Эволюция Генри 3 (СИ)

— Так чем я могу помочь, мистер Миллер?
— Я буду в патруле, Генри. Надо бы меня подменить на выпускном. — Расслабился мужчина. — Потанцевать, проконтролировать, чтобы Амелию не обидели, довести до дома. Справишься?
— Эм, мистер Миллер, — запнулся я. — Я и танцевать-то не особо…
Я, конечно, после последней эволюции изрядно схуднул — доски уже не скрипят под ногами, да и хлипкая кровать на веранде не стонет под массой. Словно количество переросло в качество. Но тем не менее — на ногу наступлю, мало не покажется.
  
— Ничего, день-два у вас будет. — Коснулся он ладонью стола, словно молоток судьи при оглашении приговора. — Я, признаюсь, не в восторге. Но Амелия непротив. Можно сказать, она и предложила… Только ты много о себе не думай. А если руки куда не туда потянутся — так в Юту я тебя без них отправлю. — Скучным тоном довершил он.
— Можете на меня рассчитывать, — серьезно кивнул я.
Без ярких заверений и особых эмоций. Что, в общем-то, мистеру Миллеру весьма понравилось.
Да и мне стало интересно — как, вообще, там, на выпускном. Своего-то не было.
Плюс именно Амелии я обязан тому, что сплю в тепле, сыт и не стер подошвы об асфальт, добираясь пешим ходом.
Так что сходим, почему нет?
Краем глаза уловил силуэт возле входа. Там, не потревожив колокольчика, стояла, привалившись к дверному косяку и скрестив руки на груди, невысокая симпатичная брюнетка с насмешливым выражением на лице.
Я, отметив ее, испуганно отвел взгляд. А она — чему-то ухмыльнулась, выпрямляясь.
Ну ничего-ничего. Еще потанцуем.
Заодно выясним, какого черта в кафе и доме, где проживает семейство Миллеров, нет ни одной твоей фотографии.
  
