Английские народные сказки
— Скажи, друг, — спросил Чайлд-Роланд табунщика, — где находится Темная Башня короля эльфов?
— Не знаю, — ответил табунщик. — Пройди еще немного и увидишь пастуха. Может, он тебе укажет путь.
Тут Чайлд-Роланд не долго думая выхватил свой славный меч, разивший без промаха, и голова табунщика слетела с плеч. А Чайлд-Роланд пошел дальше. Он все шел и шел, пока не увидел пастуха, который пас коров короля эльфов. Пастуху он задал тот же вопрос.
— Не знаю, — ответил ему пастух. — Пройди еще немножко и увидишь птичницу. Уж она-то знает.
Тут Чайлд-Роланд снова поднял свой славный меч, разивший без промаха, и голова пастуха тоже слетела с плеч. А Чайлд-Роланд прошел немного дальше и увидел старуху в серой накидке. Он спросил ее, знает ли она, где находится Темная Башня короля эльфов.
— Пройди еще немного, — сказала ему птичница, — и ты увидишь круглый зеленый холм. От подножия до самой вершины он опоясан террасами. Обойди трижды вокруг холма против солнца и каждый раз приговаривай:
Откройте дверь, откройте дверь,Позвольте мне войти.На третий раз дверь откроется, и ты войдешь.
Чайлд-Роланд уже хотел было двинуться дальше, да вспомнил наказ волшебника. Выхватил свой славный меч, разивший без промаха, и голова птичницы слетела с плеч.
И пошел Чайлд-Роланд дальше. Шел и шел, пока не дошел до круглого зеленого холма, что от подножия до самой вершины был опоясан террасами. Трижды обошел он холм против солнца и каждый раз приговаривал:
Откройте дверь, откройте дверь,Позвольте мне войти.На третий раз дверь и впрямь открылась. Чайлд-Роланд вошел, дверь захлопнулась за ним, и он остался в темноте. Правда, здесь было не совсем темно, откуда-то проникал слабый свет, но Чайлд-Роланд не видел ни окон, ни свечей и не мог понять, откуда он проникает — разве что через стены и потолок? Вскоре он различил коридор со сводами из прозрачного камня, выложенного серебром, шпатом и разными сверкающими самоцветами. И хотя вокруг был только камень, воздух оставался чудесно теплым, как это всегда бывает в стране фей.
Вот миновал Чайлд-Роланд этот коридор и подошел, наконец, к высокой и широкой двустворчатой двери. Она была полуоткрыта, и когда Чайлд-Роланд открыл ее настежь, то увидел чудо из чудес.
Перед ним был огромный просторный зал, потолок которого подпирали колонны, такие толстые и высокие, каких и в кафедральном соборе не увидишь. Золотые и серебряные, они были покрыты резьбой, а между ними тянулись гирлянды цветов из бриллиантов, изумрудов и разных драгоценных камней. Даже своды и те были украшены гроздьями жемчуга, алмазов, рубинов и других самоцветов. Все ребра сводов сходились в середине потолка, и оттуда на золотой цепи свешивался огромный светильник, сделанный из одной полой и совершенно прозрачной жемчужины невиданной величины. Внутри жемчужины беспрестанно вращался громадный карбункул.
Его яркие лучи озаряли весь зал, и казалось, будто светит заходящее солнце.
Зал был роскошно убран, и в конце его стояло пышное ложе с бархатным покрывалом, расшитым шелком и золотом, а на ложе сидела леди Эллен и расчесывала серебряным гребнем свои золотистые волосы. Едва она увидела Чайлд-Роланда, как поднялась и сказала:
Помилуй бог, зачем ты здесь,Мой неразумный брат?Запомни — кто сюда пришел,Тот не уйдет назад!Мой милый брат, мой младший брат,Тебя ведь дома ждут!Будь сотни жизней у тебя,Ты все оставишь тут.Садись сюда. О, горе нам!О, как несчастна я!Сейчас придет сюда король,А с ним и смерть твоя!Они сели рядом, и Чайлд-Роланд поведал ей обо всем, что с ним было, а она рассказала ему, как их братья один за другим пришли в Темную Башню, но злой король эльфов заколдовал их, и теперь они лежат здесь словно мертвые. Пока они говорили, Чайлд-Роланд почувствовал, что очень проголодался после долгого пути. Он сказал об этом сестре, леди Эллен, и попросил у нее поесть, совсем позабыв про наказ волшебника.
С грустью поглядела на Чайлд-Роланда леди Эллен и покачала головой, но она была заколдована и не могла предостеречь брата. Вот поднялась она, вышла из зала и вскоре вернулась с хлебом и молоком в золотой миске. Чайлд-Роланд уже готов был отведать молока, как вдруг взглянул на сестру и вспомнил, зачем пришел. Тогда он схватил миску и бросил ее на землю.
— Ни глотка я не выпью, ни куска не съем, — сказал он, — пока не освобожу леди Эллен!
Тут они услышали чьи-то шаги и громкий голос:
Фи-фай-фо-фам,Кровь человека чую там.Мертвый он или живой, —Здесь не ждет его покой!И тотчас широкие двери распахнулись, и в зал ворвался король эльфов.
— Выходи биться, если посмеешь, нечистый дух! — вскричал Чайлд-Роланд и бросился к нему навстречу со своим славным мечом, разившим без промаха.
Они бились, и бились, и бились, и, наконец, Чайлд-Роланд поставил короля эльфов на колени, и тот взмолился о пощаде.
— Я пощажу тебя, — сказал Чайлд-Роланд. — Но сначала ты должен расколдовать мою сестру, вернуть к жизни моих братьев и выпустить нас всех на свободу. Тогда будешь помилован!
— Согласен! — сказал король эльфов.
Он поднялся с колен, подошел к сундуку и вынул из него склянку с кроваво-красной жидкостью. Этой жидкостью он смочил уши, веки, ноздри, губы и кончики пальцев обоим братьям-близнецам, и те сразу ожили и сказали, что души их где-то витали, а теперь прилетели назад.
Потом король эльфов прошептал несколько слов леди Эллен, и волшебные чары спали с нее. Тогда все четверо вышли из зала, миновали длинный коридор и навсегда покинули Темную Башню короля эльфов.
Они вернулись домой к своей матери, доброй королеве, и леди Эллен никогда больше не обегала вокруг церкви против солнца.
Кошачий король
Давным-давно жили в глуши Шотландии двое братьев. Жили они в очень уединенном месте, за много миль от ближайшей деревни, и прислуживала им старуха кухарка. Кроме них троих, в доме не было ни души, если не считать старухиного кота да охотничьих собак.
Как-то раз осенью старший брат, Элсхендер, решил остаться дома, и младший, Фергас, пошел на охоту один. Он отправился далеко в горы, туда, где охотился с братом накануне, и обещал вернуться домой до захода солнца.
Но день кончился, давно пора было сесть за ужин, а Фергас все не возвращался. Элсхендер забеспокоился — никогда еще не приходилось ему ждать брата так долго.
Наконец Фергас вернулся, задумчивый, промокший, усталый, и не захотел рассказывать, почему он так запоздал. Но вот после ужина, когда братья сидели с трубками у камина, в котором, весело потрескивая, горел торф, и собаки лежали у их ног, а черный кот старой стряпухи, полузакрыв глазки, расположился на коврике между ними, Фергас словно очнулся и рассказал брату о том, что с ним приключилось.
