Эволюция Генри 3 (СИ)

— Как планируешь с ней говорить? — Обратила внимание Агнес на другой момент. — Станешь кричать с улицы?
Вниз она вряд ли спустится — это верно. Впрочем…
— Что-нибудь придумаю.
— А если соврет — что будешь делать? — Наклонившись вперед, сунула голову между подголовников Марла.
— Нам бы взять ее с собой. — Поддакнула Агнес.
— Не самое лучшее решение, — отрицательно покачал я головой.
  
— Какой у нее уровень?
— Пятый.
— Я ее запакую и всуну в багажник. — Уверенно кивнула Марла. — Из багажника не врут.
— Реликт докинет ей уровней до десятого — что станешь делать? — Задвинул я ее рукой за лоб обратно. — Меня и Агнес зарежешь?.. Да и я уверен — не станет она мне врать.
— Настолько хорошо к тебе относится? — Вкрадчиво уточнили позади.
— Я просто умею быть очень убедительным.
— Посмотрим, — хмыкнула Агнес, не став спорить. — Откроет ли твоя Джульетта окошко или поглубже завернется в одеяло…
Путь по сходящему с ума городу занял больше двух часов — под конец пришлось бросить машину и идти пешком. Один только этот отрезок пути — по участку «интерстейт восемьдесят», который мы ошибочно приняли безопасным из-за высотных путепроводов и мостов — добавил к моему клинку полторы сотни смертей и около трех сотен для Агнес и Марлы.
Мы были слишком заметны — на пустующей трассе без машин, и на нас попросту бросались, словно зомби на живую плоть. Нас выслеживали группами, пытались прижать к асфальту автоматными очередями и завершить дело ножами. Время одиночек, которое отчетливо просматривалось в первый час, завершилось — теперь в борьбу за власть над Америкой включились банды, объединенные вокруг своих лидеров.
Так было не везде — я время от времени отслеживал Томаса и приметный грузовичок «Ниссан Атлас». Ставка на местных церковников оправдалась — те вооружили «носителей священства» и прихожан и принялись методично уничтожать одержимых, блокируя кварталы застройки и проверяя каждый дом. Но пока они таким темпом доберутся хотя бы до центра города — наступит тот самый рассвет… Да и не везде дела у них шли прямо уж хорошо — местами у них те самые мачете отнимали в бою, наваливаясь скопом… Помочь я уже ничем не мог.
Надежда только одна — дойти до Амелии, узнать, где Реликт, дойти до него… Дальнейший план все еще спотыкался об растерянность и непонимание.
Порой ловил на себе задумчивые взгляды Агнес — словно та сама хотела спросить, что я такого замыслил. Но приказ «не думать об этом» еще действовал — и будет действовать до момента, когда мы все втроем будем вынуждены озвучить безнадежность ситуации.
«И что потом?» — Горько спросил я себя. — «Благородное отступление?»
Сколько раз я хотел просто уехать, сбежать, свалить, пока не станет слишком поздно? И почему не делаю сейчас?..
«Реликт ослаблен», — неуверенно звучало в голове. — «Есть шанс…»
Шанс, что его разместили на тонне взрывчатки?..
Но я упрямо шел вперед — и показавшиеся впереди стены шестиэтажного строения казались на этом пути промежуточной точкой, досадной заминкой. Местом, где надо получить ответы и двигаться дальше. В ту самую неопределенность.
Надо признать, не самое плохое место выбрала Амелия, чтобы переждать — вся суета сместилась южнее, восточнее, западнее, а сам Капитолий и его окрестности обезлюдели, словно чумные.
Мы остановились довольно далеко от входа, чтобы не напрягать стоящую на посту охрану.
— Действуй, Ромео, — приободрила Агнес.
— Ага, — покосился я на маскирующуюся на плече Хтонь.
Ощущал я ее больше весом — приятным, успокаивающим. Возможно, вес тоже был игрой разума — раз уж создание подменяет все чувства. Или Хтонь хотела, чтобы я знал, что она рядом?.. Впрочем, лирика это все.
Я передал созданию образ из памяти — и через мгновение ощущал на себе любопытствующие взгляды Агнес и Марлы.
— А она ничего такая, — попыталась Марла пожамкать за грудь образ Амелии, который накинула на меня Хтонь, но я уклонился, отшагнув в сторону.
— Не потеряй, — отдал ей свое мачете.
