Дюжина лазеек (СИ)
По скулам Шелины пробежали алые чешуйки, черты заострились, на руках мгновенно отросли когти.
- Ваша честь! - выкрикнула я, каюсь,чересчур громко. Пыталась хоть как-то отвлечь клиентку от идеи перегрызть горло противоположной стороне. - Мы просим перенести слушание дела для ознакомления со встречными исковыми требованиями.
- Поддерживаю! - быстро заявил представитель органа опеки, который до сих пор молчал, словно пришибленный. - Мы как раз успеем изучить условия проживания ребенка, поговорить с ним и определиться со своей позицией.
Строго говоря, особого смысла в этом не было. Действительно, по таким делам всегда собирается кипа бумаг о родителях и условиях, которые они могут обеспечить ребенку. Это и характеристики, и справки с места работы о среднемесячном заработке, и сведения о наличии жилья, а также информация о состоянии здоровья родителей и множество прочих косвенных доказательств.
В данном же случае трудно предположить, что драконица или эльф не смогут сына накормить, выделить ему комнату и обеспечить прочие материальные нужды.
Что же до мнения ребенка, то будем честны, дети редко судят здраво. Ребенок и есть ребенок, зачастую он мыслит на уровне «мама строгая, она мне школу прогуливать запрещает, а папа добрый, он мне подарки дарит». Неудивительно, что детей - до определенного возраста - вообще не спрашивают.
- В этом нет необходимости! - энергично возразил коллега Мерзляков и мерзенько ухмыльнулся. - В деле есть все доказательства, что драконица Шелина - плохая мать и должна быть отстранена от воспитания ребенка.
- Тихо! - шикнула я на клиентку, которая вновь начала привставать. - Он вас провоцирует. Возьмите себя в руки, ну!
Шелина все-таки смогла. Сдержалась. Но окинула моего коллегу таким взглядом, что на его месте я бы остереглась ходить по темным подворотням. Впрочем, оживленные перекрестки , если вдуматься, не менее опасны... Кхм!
- Моему сыну, - Соэрель иначе мальчика не называл, - вредят разреженный воздух, горы, сырость пещер и все эти драконьи, - он чуть сморщил нос, - штучки. А его так называемая мать этого даже не заметила!
Надеюсь, в суде все хорошо с пожарной безопасностью?..
Судья почувствовал, что становится жарко. В буквальном смысле: охлаждающий амулет у него на столе с тихим звоном рассыпался.
- Суд удовлетворяет законную, - судья Ярешин выделил голосом последнее слово, - просьбу ответчика по встречному иску. Заседание переносится на две недели.
***- В следующий раз, - сказала я в сердцах клиентке, когда мы вышли из суда, - напою вас валерьянкой!
- Не поможет, - буркнула она, нехотя разжимая стиснутые кулаки. - Я люблю сына и...
- И делаете все, что бы его потерять! - отрезала я. - Шелина, вы ведь не ребенок. Зачем ведетесь на подначки?
- Я - драконица! - вскинулась она.
Оставалось только вздохнуть.
- А ваш муж - эльф, - напомнила я ровно. - И тонко рассчитал провокацию.
Плечи Шелины опустились.
- Но Шэриэль действительно здоров! - возразила она упрямо. - Ну да, у меня куча дел и я не стала домохозяйкой, как хотел Соэрель, но я уделяла время сыну! Я просто не могла не заметить, что он так болен.
В голосе ее, однако, звучал тот самый страх, который наше общество так охотно внушает женщинам. Быть «плохой матерью», что бы это ни значило.
Я снова вздохнула. Судя по внушительной пачке медицинских бумаг с устрашающими диагнозами, или Шелина все-таки была поразительно невнимательна к сыну, или эти бумажки обошлись эльфу во внушительную сумму. Встречаются среди докторов и такие, которые за хорошие деньги не побрезгуют «нарисовать» что надо.
- Погодите, но ведь Шэриэль занимался спортом, - встрепенулась клиентка. - Разве в школе могли не заметить, что у него плохо с сердцем?
- Или что у него астма, - задумчиво кивнула я. - Пожалуй, это надо бы проверить.
- Но как?! - Шелина вновь принялась расхаживать туда-сюда. - Меня к Шэриэлю даже не пускают!
