Страшно Прекрасен. Пленница черного волка (СИ)
Гигантское растение со звучным треском, моментально в сугробы рухнуло. Именно тогда, когда я своей массивной лапой, с легкостью раздавил пустую, бесполезную черепушку самого главного выродка, посмевшего напасть на МОЮ собственность.
Расправившись с остальными каннибалами — шальной пулей на поиски девчонки бросился, потому как, малышка снова сбежала. И похоже, по запаху, она была ранена… а ее хрупкая жизнь… ютилась на шаткой грани.
Мчавшись по следу, аромат которого включал в себя микс из увядающей розы, аммиака и металлического привкуса крови, наконец, увидел мою бедную девочку. Прижатую к коре заледенелого дерева, практически утопающую в непроходимых сугробах.
Дабы не напугать, быстро человеком обратился, не представляя каким образом буду оправдываться в честь того, какого фига я, обнаженный, заляпанный кровью, горделиво прогуливающийся, минная снежные валуны, любуясь чарующей луной и прелестями зимнего леса, тут делаю.
С одной стороны, собственное, сумасшедше грохочущее сердце, готово было к небесам выстрелить, ибо никаких сил не было лицезреть то, насколько жалко выглядела моя истинная пара. Но с другой… за то, что дерзкая девчонка посмела улизнуть из города, провернув настоящий спектакль, прямо ''под моим носом'' — заслуживало самого страшного наказания. И исключений… ни для кого быть не может.
Долбанное спиртное.
Нажравшись в честь праздника, схлопотав заторможенность реакций, включая и ''притупление'' сверх способности, не заметил, как прямо со спины, подкрался еще один утырок, некисло полоснув топором область, в районе левой ключицы. Видимо, дикарь отбился от общего, нынешне покойного, стада.
Внутренний монстр яро вырвался на свободу одним лишь незначительным касанием лишая головы дикого. Но было поздно о чем-либо думать или, тем более, жалеть. Ведь весь этот кошмар… случился на глазах у ошеломленной Аланы.
Девчонка, наблюдая как уродская голова врага слетела с плеч, завертевшись на белом ковре по часовой стрелке, извергаясь мерзким фонтаном, моментально чувств лишилась. И я ее… прекрасно понимаю.
* * *Перевоплотившись в человека, побежал к бедняжке, вытащив из неприступного сугроба, усадив к себе на колени, заключив в пламенные объятия.
Вот, дерьмо.
Только не это…
Лана. Девочка моя…
Совсем холодная. Как самый настоящий кусок айсберга.
А ее пульс… Ну очень и очень слабый.
Обморожение. Сто процентов. Клятое обморожение.
Обхватив ладонями хрупкие, посиневшие до цвета сливы ручки, принялся интенсивно растирать и согревать окоченевшее тельце. Благо, температура собственного тела была феноменально высокой, ибо я, не совсем обычный человек. Поэтому, могу спокойно разгуливать нагишом, даже в сто градусный мороз, или же, в проруби искупаться. Мне как-то пофиг.
Приложив ухо к груди Ланы, ужаснулся, насколько медленно колотилось ее слабое сердечко. Если срочно что-либо не предпринять, боюсь… даже думать боюсь о том, что может приключиться.
Есть два варианта.
Первый — отогреть теплом собственного тела (вернее теплом волчьего тела).
А второй — обратить.
Нет. Второй не подходит категорически.
Ибо девчонка должна сама перевоплотиться. Естественным путем. Ибо я не хочу лишний раз делать малышке больно. Мечтаю, дабы моя милая волчица сама пробудилась. И это должно случиться совсем скоро. Так как Лане, меньше чем через месяц, исполниться двадцать. А это значит… что ее нежное тело будет готово принять новую оболочку и начнет мутировать. До этого, ''проклятый ген'' находится в спящем состоянии, так как тело еще недостаточно было развито для столь мощных нагрузок.
Именно так было у меня.
Именно поэтому, чистокровные отличаются большей выдержкой, большей силой, большей выносливостью. Но таких созданий очень мало. Всего крохотный процент.
Осторожно уложив девушку на снег, любуясь ее чарующей неотразимостью, быстро перевоплотился, устроившись рядом, свернувшись калачиком вокруг этого нежного, такого слабого… и такого беззащитного создания.
Согревая малышку своим теплом, излечивая заботой, с примесью сильной энергетики, спустя некоторое время, услышал, как сердечко забилось более стабильней, а хрупки ручки, наконец, перестали дрожать.
