Моя мачеха – ведьма

– Как смеешь ты оставаться передо мной с закрытым лицом? – в ярости рявкнул верховный жрец, и я в ужасе сжала ладонь Уворда.
– Смею, – спокойно ответил герцог, и я догадалась, что он тоже не стал показывать своего лица.
– Позвольте объяснить, – внезапно вмешался человек, который привёл нас сюда. Он подобострастно проговорил: – После того как погибла супруга, его светлость скрывает лицо в знак траура…
– Знаю, – оборвал жрец. – Но он привёл в храм новую жену. Это ли не повод прекратить траур?
– Я сниму маску на балу в честь нашего бракосочетания, – сухо сообщил Уворд. – Его величество желает присутствовать в этот момент.
– Король всегда был чрезмерно сентиментален. – Голос жреца внезапно наполнился ядом. Потом тон изменился, стал медовым. – Почему же ваша невеста скрывает лицо? Тоже в честь траура по вашей первой супруге?
Я снова сжала руку герцога, мысленно взывая о помощи. Не знаю почему, но у меня сердце замирало от одной мысли, что жрец узнает целительницу с окраины Сэтора. Приходил ли он по мою душу или же был в нашем захолустье инкогнито, неважно. Мне в любом случае конец, ведь за сироту никто не вступится. Нет ни денег, ни связей…
Только Уворд Скетс.
– Прошу простить мою невесту, – раздался наполненный иронией голос герцога. – Она смущена, потому что перед самой церемонией попала под злые чары и теперь обезображена. У нас не было времени на исцеление, а тратить свою магию без приказа короля я не вправе. Тем более на такую мелочь! И, чтобы не оскорбить Трёхликую, велел надеть вуаль.
Я заметила силуэт и затаила дыхание, когда мне приподняли вуаль. Человек, который провёл нас сюда, вздрогнул при виде волдырей и поспешно прикрыл мне лицо.
– Его светлость сказал правду, – пробормотал он и жалостливо вздохнул: – Бедная девочка!
– Хм, – саркастично отозвался верховный. – Ваши поклонницы постарались? Неужели вы спустите ревнивицам с рук эту шалость?
Я же поверить не могла в своё везение. А ведь совсем забыла! Злыдня Стайфа хотела навредить мне, а получилось, что невольно выручила. Даже если меня заставят поднять вуаль, велика вероятность, что жрец меня не узнает. Потому что вряд ли захочет смотреть на моё обезображенное лицо.
«Вот спасибо так спасибо!» – мысленно поблагодарила интриганку.
– Вы, как никто другой, знаете, что я не способен прощать обиды, – ответил жрецу Уворд, и от скрытой угрозы, прозвучавшей в его голосе, меня бросило в холод.
– Только не слишком увлекайтесь местью, – ехидно посоветовал жрец. – Я собирался посетить бал. Не хотелось бы увязнуть в обязанностях из-за кучи внезапных трупов в столице.
И как только собственным ядом не захлебнулся? Между этими двумя точно нет тёплых чувств. Кстати, мне тоже стоит поберечься. Не хотелось бы стать врагом первого советника короля.
– Может, всё-таки приступим к церемонии? – Голосом Уворда можно было воду замораживать. – Не то мы все опоздаем на торжество.
Жрец не ответил. А через секунду я услышала его сильное звучное пение. В груди потеплело, по телу прошла вибрация, немного закружилась голова. Стало так светло и спокойно, будто я внезапно оказалась в родном доме, которого никогда не знала. Мне посчастливилось на себе испытать, насколько сильны способности верховного.
– Подойдите к алтарю, – тихо подсказал помощник. – Возьмите кольца.
Я протянула руку, и мне в ладонь легла тёплая тяжесть. Даже сквозь вуаль было видно, как светится магический артефакт. Простолюдины обменивались простыми кольцами, дворяне же скрепляли свой союз магией.
Когда Уворд надел кольцо на мой палец, я ощутила, как по руке пробежался холодок и рассыпался мурашками по телу. Прислушиваясь к себе, замерла.
– Котёнок, надень мне кольцо, – потребовал герцог, и я вздрогнула, будто очнулась. Подчинилась, а сама пробормотала:
– Вы даже имени моего не знаете, а женитесь. Как так?
– Трёхликой всё равно, как мы себя называем, – шепнул Уворд. – Она соединяет души.
Сердце пропустило удар. И как же этот брак может быть фиктивным?
– А вот на королевском торжестве вам придётся представиться, – закончил герцог.
 
