Охота на маску (СИ)

Ну а после обеда, забрав из подвала Хирано, я отправился в одну из лучших больниц Токио. К сожалению, в число лучших больницы Аматэру не входили. Доход приносили неплохой, но лучшими вполне объективно не были.
Подъезжая к больнице, заметил кучу охраны и машины с гербом Императорского Рода. Не сказать, что напрягся, но поморщился. Уж не знаю, кто именно сюда приехал, но к кому – понятно без лишних пояснений. Надеюсь, хоть не сам Император – лишний раз видеть его не хочу, а по делу он мне в больничных коридорах ничего не скажет.
Выйдя из машины, чуть постоял, дожидаясь, пока Хирано вылезет вслед за мной, и только после этого закрыл дверь. Тащить с собой и жену, и Хирано не хотелось – лишние слухи мне не нужны. Брать одну лишь Хирано тоже не вариант – слухов будет ещё больше. Одно дело – в командировку с ней уехать, мало ли кем она у меня работает, а другое – брать с собой навещать больную родственницу. В общем сошлись на том, что Хирано будет в невидимости. Не такой, как Байхо, когда напал на меня, а в более простой. Правда, простой для меня, так как я всё же видел её полупрозрачную тушку, в то время как посторонние и, что самое главное, камеры, её уже не увидят.
Дежурная медсестра, точнее, целый пост с дежурными, находилась недалеко от входа, так что, войдя в здание, сразу направился туда. Слегка пришибленная и офигевшая одновременно женщина, услышав мою фамилию, залебезила с ещё большей силой, заодно сообщила, что сейчас на этаж, где располагалась палата Атарашики, посторонних не пускают, но буквально через… Эта дурёха даже не поняла, что именно сказала, пришлось приводить в чувство живительной порцией яки. Правда, после этого она совсем поплыла, так что, немного постояв и не услышав от неё ничего вразумительного, я развернулся и направился к лифту. На полпути слегка поменял направление, так как у лифта ждала целая толпа народа. И ладно – я с охраной, но каково будет в переполненном лифте невидимой Хирано, уже вопрос.
На лестничной клетке третьего этажа стояло двое охранников, увидев меня и двух моих сопровождающих, чуть напряглись, а когда мы остановились напротив них, правый от меня поднял руку.
– Этаж закрыт, попрошу вас удалиться и не создавать проблем, – произнёс он.
– Меня зовут Аматэру Синдзи, и я пришёл сюда навестить родственницу.
– Прошу прощения, Аматэру-сама, но я не могу вас пустить, – произнёс он, заметно при этом напрягшись.
И мужика можно понять, ситуация весьма неоднозначная.
– То есть позволь уточнить, – начал я раздражаться. – Твои хозяева пришли к Атарашики-сан, из-за чего я, её родственник и глава её Рода, не могу к ней попасть?
– Прошу прощения, Аматэру-сама, – произнёс охранник напряжённо. – Я просто выполняю приказ.
Я почти сорвался. И дело даже не в том, что моё раздражение дошло до предела, нет. Я не настолько неуравновешенный, чтобы срываться из-за работяги, выполняющего свою работу. Предельно вежливого работяги. Я чуть не сорвался из-за вседозволенности. Да и «сорвался» не совсем то слово. Я был раздражён, и точно знал, что если сейчас тупо вынесу охрану этажа, мне за это ничего не будет. Я в своём праве. Так ещё и статус братского Рода будет действовать. Именно последнее меня и остановило. Просто мне вдруг пришло в голову, что это как-то слишком двулично. Двойные стандарты в действии. Я использую привилегии, чтобы сделать гадость тому, кто даёт мне эти привилегии. Мерзковато как-то.
Прикрыл глаза, стараясь успокоиться. Открыл.
– Хорошо. Я понял, – произнёс я, после чего развернулся и пошёл обратно.
Моя охрана тоже была напряжена и готова к драке, так что, уступая мне дорогу, они по-прежнему не сводили взгляд с имперцев. Уже на выходе с лестничной площадки в холл больницы мне в голову пришла умная мысль – если всё правильно обставить, то я и из этой ситуации смогу вынести прибыль. Небольшую, скорее моральную, но всё же. А всего-то и надо пройти через весь холл, собирая взгляды окружающих, подойти к свободной стеночке, облокотиться на неё, скрестить на груди руки и всем своим видом изображать ожидание. Думаю, уже завтра, да что там, уже сегодня вечером большинство аристократов будут знать, что кто-то из императорского Рода не пустил главу Аматэру к Атарашики. Это не ударит по их репутации, просто покажет императорский Род с не очень красивой стороны. Ну и утвердит общество, что у нас определённо какой-то конфликт. И именно я обиженная сторона. Последнее утверждение не совсем логично, так как фактов у народа никаких нет, но, как показывает практика, судят по последним новостям. Позднее можно будет ещё что-нибудь такое изобразить, где меня якобы обижают.
 
