутить!"
— Ну, ты загнул, — поржал Алмаз. Он неудачно поперхнулся и из носа у него полился чай. — Вот, черт! А про палёнку ты почти прав. Я как узнал, что он пьёт всякое дерьмо, сам начал ставить самогон и задабривать его.
— Побереги его печень. Кто потом тебе будет разделывать мясо?
— Не, я хороший делаю. Попробуй.
Алмаз из-под своей кровати достал десятилитровую бутыль с прозрачной жидкостью и поставил на стол. Владимир посмотрел сначала на бутыль, а затем на Алмаза.
— Это ты сделал?
— Ага. Мяснику понравилось, Кешбек тоже оценил.
— Только сам не спейся.
— Если я буду пить, то останусь без денег и мяса, и самогон не из чего будет гнать. Мне баб Зина и так не хочет сахар продавать, я переплачиваю за мешок!
— Правильно, ты ей конкуренцию создаёшь.
— Но она-то не знает. Чтобы её задобрить, я специально для неё из сахара петушки делаю.