– Что настолько важное вы обсуждаете у алтаря Трёхликой? – недовольно спросил жрец. – Заканчивайте церемонию. Целуйте невесту!
Я снова застыла изваянием.
«Ой, нет!»
– Подожду, – хохотнул Уворд, – когда пройдёт действие зелья!
«Дважды спасибо тебе, Стайфа!»
Но обрадовалась я рано.
 
Глава 7. Кто много целует, редко не укусит
 
Лалин
Я выскочила из храма, как булочник Иан от меня после того как полдня краснел и мялся в моей лавке, а потом скороговоркой признался, что подхватил срамную болезнь. С зельем выскочил, и после я его встретила – очень счастливого. Иан нежно обнимал собственную жену, весьма довольную вновь вспыхнувшими чувствами супруга. Урок пошёл булочнику на пользу.
А что будет со мной?
Оказавшись в карете, я скинула осточертевшую фату и осторожно дотронулась до лица. Скривившись от боли, глянула на устроившегося напротив Уворда и проворчала:
– Никогда бы не подумала, что поблагодарю вашу очаровательную кузину, но так и произошло.
О том, что видела жреца на окраине Сэтора, я умолчала, потому что не доверяла герцогу. Как и он мне. Ведь не поверил, что роскошные серьги несут зло.
– Тебе больно? – сухо осведомился Уворд.
– Потерплю! – с энтузиазмом заявила я и, радуясь возможности скрывать своё лицо и дальше, широко улыбнулась. – Мы едем во дворец, верно?
– Верно, – согласился мужчина и дёрнул уголком губ. – Я должен представить тебя королю, котёнок. Как твоё имя?
– Лалин, – ответила я.
– Ла-лин, – тягуче повторил он, и по телу побежали мурашки. Уж очень интимно прозвучало моё имя в его устах. – А дальше?
– Лалин Ригер.
– Полностью будет госпожа Лалин Ригер Скетс, – педантично поправил Уворд и приподнял бровь. – Фамилия похожа на дворянскую.
– Ничуть, – фыркнула я. – К вашему сведению, я подкидыш. Сирота без роду и племени.
– Но твоё имя настоящее, – серьёзно возразил он. – Я вижу это.
– В то время, когда меня подкинули, в приюте жил маг, – кивнула я. – Он прочёл имя, данное мне родителями, и даже пытался отыскать моих маму или папу, но поиски не дали результата.
– Маг? – насторожился Уворд и полоснул меня странным взглядом. – Он знал, что ты ведьма?
– Что вы, – рассмеялась я. – Меня бы уже продали. В приюте постоянно не хватало денег, и такой шанс настоятельница бы не упустила. К счастью, мой дар открылся гораздо позже. Мне хватило ума сбежать в ту же ночь…
– Приехали, – прервал Уворд мои воспоминания и протянул руку.
– Сейчас…
Я потянулась за вуалью, но мужчина остановил.
– Не нужно.
Он раскрыл ладонь, и с его вытянутой руки в мою сторону соскользнуло фиолетовое облачко. Только я успела затаить дыхание и машинально сжаться от неожиданности, как магия окутала меня, пробежалась по коже мурашками, осела приятным холодком на лице и пальцах.
Я опустила глаза и с изумлением убедилась, что волдырей и след простыл.
– Как? – ахнула я и начала злиться. – Зачем?
– Я ведь говорил, что тебе придётся открыть лицо перед королём, – напомнил он. – Не могу же я позволить, чтобы над моей женой потешался весь двор?
– Почему бы и нет? – буркнула я. – Своей кузине же позволили навредить мне. Признайтесь, вы знали, что серьги заколдованные! Я вижу, что это так!
Он выгнул бровь.
– Почему ты так считаешь?
– Вы сказали верховному жрецу, что не можете мне помочь и придётся ждать, когда действие порчи пройдёт само, – рассудительно начала я. – Потому что не вправе использовать свою магию без приказа короля. Сейчас же вам такое разрешение не потребовалось, значит, вы и раньше могли избавить невесту от волдырей, но по каким-то причинам моя изуродованная физиономия была вам выгодна.
Довольная собой, я перевела дыхание и посмотрела на него с торжеством. Что, Уворд, съел? Думал, жена у тебя глупая ведьма, способная лишь восполнять источник магии?