Ждать пришлось не так уж и долго, всего тринадцать минут. Именно через столько створки лифта раскрылись и оттуда вышел старший сын Императора с охраной. Оторвавшись от стены, я подошёл к охраннику и встал таким образом, чтобы принц видел меня сбоку – и не спиной, и узнать сложнее.
– Господин? – насторожился охранник.
– Ждём, когда принц свалит, – произнёс я тихо.
Не то чтобы у меня были какие-то причины скрываться от Нарухито, просто чисто по-человечески не хотелось с ним общаться. Вообще с членами императорского Рода не хотелось общаться. Но и повернуться к нему спиной вежливость не позволяла. Вряд ли кто-то поверит, что я не заметил его появления, а так… Просто не обращаю внимания.
– Аматэру-кун! – услышал я голос принца.
Блин, вот что ему стоило просто пройти мимо?
Повернувшись в его сторону, я бросил взгляд на приближающегося Нарухито. Придётся идти вперёд. Опять же – я могу себе позволить просто стоять и ждать, когда принц сам ко мне подойдёт, но это будет невежливо и нагловато, а я не хочу лишний раз пользоваться привилегиями братского Рода. Не вообще, – что я, дебил, что ли, – а именно лишний раз.
Тут стоит уточнить. Пока конфликт между Аматэру и Императорским Родом на стадии слухов, мои взбрыки именно что привилегии, типа – это же Аматэру, у них с братским Родом свои отношения, а вот если бы он был вполне официальным, то моё игнорирование принца было бы его проявлением. Разжигать этот самый конфликт я не намерен. Он есть, о нём знают, но открыто о нём не заявлено. И если я начну нагнетать обстановку, не ограничиваясь намёками, я дам в руки Императору официальное право давить на меня так, как он только захочет. Забавно всё сложилось. Конфликт есть, и одновременно его нет. Лучше бы мне вообще о нём помалкивать, и вместе с этим я должен на него намекать. Иначе меня незаметно для всех так прижмут, что я и пикнуть не смогу.
– Ваше высочество, – поприветствовал я, когда мы с ним встретились посреди холла.
– Аматэру-кун, – кивнул он на мой поклон. – Ты ведь к Атарашики-сан? Не стоило ждать, мог бы сразу к ней идти.
О как. Удачненько.
– Я пытался, – ответил я вежливо. – Но меня не пустили ваши люди.
Голос я не сдерживал, да и стоял так, чтобы моё лицо попало на камеры. Мало ли, вдруг кто-то решит посмотреть запись? Вот пусть по губам и читает.
– Как это – не пустили? – удивился он. – Я дал чёткие распоряжения охране у лифта.
– У лифта была очередь, так что я поднялся по лестнице.
– Ха-а-а… – выдохнул он медленно, прикрыв глаза. – Как неудачно получилось. Я приношу извинения, Аматэру-кун. Мне стоило предупредить всех своих людей. Моя ошибка.
Так как я шёл к принцу не напрямик, а чуть сместившись в сторону, сейчас он стоял таким образом, что его лицо не попадало на камеры. Было несложно предположить, что принц извинится. Ну или каким-нибудь иным способом отмажется. Остаются окружающие нас люди, среди которых было несколько аристократов, – всё-таки больница элитная, – но будем надеяться, что читать по губам среди них никто не умеет. Да, вряд ли кто-то поверит, что он мне грубит, но невозможность узнать, что именно говорит принц, породит множество слухов. А они мне как раз и нужны.
 
Кстати, вот сейчас самое время немного понаглеть. Но хитро, чтобы это понял лишь принц.
– Я знаю, – чуть кивнул я. – Если вы не против, я, пожалуй, пойду. Всего хорошего, ваше высочество.