Железный Воин Империи II (СИ)

«Волхв» же просто сам по себе полезен. Иметь парочку артефактов с этой руной будет полезно. А там можно и наладить их производство при желании. Только сам заниматься созданием таких артефактов я не буду, лучше найму парочку магов рун для этой задачи. Надо уже заняться их наймом, совсем скоро расценки на их услуги взлетят до небес.
Вскоре я всё же дам команду Винчи, чтобы он начал анализировать известные руны для их модификации и запущу его в базы данных иностранных государств. Рано или поздно другие страны тоже просекут фишку и начнут работы по восстановлению утерянных знаний о рунной магии. Необходимо создать для себя и Империи существенное преимущество.
Подводя итог последних дней, могу смело заявить, что поезд сдвинулся с места и начинает набирать скорость. Империя приходит в движение. Интерес к магии рун и остальным «бесполезным» дарам аж на государственном уровне, серьёзные изменения в процессе обучения обоих Академий, массовые аресты… Как змея сбрасывает старую кожу, так и государство избавляется от того, что ему лишь вредит.
Все эти процессы необходимы, они укладываются в мои планы на будущее. Империя должна быть готова к грядущему. Если не провести тщательную подготовку устранив тех, кто может мне помешать, то вся моя работа пойдёт коту под хвост. Я уже вложил немало времени и сил, не хочу, чтобы всё это оказалось напрасно.
— Всё, я определился с тем куда буду устанавливать артефакты, — сказал я, отходя от брони. — Готов вскоре вернуться к зачистке осколков?
— Готов и очень этому рад! Это у вас была хоть какая-то разминка в виде стычки с Сабуровым, а вот реального дела давно не было.
— Ничего. Скоро мы с тобой из осколков совсем будем не вылезать. Нам нужно добыть очень много добычи, которая станет сырьём для моих исследований и экспериментов. Будет весело, это точно.
* * *
— Господин, вы меня звали?
— Звал. Мне бы очень хотелось услышать твои объяснения касательно насчёт того, что сейчас происходит в России. Как ты мне объяснишь то, что мы в один момент потеряли все свои подвязки в криминальной среде этой страны? Ты понимаешь КАКИЕ потери мы понесли?
— Знаю, господин. Но у меня нет вразумительных объяснений. Произошедшее стало для нас неприятным сюрпризом. У нас просто не было и шанса отреагировать. Те немногие наши контактные лица, что остались на свободе, отказываются продолжать сотрудничество. А в случае попытки давления на них обещают раскрыть детали нашего сотрудничества.
— Это стало бы настоящей катастрофой, не хватало нам ещё международного скандала. Не трогай этих людей, лишь следи. Если представиться возможность — устрани, но только так, чтобы ничто не вывело на нас. Оставлять этих людей в живых слишком опасно.
— Я понял вас, господин.
— В остальном произошедшее ставит нас в сложную ситуацию. Десятилетия работы, подкуп нужных людей и внедрение наших агентов… Всё это теперь обесценено. И мне нужно как-то объясниться перед Небесным Императором. Хоть что-то у вас есть, чтобы унять его гнев?
— Ничего. Наши агенты смогли лишь уничтожить все следы своей деятельности и дать отпор русским, чтобы их убили ответным огнём. Мы, конечно, пошлём новых агентов, но им потребуется немало времени чтобы осесть в России, обзавестись связями и со временем выяснить, что именно произошло и как нам избежать повторения этой ситуации. Ещё и действовать им придётся крайне осторожно, чтобы самим не попасть под удар. Первые результаты будут в лучшем случае через три-четыре месяца.
— Плохие новости. Боюсь, что наш правитель на сей раз не будет сдерживать свой гнев…
  
Глава 9
 
Спустя два дня я всё же получил приглашение прилететь в Москву и пообщаться с Разумовским и Багратионовым о моей новой разработке. Наконец-то, я уж думал они никогда не решатся на это. Быстро забронировал себе билет на самолёт и вскоре уже был в столице.
В аэропорту меня встречали гвардейцы, сопроводили в служебную машину и вскоре доставили в Главное Управление Гвардии. Здесь меня тоже приняли по всем правилам и вскоре я уже сидел в одном из помещений в компании Разумовского и Багратионова.
 
