Дюжина лазеек (СИ)
- Вы только представьте, как я натерпелся! - утирал скупую мужскую слезу гоблин. - Мне больно ходить в туалет, а с женщинами...
- Благодарю, давайте без подробностей, - остановила я прочувствованный рассказ. - Вам следует обратиться в прокуратуру с жалобой на действия следователя. Я сейчас запишу вам адрес и телефон...
И быстренько накарябала на бумажке обещанные контактные данные, а потом решительно выставила его вон. Даже визитку не дала - незачем районной прокуратуре знать, кто им подкинул такую подлянку...
***День шел своим чередом. Консультации, иски, коллеги... Я считала минуты до пяти часов, чтобы сбежать на концерт.
Но концерт явился прямо ко мне.
Когда дверь распахнулась в очередной раз - за двадцать минут до конца рабочего дня! - я рылась в комментариях к уголовному кодексу в части тонкостей квалификации умышленного причинения вреда здоровью.
- Тут она! - ликующе выкрикнул ввалившийся в кабинет смутно знакомый гном. И покачнулся.
- Пусти, - отпихнул его с дороги недоброй памяти Дурин Мастерсон. - Я щас сам этой!..
Говорил он невнятно, а уж амбре! Неосторожную муху снесло перегаром.
Первый неловко посторонился - проход у нас был узенький - пошатнулся и схватился за стену. Его тоже явно штормило. Третий приятель воздвигся в дверях и растопырил руки. Видимо, перекрывая мне выход.
И что делать? Диспозиция - хуже не придумаешь. Я за столом в углу, окно высоко, двери далеко. На помощь звать? Без толку. Позвонить я не успею...
Увы, не только я это понимала.
- Думала , тебе все с рук сойдет? - протянул Дурин со смаком и попытался схватить меня за грудки.
Нарочито медленно, давая время нырнуть под стол.
Прятаться я не стала , вместо этого громко захлопнула перед носом Дурина уголовный кодекс. Резкий звук вынудил гнома отшатнуться.
- Вот с... - процедил он.
Не нравится? А вот это понравится ещё меньше!
Я наискось, почти без замаха, врезала ему кодексом по уху. Увесистый томик не подвел: Дурин взвыл и схватился за голову.
- Эй, ты чего это, - пробормотал его приятель, вытаращившись на меня, как на мышку, которая набила морду кошке. - Ты зачем это?..
Надо было развивать успех.
- Тревожную кнопку я нажала! - соврала я, стараясь делать это уверенно. - Через пять минут тут будет полиция и...
Договорить я не успела.
Того, что стоял в дверях, дверью же и снесло. Второй едва успел оглянуться, как браслет на руке Артема сверкнул - и гном, побледнев, осел на пол.
Дурин - не иначе, сдуру - опять промычал что-то про, кхм, самку собаки... И улетел в угол от хука справа.
- Ты в порядке? - спросил Артем и осторожно, как стеклянную, взял меня за плечи.
- В полном. - Я прерывисто вздохнула и призналась: - Только перепугалась ужасно.
Теперь, когда угроза отступила, меня запоздало начало колотить.
Артем покосился на «мстителей» так, что на их месте я бы не приходила в себя подольше. Лежащих-то он бить не станет!
Мстители смирно лежали в живописных позах. Дурин скорчился в углу, его «придверный» приятель разлегся на стульях для посетителей, а второй валялся прямо на полу и дрожал.
- Чем ты его? - осведомилась я с чисто научным интересом. Вдруг я тоже так смогу? Пригодилось бы.
- Давление понизил, - отозвался Артем равнодушно. - Со мной всегда парочка артефактов на всякий случай.
- Опасные вы люди, кардиохирурги, - пробормотала я уважительно и потянулась за телефоном. - Придется все-таки вызвать полицию.
Был у меня соблазн сложить их стопочкой в коридоре и сделать вид, что так и было.
Увы, увы. Наш арендодатель такого украшения недвижимости не оценит...
***На концерт мы, само собой, не попали. Пришлось сначала ждать полицию (которая нас, конечно, бережет, но не очень-то расторопно), потом долго объяснять, кто эти типы, какие у них ко мне были претензии, что случилось ...
При этом полицейские нет-нет, а косились то на меня с кодексом в обнимку, то на каменно спокойного Артема.
