Ида

Виш коротко вздохнул. Ввязался на свою голову… Да, он по-прежнему сочувствовал Иде, той девушке, которая погибла накануне своей свадьбы. Ему до крика было жаль загубленной юной жизни. Как бы она ни сложилась, но девчонка имела право ее прожить. И он хотел разобраться в том, как это всё произошло, но… Но то, что происходило сейчас, ему не нравилось. Даже справедливое возмездие не могло искупить возможных последствий для него, человека, который не имел никакого касательства к прошлому.
Если бы она хотела вспомнить, как умерла, передать весточку родным, найти путь для наказания виновного более законным способом, то ведьмак выдохнул бы с облегчением и начал рыть землю, как говорится. Однако Ида хотела иного, и он вел ее к желанной цели, после достижения которой мог лечь рядом. Она бы упокоилась с миром, а он… он хотел жить.
Ведьмак сердито тряхнул головой. Да сколько можно! Сколько можно страдать? И вправду что ли постарел? Откуда эта щепетильность? И потом, они даже не добрались до Мила, не нашли Иллиса, который там, судя по справочнику, никогда не жил. И сколько будут искать, пока неизвестно. Так что нечего распускать сопли и жалеть себя. Разве он таким был? Лихой ведь был! Вот и пора вспомнить свое прошлое, так оно будет проще.
Едва заметно усмехнувшись, Виш опять вздохнул. Именно из-за своей прошлой лихости он и осел в глуши на погосте и вел размеренный образ жизни, стараясь не привлекать лишнего внимания. Теперь вот ввязался в дельце, которое, при определенных обстоятельствах, может потянуть и прошлые грешки. А хотелось бы сидеть в своем болоте и дальше, там было уютно…
– Тятенька, долго еще ехать?
Виш вздрогнул от неожиданности, слишком глубоко погрузился в свои размышления. Даже не сразу понял, что вопрос обращен к нему. Он повел плечами, стряхивая оцепенение, и посмотрел на Иду.
– Еще немало, – сказал ведьмак. – В Собере выйдем, там на обед экипаж остановится. Лошадей поменяют, а после дальше поедем.
– В Собере? Это куда дяденька с пирожком за вдовой едет? – уточнила девушка.
Виш бросил взгляд на притихшего усача и отметил, что тот все-таки задремал. Немало силы выпила Ида, раз хмель свалил так быстро. Мужик-то крепкий, мог бы еще пить и пить. Тем более, не стакан за стаканом. Говорили много, пирогами закусывали. А его вон развезло. Брат усача выглядел бодрей. Хотя без собутыльника и он начинал зевать. Н-да, в Собере им будет уже не до сватовства. Однако ведьмака чужие дела не касались, и он вернул внимание «дочери».
– Да, милая, туда едут, – ответил он Иде, и в карете опять воцарилась тишина.
 
Глава 8
 
Дорожный экипаж достиг Фруса часам к четырем после полудня. Выбравшись из кареты, Виш с удовольствием потянулся и передернул плечами – долгих дорог он не любил. Ида стояла рядом, никак не проявляя усталости, но в ее наличии ведьмак сильно сомневался. Если он периодически менял позу, пока они ехали, то девушка почти не шевелилась.
– Н-но! – кучер щелкнул кнутом, и экипаж тронулся дальше.
И как только он отъехал, путники перебрались на другую сторону дороги и зашагали в направлении Мила. Девушка, более не притворяясь, смотрела по сторонам, а Виш не одергивал. С этого момента исчезли ведьмак и его слепая подопечная, как растаяла туманом и незрячая дочь. Земля Фруса оказалась поистине чудодейственной и без лекаря – невидящая прозрела. Правда, знали об этом лишь она сама и ее сопровождающий.
После рынка и попутчика-усача мертвые глаза ожили, и оправдание пустому взгляду больше не требовалось. Потому Виш и решил еще вчера, что в карету сядет слепая, а выйдет зрячая. Оставалась еще самая малость, чтобы превращение было доведено до задуманного конца.
– Сойдем с дороги, – попросила Ида, когда они поравнялись с лесом.
– Надо тебе что ли? – с готовностью спросил ведьмак.
– Надо, – кивнула девушка, и пара скрылась за деревьями, не вызвав подозрений.
Кто-то из невольных попутчиков даже посмотрел на лесок, подумав, что тоже неплохо бы зайти за куст. Однако туда уже увели молоденькую девицу, и тот, кому тоже было надо, ушел вперед, чтобы не смущать родственников ненужным соседством.
 