Глава 2
 
Тихий ритм оставался между нами, не поднимаясь эхом к высокому потолку спортивного зала.
— Раз, два, три. Раз, два, три. Раз, два, три — Движение по широкому кругу, без музыки.
И скрип лакированного паркета под подошвой. И ноги, ставшие какими-то деревянными, неуклюжими, хотя исполнять приходилось всего лишь вальс.
— Это будет сложнее, чем я думала, — остановившись, выдохнула Амелия, отступая на пару шагов назад и критически оглядывая меня с ног до головы.
А я что — смотрю невозмутимо. Принцип-то понятен — двигаться по кругу и не зашибить другие танцующие пары. Опять же, схема движения ног — ничего сложного.
Может быть, еще пара дней — и смогу получать удовольствие от ведения партнерши в танце, глядя на нее с легкой улыбкой — и получая такую же в ответ. А не гримасу досады с легким раздражением.
И ведь это еще — легкий уровень сложности, без опасности наступить на полу платья, в пустующем зале. Вернее, не совсем пустующем: у дальней стены носились безумными стайками рыб младшеклассники, атакуя баскетбольное кольцо мячом. Что-то исправляли в огромной надписи на длинной стене два учителя, один стоя на стремянке, а вторая подавая ценные указания: к «Вперед, выпускники Уэлса!» пытались приделать год цветастой мишурой. Ходил вихрастый паренек со старым фотоаппаратом — еще пленочном, на шейной лямке — глядел по сторонам, щелкал интересные ему ракурсы. Но, думаю, ждал, когда мяч отскочит к стремянке учителей — уж больно позицию удобную выбирал для кадра. На нас, к слову, ни разу не направил объектив.
О чем-то болтали и смеялись ровесники Амелии, расположившиеся на верхнем ярусе лестницы-трибуны — кажется, обсуждали наши попытки танцевать. Меня это особо не трогало, Амелию — судя по бросаемым в ту сторону взглядам — слегка подбешивало, но она держалась.
— Ладно. Успехи есть, — похвалила Амелия явно с трудом. — На ноги не смотришь, круг выдерживаешь.
Да у меня проекция зала перед глазами! Так бы мы давно в стену врезались.
— Мышцы зажаты, — хмурилась она. — Руку на талии расслабь — больно, синяк будет.
Я только плечами пожал — не я же притащил нас сюда сразу после завтрака и ничего толком не объяснив, кроме «делай как я». Рука Амелии на моем плече была тяжелой.
— Может… — Задумчиво выдала девушка, но не успела завершить.
— Миллер! Амелия! — Раздалось звонкое от входа в зал. — В двадцать первый, насчет документов! — Убедившись, что на нее смотрят, девчонка в форме школы тут же скрылась в коридоре.
— Я сейчас, — кивнув мне, мисс Миллер заторопилась к выходу.
Ничего не оставалось, как подойти к ближайшей скамейке на трибуне и усесться, вытянув ноги.
Парадоксально, но впервые после эволюции я не чувствовал какого-то страха и неуверенности. Мир, как и собственная жизнь, уже не казался сломанным — у него были правила, новые законы, пусть и негласные: с опорой на личную силу и уровень эволюции. Можно жить.
А что до странностей городка и Амелии… Раньше бы сбежал при первом удачном поводе. Но теперь — мне было интересно.
Во всяком случае, за следующие три дня может ничего не произойти, и я просто посещу выпускной, который мне задолжала система образования США. Он все-таки раз в жизни бывает — да и, откровенно говоря, пройдет он в заведении куда лучше, чем было бы у нас. А так как к выпускному прилагалась симпатичная девчонка, то тут только благодарить небеса. Не всегда же чужая доброта должна оборачиваться подставой. Опять же — Харизма для чего раскачана до третьего уровня?.. Как раз для того, чтобы делать в мой адрес приятные шаги.
Так что, можно сказать, до отбытия из города я условно полагал себя на отдыхе. С оглядкой, разумеется, что всякая сволочь может его испортить.
За спиной послышались уверенные шаги по дереву — посмотрев талантом, увидел, как одноклассники Амелии спускаются по скамейкам вниз, прямо ко мне.
Четверо — здоровые лбы, то ли местную качалку посещают, то ли на солнце и свежем воздухе так вымахали. Хотя у них тут стадион регби — может, первое, второе, да еще и спорт. Одеты, во всяком случае, по-спортивному — свободные штаны, кроссовки, майки различных расцветок. На улице — та еще жара.
Я неторопливо поднялся и, на всякий случай сделав пару шагов вперед, обернулся им навстречу.
Сделав прыжок с последней скамейки, рядом приземлился соломенноволосый паренек. Наверное, все-таки регби: нос чуть свернут на бок. А, в целом, вид породистый — угловатые скулы, подбородок с ямочкой, ухмылка превосходства, будто навсегда прилипшая к лицу.
Демонстративно оглядев меня и непонятно чему хмыкнув, паренек кивнул на дальний выход из зала.
— Пойдем, покурим.
— Не курю.
— Тогда мы покурим, ты постоишь. Познакомимся. Не бойся. — Первым зашагал он вперед, не сомневаясь, что я пойду следом.
Позади меня встали остальные трое, один из которых подтолкнул вперед плечом.
Ладно, пройдемся — это, надо полагать, главные приматы местной фауны. Все равно придется столкнуться.
Пока шел, обернулся по сторонам — мелочь в зале не обращала на нас внимания, учителя заняты возле стены, Амелии не видно, а еще трое на верхней ступеньке трибун, оставшиеся там сидеть — две девчонки и паренек — смотрели с любопытством. Девчонки, к слову, красивые — одну так хоть сейчас на обложке печатай. И упала ему эта Амелия, когда такой экземпляр рядом?.. Я кого-то из его друзей подвинул, место в танцевальной паре заняв?..
Чуть сощурившись на выходе, я предсказуемо получил тычок раскрытой ладонью в спину и вынужден был быстро прошагать вперед — а там резко уходить в сторону, чтобы не получить в живот от вставшего по солнцу заводилы.
«Не бойся — познакомимся», ага. Знаю я такие знакомства — бывали, плавали.
— Ты смотри, шустрый. Билли, Колин, придержите-ка его… Стой, куда!.. — Ругнулся тот, увидев, как я в быстром темпе сваливаю вдоль школы.
  
Фору мне дали всего в пару секунд — потом побежали следом. Нет, точно регби — расстояние сокращалось неприятно быстро. Хотя я все равно успел забежать за угол, чуть не сбив там давешнего фотографа — тот уже приготовился к кадру.
На мгновение прикинув, как бы его кинуть на встречу догоняющим, все-таки решил не рисковать фотоаппаратом. И, подгадав талантом момент, выставил подножку первому бегущему — а как тот грохнулся всей массой на асфальт дорожки, добавил его последователю в живот, выбив весь воздух. С этого момента противников осталось двое — фотографа я на всякий случай усадил за плечо на пятую точку, чтобы не дергался под рукой.