— Леонид Евгеньевич, Глеб Викторович, рад с вами снова встретиться.
— А уж как мы рады! — Сказал Разумовский. — В последние дни я только тем и занимался, что разбирал авгиевы конюшни за твоим авторством.
— Не за моим авторством, а за вашим, — нисколько не смутился я и даже перевёл стрелки обратно на главу Гвардии. — Кто же вам, Леонид Евгеньевич, мешал ловить этих преступников, арестовывать и сажать за решётку? Или ставить к стенке. Меня дожидались?
— Справедливо. Но ты не подумай, я не высказываю тебе претензий. Скорее наоборот, очень благодарен тебе за оказанную помощь. Некоторых людей из тех, что мы арестовали благодаря тебе мне давно хотелось посадить за решётку. Но не имелось доказательств и веских оснований. А сейчас этих людей уже ничто не спасёт. Многие окажутся за решёткой до конца своих дней или им будет вынесен смертный приговор.
— И я скажу прямо, что завидую и тоже хочу, чтобы мне была оказана столь солидная поддержка, — сказал Багратионов. — Но ты недавно хорошо прищучил британцев и заставил германцев свернуть свои делишки у нас в Империи. И коль твой ИИ пока присматривает за остальными иностранными разведками, то готов потерпеть.
Я лишь усмехнулся. Не смог глава Бюро удержаться, видать ОЧЕНЬ сильно хочет себе такой же ВИ. И он его получит если мы сумеем договориться. А пока будет жест доброй воли. Открыв свой кожаный портфель, я достал из него внешний жёсткий диск.
— Ключи доступа к ВИ-1 на этом носителе, — положил я на стол жёсткий диск. — В качестве «хозяина» он будет воспринимать только вас Леонид Евгеньевич. Ваша биометрия уже вбита в базу, так что никто другой не сможет управлять ВИ-1. В дальнейшем можно будет заменить вашу биометрию на биометрию вашего преемника, когда вы решите уйти в отставку. Это займёт считанные минуты ничего сложного.
Разумовский взял жёсткий диск в руки, но смотрел на него как-то неоднозначно. Я ожидал увидеть куда больше восторга и радости.
— Получается, что я или тот, кто придёт после меня на место главы Гвардии, получат в своё распоряжение инструмент с огромными возможностями? — Спросил он.
А, так вот что его беспокоит. Задумался значит о потенциальной угрозе столь удобного и эффективного инструмента. Это хорошо, значит не снесло у него крышу от огромных перспектив. Такому человеку я могу доверить ВИ.
— Сильно беспокоиться не стоит, — успокоил я Разумовского. — ВИ-1 имеет ряд очень специфических ограничений. Например, вы не сможете заставить его сфальсифицировать улики. Имеется у него и аналитический модуль, который будет следить не перебарщиваете ли со своей властью. И все отчёты он будет направлять прямиком Императору. Тот, кто решит использовать ВИ-1 не по прямому назначению, лишиться любых административных прав и будет помечен системой как преступник.
— Предусмотрительно, — кивнул Разумовский. Он действительно расслабился после моих слов.
— На первых порах мой ИИ будет присматривать за ВИ-1 проверяя насколько эффективно он работает и нет ли каких-то сбоев, — продолжил я. — Отчёты по работоспособности будут каждую неделю приходить к вам на электронную почту. Как только я полностью удостоверюсь, что моё детище работает именно так, как я и задумал, наблюдение перейдёт в пассивный режим: Винчи будет реагировать лишь на сигналы о серьёзных сбоях или попытках влезть в программное ядро ВИ-1.
— Не доверяешь? — Поинтересовался Багратионов.
— Перестраховываюсь. Кому-нибудь из нас нужно восстание искусственного интеллекта или смута в стране из-за того, что кто-то решил воспользоваться моей разработкой для захвата власти?
Ответом мне было молчание. Вопрос был риторическим и поэтому никто так ничего и не сказал по этому поводу.