- Положитесь на меня. - Я похлопала ее по плечу. - На заседании органа опеки меня не будет, там присутствуют только родители и ребенок. Но я вас умоляю, держите себя в руках!
- Я прослежу, - пообещал незаметно подошедший Шемитт.
хотелось бы верить!
***- Артем, привет! - сказала я в трубку. - Можно к тебе заехать? На консультацию.
- С Николаем Сергеевичем все в порядке? - встревожился он. - Привет.
Папу давно беспокоило сердце, но стараниями Артема (и маминым контролем за папиным режимом) болезнь удалось обуздать.
- В полном, - заверила я, чуть улыбаясь. - Родители на даче.
Они проводили там все лето. Мама ковырялась на грядках, папа ездил на рыбалку. Иногда приезжали мы с братом и тогда всей семьей жарили шашлыки.
- Тогда что стряслось? - уточнил Артем спокойно. В отдалении зашумел чайник. - Что-то срочное или потерпишь до выходных?
- Лучше сейчас, - попросила я. - Мне нужно, что бы ты глянул на кое-какие бумаги. Это по работе.
- А-а-а, по работе! - совсем успокоился он. - Тогда давай через полчасика? Прогуляемся в больничном сквере, подышим воздухом.
- Ладно, - согласилась я. - До встречи.
Как там говорит закон? Вопрос, требующий специальных знаний? А кто лучше разбирается в медицине, чем оперирующий хирург?..
***К Пятой городской больнице примыкал парк с тихими аллеями, речушкой и скамейками. Идеальное место для неторопливой прогулки... Жаль, что Артем сразу предупредил:
- У меня полчаса. Так что давай сразу, что там у тебя?
Мы устроились в беседке на излучине реки. В разгар буднего дня народу вокруг было немного и можно было разговаривать без опаски.
- Взгляни, - попросила я, передавая ему пачку бумаг. - Меня интересует, во-первых, насколько это все реально и серьезно? Во- вторых, может ли этим болеть полудракон-полуэльф? В-третьих, могла ли мать не заметить подобного?
По мере вопросов брови Артема поднимались все выше.
- По второму пункту сразу говорю. Драконы и эльфы существа крайне выносливые и болеют редко, но вот насколько будет здоров смесок... Этого не знает никто. Мне бы взглянуть на ребенка...
- Нереально, - вздохнула я. - Отец-эльф никого к нему не подпускает.
Артем пожал плечами.
- Тогда извини. Так, дай мне десять минут.
Я лишь кивнула.
Артем шуршал бумагами. хмурился. Постукивал по губам пальцем, - водилась за ним такая привычка.
- Знаешь, - сказал он наконец. - Все это очень странно. Такой букет не мог взяться из ниоткуда. Бывает, конечно, что болезни сердца обостряются в период полового созревания, но мальчику всего девять! Либо это все, - он похлопал ладонью по документам, - врожденное, однако тогда ребенок вряд ли выжил бы без лечения. Либо болезнь спровоцирована факторами магического характера.
- То есть, - опешила я, - ребенка кто-то проклял?!
И мысленно уже начала выстраивать стратегию действий.
Однако Артем покачал головой.
- Проклятие дает характерную картину с сосредоточением областей поражения в отдельных органах. Скажем, органы ЖКТ или сердце. Нид - это узко направленное воздействие, понимаешь? Но чтобы и астма, и порок сердца, и язва желудка? Крайне маловероятно.
Я пожевала губами и уточнила медленно:
- А могли диагнозы просто, кхм, сочинить?
- Настолько серьезные? Вряд ли. - Артем откинулся на спинку скамейки. - Понимаешь, это же моментально выплывет наружу. Одно дело какая-нибудь вегетососудистая дистония - то ли есть, то ли нет, то ли была и прошла. А другое - порок сердца. Даже поверхностное обследование выявит подлог. Никакой врач не станет так подставляться, даже за большие деньги.
- Спасибо. - Я убрала бумаги в портфель.
Он развел руками и поднялся.
- Извини, большего не скажу.
Я улыбнулась ему.
- Ты очень помог.
Артем ответить не успел. У меня затрезвонил телефон.