От бесконечной радости, не удержавшись, я вздернул морду к блистающей полной луне и протяжно завыл, тем самым, благодаря небеса за то, что даровали моей малышке еще один шанс.
ГЛАВА 25
Когда я открыла глаза… мир, по-прежнему, покрывала мгла. Но… но если бы я умерла, то вряд ли бы чувствовала ни с чем не сравнимую боль во всем теле. ВО ВСЕМ.
В руках, ногах, голове… и даже в волосах.
Черт подери.
Мне казалось, что даже волосы вечным огнем пылают, в то время как голову, словно кто-то невидимый, без передышки, кувалдой херачит.
— Лана… Лана…
Этот звонкий голосок… Ощущался знакомым.
— Лиана?? — тихонько шепнула, приоткрывая свинцовые веки, — Что ты тут делаешь??
— В смысле?? — девчонка непонимающе шикнула, приблизившись настолько близко, что теперь я уже точно смогла опознать ее бледное личико, расплывающееся перед собственными стеклянными глазами.
— Ну… я же… умерла. Почему ты тоже в раю? Или в аду… Кстати, где мы? В каком мире? — прохрипела осипшим голосом, испытывая еще и адскую боль в горле, будто, ей-Богу, ведро гвоздей проглотила.
— Глупая. Не умерли мы. Пока еще… Ты снова в Суморане. И ты, блин, реально влипла. Как и я… — помощница недовольно скривилась, отодвинувшись на некоторое расстояние, ибо в ее воспаленных, от недосыпа глазах, транслировались явные гаденькие помыслы, утверждающие, что она страсть как мечтает меня придушить, за мое же… идиотское поведение.
— П-прости, — я откашлялась, — Мне о-очень жаль. Сама не знаю как т-так вышло.
— Хватит. Что мне твои извинения… Наказания нам с тобой не избежать, — Лиана устало фыркнула, протягивая стакан с зеленоватой жидкостью, — Прими это и спи дальше.
— Что э-это? Яд? — я настороженно понюхала напиток, скривившись от специфического запаха, — Если яд… то с удовольствием отведаю.
— Острячка. Эгоистичная к тому же, — помощница помогла отпить из стакана, а затем, накрыв одеялом — уселась в кресло напротив, — Спи, да сил набирайся. Они тебе еще, ой, как понадобятся.
Глубоко вздохнув, закрываю глаза, ощущая словно в иной мир перемещаюсь. Мир, в котором не существует ничего… кроме беззаботной пустоты.
* * *Когда я снова очнулась… то вдруг, резко вспомнила все, что приключилось, вплоть до мельчайших подробностей. А именно… я вспомнила Дэмиена. Который обернулся гигантским синеглазым оборотнем.
Бред. Полный бред.
Подпрыгиваю прямо в постели, истекая ручьями липкого пота и вскрикиваю, обращаясь к Лиане:
— Это права??
— Что? — прислужница тоже спала, но своим истерическим воплем я, походу, ее бесцеремонно разбудила.
— Дэмиен. Он что оборотень??
Молчит.
Но ее усталые глаза… паническим образом бегают.
— Монстр. Черношерстный монстр с пронзительными, арктическими глазами… убил пятерых. Просто разорвал. А шестому… Голову откусил. Как сухарик разломал… С такой легкостью, что аж мурашки по всему телу.
— У тебя снова жар. Ложись в постель, я принесу еще лекарство, — девчонка приподнялась со своего места и принялась насильно надавливать на мои плечи, тем самым, укладывая в лежачее положение.
Как вдруг…
Входная дверь, с ярым грохотом, сорвавшись с петель, на несколько метров вперед отлетела, врезавшись в шкаф, да пополам расколовшись.
И на пороге появился ОН.
Бездушный Дьявол. В человеческом теле.
Лиана, испытывая сумасшедшую панику, на приличное расстояние отшатнулась, молниеносно забившись в самый дальний уголок комнаты, а я же… от удивительного зрелища, рот приоткрыла.
Дэмиен.
Жестокий, хладнокровный, агрессивный… стоял в одних лишь хлопковых штанах, приспущенных на соблазнительных бедрах. Тяжело дыша, порыкивая, буравя меня пронзительным, прожигающим на сквозь, стальным взглядом своих насыщенно-синих, свирепых, полыхающих ненавистью глаз, как будто способен был убить одним лишь визуальным действием, не говоря уже о прикосновении.