- Чем это вы его? - уважительно поинтересовался старший патруля, кивая на скорчившегося на полу типа. С двумя другими вопросов не возникло, там следы (двери, кулака и кодекса) налицо. И на лице.
Надо сказать, с Артемом люди всегда на «вы» и очень вежливы. Еще бы, с таким-то громилой!
- Артефактом, - объяснил он коротко, продолжая обнимать меня за плечи. - Купирует гипертонический криз. Эффект кратковременный, на час максимум.
- Артем - доктор, - влезла я, поскольку даже проблеска понимания на лице патрульного не промелькнуло. - Кардиохирург.
- А-а-а! - просветлел полицейский и рукой махнул. - Ну тогда хорошо, хоть не скальпелем.
Друг пожал широченными плечами.
- Бить я их опасался, боялся не рассчитать силу. Пришлось использовать нетравматичные способы.
- Э-э-э-э, - протянул патрульный и покосился на уложенных в рядочек жертв «нетравматичных способов». - Погодите, но этому-то в челюсть прилетело!
- Взбесил. - Артем сжал губы и нехорошо так прищурился. - Он Анну тронул.
С ответом на это патрульный не нашелся, лишь уважительно покачал головой.
- Парни, этих - упаковываем. Вам тоже придется проехать с нами для дачи пояснений.
Со мной он тоже, кстати, держался очень вежливо.
Я не громила, конечно, но... Кодекс иногда пострашнее скальпеля будет. Во всех смыслах.
Домой Артем отвез меня уже в девятом часу. Окна моей квартиры гостеприимно светились .
- Заходи, - предложила я и рукой махнула. - хоть чаем тебя напою. С пирожками.
Животами мы забурчали в унисон...
В квартире было тихо. И пахло как-то подозрительно: дымом, чем-то приторно сладким и еще, кажется, воском.
- Разувайся и проходи, - махнула рукой я, оглядываясь в поисках Ната. Куда же он подевался?
Артем стащил туфли и с каким-то странным выражением лица разглядывал злосчастные мужские тапки, будто не решаясь к ним прикоснуться.
- Бери, - разрешила я и придвинула к нему обувку. - Это Ната, он не будет возражать.
Артем поднял брови и хмыкнул.
- Ната? А размерчик скорее на меня.
И впрямь, тапки оказались ему впору.
- Потом расскажу, - пообещала я рассеянно. - Проходи в гостиную, я сейчас...
Я заглянула на кухню, но домового не оказалось и там.
- Нат куда-то... - начала я, заходя следом за Артемом в гостиную, и осеклась.
- Бурная у тебя личная жизнь, - заметил он, кивнув на люстру.
- Нет, это у меня домовой-идиот! - прошипела я и рявкнула: - Нат!
- Что? - буркнул возникший наконец в дверях домовой, от которого оглушительно - и крайне подозрительно! - пахло дымом и чем-то приторно-сладким.
- Это - что?! - Я ткнула пальцем в свисающие с люстры трусы. Алые, с кружавчиками.
Взгляд Ната вильнул.
- Ну-у-у-у, - протянул он, подбоченился и перешел в наступление: - Ты же говорила, что сегодня идешь на концерт и дома будешь поздно!
Я вздохнула и возвела очи горе. То есть чего я не знаю - о том у меня голова не болит?
- Что за день? Сначала меня пытались избить, потом пришлось три часа проторчать в полиции, а мой домовой вместо ужина собирается пичкать меня какими-то сомнительными ритуалами!
Нат виновато потупился и шаркнул ножкой.
- Я сейчас! Мигом...
Его прервал настойчивый звонок в дверь. Кого там принесло в девять вечера в пятницу?
Я распахнула дверь рывком - и уперлась взглядом в шикарные алые розы. Точь-в-точь, как проклятые трусы.
- Анна, - бархатистым голосом проворковал Шемитт, пытаясь всучить мне этот колючий веник. - Я не должен был приходить, но не удержался. Давайте поужинаем вместе?
Я покачала головой. Меня охватил странный ступор. Многовато событий для одного вечера.
- Тогда просто покатаемся, - не отставал Шемитт. - Альвхейм очень красив ночью, особенно с высоты драконьего полета. Мы можем...
- Простите, я занята! - заявила я, захлопнула дверь у него перед носом и поплелась обратно в гостиную.