— Если на входе спросят пароль? — Подняла бровь Агнес.
— Придумаю еще что-нибудь, — скептически оглядел я свой образ в платьишке, убрал с лица непослушный локон и хмуро посмотрел на здание. — Не скучайте, я скоро. — Буркнул, вновь увильнув от попытки Марлы погладить по попке.
Рискованно, конечно… Но вряд ли Амелия рассчитывает, что ко входу подойдет ее двойник.
Я не торопился, стараясь выдерживать неширокий шаг — заодно присматриваясь к реакции заметивших меня охранников. Те молча склонились, встречая свою госпожу.
Вот и главная дыра манипуляции с чужими мозгами — верность завязывается на человека, на его образ и голос. Так что — все твое теперь мое.
Но все равно было жутковато проходить мимо — спина аж похолодела, стоило охранникам остаться позади. Хоть я и контролировал все талантом со стороны, готовясь отпрыгнуть, если у постовых дернется рука с ножом…
Обошлось — впереди был уже лестничный пролет на второй этаж, под ногами — ступеньки, покрытые кафелем. Еще один пост у входа на второй этаж — и снова почтительные поклоны.
Вокруг, в общем-то, было приличное количество людей, если оборачиваться по сторонам и смотреть в коридоры — свиту Амелия собрала себе немалую. Мое появление отвлекало их от обычной жизни беженцев, укрывшихся в безопасном месте: кто-то штопал порванную одежду, кто-то баюкал ребенка, кто-то наигрывал еле слышно какую-то песенку на неизвестно откуда найденной гитаре. Они видели меня — вернее, облик Амелии — и вставали, чтобы тут же замереть в глубоком поклоне.
«Счастье, что не орут приветствия», — отметил я, продолжая продвигаться все выше. — «Настоящая хозяйка бы встревожилась…»
После четвертого этажа мне стало слегка не по себе. После пятого я, не сдерживаясь, кусал губы — так как весь шестой был плотно набит охраной. Ножики почти у каждого — взгляды истовой преданности, готовности умереть за госпожу…
Зато эта самая одержимость не позволяла им задать себе вопрос, откуда в коридоре взялась Амелия, если та совсем недавно была у себя в покоях и никуда не уходила.
Пройдя по коридору шестого этажа до дверей, которые подпирали два дюжих охранника, я дождался, пока те отойдут в сторону и толкнул створку от себя. Не поддалась — закрыта изнутри.
Ругательство чуть не сорвалось с губ, еле сдержался.
«Впрочем — все к лучшему. Заходить надо красиво».
— Выбей дверь, — кивнул я одному из бугаев.
Тот, коротко поклонившись, вынес замок ударом ноги.
— Не заходить, не смотреть, — приказал я и зашел внутрь.
Плотно затворил створку за собой, обернулся и посмотрел на ошеломленно глядящую в мою сторону Амелию, приоткрывшую ротик от удивления.
Мой образ мигнул и вновь вернул меня-прежнего.
— Привет. У тебя уютно. — Огляделся я в квартирке.
Шестиэтажка оказалась многоквартирным домом, предназначенным то ли для сдачи в найм, то ли постоянного проживания. На этажах ниже это не сильно чувствовалось — там-то все двери были открыты нараспашку, образуя единое пространство из комнат и общего коридора.
Но тут, за дверью, уже никак не отмахнешься от индивидуальности, привнесенной владельцем — и необычного зеленоватого цвета обои, и фотографии незнакомых людей в рамках на столе и полке тумбы, и довольно посредственная акварель в дорогостоящей деревянной окантовке над постелью — может, рисовал сам хозяин или его ребенок… Достаток внутри помещения чувствовался — массивная мебель, ковер на паркете под ногами. Все-таки квартал не из бедных — и пусть высокие этажи стояли без электричества, а значит ныне ценились ниже, но это все еще был центр с приятным соседством в виде Капитолия. Не таким уж и приятным сегодня, но хороших мест сегодня не осталось вовсе.
  
Амелия все еще не могла собраться и что-то сказать. То открывала ротик, то закрывала, глядя испуганно, натягивая к шее одеяло сжатыми до белого цвета кулачками. Ну хоть не орет…
— Озадачь свою свиту — мне нужны координаты места, где находится Реликт. Ты наверняка прихватила кого-то из свиты Президента, — кивнул я на окно. — Из тех, кто знает.