Ведьмаку и его подопечной до потребностей людей, шагавших по тракту, дела не было. Они всё дальше удалялись от дороги и от случайного глаза. Их надобность была иной.
– Ты много от усатого взяла, – наконец высказался Виш, когда перестал опасаться, что их подслушают.
– Почему? – Ида посмотрела на ведьмака. – Он живым сошел в Собере.
– А если бы я тебя не оторвал от него? – мужчина остановился и развернулся к девушке. – Совсем бы высосала? Еще немного, и он бы у всех на глазах поменялся. И так стал выглядеть хуже, а еще бы выпила, и свалился бы тебе под ноги. Как тогда скрыть, кто ты? Сама уйдешь, а я как же? Да и мужик перед тобой ничем не провинился.
– Пока я рядом, тебя бояться нечего, – ответила Ида и зашагала дальше.
– А потом? – повернулся ей вслед ведьмак, ответа не последовало. Виш всплеснул руками и пробормотал: – Да ей же плевать, – и поспешил следом.
Он поравнялся с Идой и покосился на нее. Лицо девушки было безмятежным, взгляд скользил по сторонам. Желая хоть как-то выразить свое негодование и возмущение, ведьмак ухватил ее за локоть.
– Здесь остановимся, – сказал мужчина, девушка не возражала.
Виш скинул с плеча мешок, развязал тесемки и вытащил взятую с собой одежду. Но прежде, чем переодеться, он указал взглядом на траву:
– Присядем и поговорим.
– Хорошо, дяденька, – легко согласилась Ида.
Ведьмак задержал на ней раздраженный взгляд, в душе продолжая возмущаться: что поговорить, что человека выпить – всё хорошо, но даже без искры эмоций. Кукла и кукла, тьфу. Он мысленно схватил девушку за плечи и потряс так, чтобы у нее клацнули зубы. На этом немного успокоился и выдохнул.
Мужчина посмотрел, как Ида уселась на траву, готовая слушать. Виш устроился напротив. Он поднял руку, намереваясь начать разговор, но тут же опустил, подыскивая слова. Однако через мгновение вновь вскинулся.
– Ты и вправду не желаешь понять, что платишь за мою помощь неблагодарностью? – вопросил сердитый ведьмак.
– Почему? – взгляд Иды был открытым и чистым, даже где-то наивным.
– А потому, девонька, что это ты пришла отомстить и помереть обратно, а я в могилу, знаешь ли, не тороплюсь, – едко ответил Виш. – Но теперь мы с тобой крепко повязаны. Я помогаю тебе сделать то, для чего ты вернулась, так уж и ты мне помоги не уйти вслед за тобой. А меня повесят, если ты вымостишь дорогу мертвецами. И потом, ты пришла за одной жизнью, зачем же брать остальные? В чем они перед тобой виноваты? Ни в чем. И я не провинился. Вроде бы ты пока от меня только добро видела, так зачем же злом отвечать?
Ида ответила прежним открытым взглядом. Виш почувствовал, что закипает, не зная, как пробить этот равнодушный заслон. И пока он пытался обуздать злость, над его головой защебетала птица. Девушка подняла на нее взгляд и вдруг улыбнулась, и ведьмак ухватился за эту эмоцию.
– Тебе нравится птичка? – спросил мужчина.
– Да, – кивнула Ида. – Мне нравится ее слушать.
– А вот представь, что я сейчас ее поймаю и сверну шею, – девушка опустила голову и остановила взгляд на своем сообщнике. Виш невольно поежился, но расправил плечи и продолжил: – Тебя это расстроит, я вижу. А раз так, значит, чувствовать ты все-таки можешь. Может, и не как все, но все-таки можешь. И вот скажи мне теперь, птичку эту тебе жалко, если ее не станет, хоть ты ее и видишь один раз. А меня тогда почему не жалко? Разве я обидел тебя хоть раз?
– Нет, – признала бывшая покойница.
– И я думаю, что нет, – согласился с ней ведьмак. – Подобрал, принес домой, обогрел, переодел. Заботился, значит. И до сих пор забочусь. Мог бы ведь отправить тебя в Мил с глаз долой, а я с тобой еду, хоть и понимаю, чем это может закончиться для меня. Так разве же я не заслужил, чтобы ты и меня пожалела? Что скажешь?