Негодяй (СИ)

Разумеется, отказываться я не стал и, склонившись к Вайсс, накрыл её губы своими. Вот только дальше процесс застопорился. В том смысле, что красотка оставалась зажмурившейся, сжавшейся и очень, очень напряжённой. Подобный поворот меня не устраивал, а потому мои руки спустились с талии Снежинки к месту, которое называлось уже несколько иначе. И чуть-чуть сжались…
— М?! М-м-м-м! — глаза удивлённо и возмущённо распахнулись, а ротик чуть приоткрылся, явно в инстинктивном порыве высказать всё, что обо мне думают. Этого-то я и добивался. Мой язык устремился вперёд, к новым открывшимся горизонтам. — М! — возмущение Вайсс росло, она даже попыталась вытолкнуть «вторженца» своим язычком, а руки её упёрлись мне в грудь, но прошла секунда, другая, и вот агрессия стала спадать. — Ум-м-м, — а после того, как мои передние конечности вновь вернулись к ней на талию, и вовсе ушла. Правильная «пай-девочка» Шни самозабвенно целовалась с рыжим прохиндеем. И это было хорошо.
— Хе-хе. Наконец-то кто-то стал немного честнее, — прокомментировала ситуацию Янг, за насмешкой скрывая своё смущение и, как мне показалось, капельку ревности.
— З-заткнись! — окончательно пунцовая Снежинка вывернулась из моих объятий и в один миг заняла стратегическую точку на собственной кровати. В смысле, шмыгнула через комнату со скоростью, мало уступающей Проявлению Руби.
— Не волнуйся, я ни в коем случае не осуждаю! — продолжала веселиться Сяо Лонг.
Вот только был ещё один фактор, который мы не учли. Руби. Руби ревновала. И злилась, а ещё была очень, очень расстроена.
— Капюшончик?
— Это нечестно! — меня пронзили взглядом этих прекрасных серебряных глаз, в глубине которых уже начала скапливаться влага. — Нечестно!
— Рубс? — удивлённо перевела на ту взгляд и её сестра.
— Я первая с тобой познакомилась! И начала общаться! И не считала негодяем! А ты, ты… ты уже целовался со всеми моими подругами! И с Янг! А я тоже хочу-у-у… и романтику, и свидания, и поцелуи! Да, мне всего шестнадцать! Ну и что?! — установилась очень неловкая тишина, а я почувствовал себя мерзким говнюком. Пришлось срочно брать ситуацию в свои руки и исправлять.
— Ох, малышка, — подхожу к кровати и подхватываю её на руки со второго яруса, — прости дурака, — прижимаю к себе, — просто… я думал, что не стоит торопить события. И что ты не готова…
— Дурак… — она нахохлилась, вновь став напоминать взъерошенного и недовольного воробья.
— Я тоже тебя люблю, — аккуратно поворачиваю её лицо к своему, — и, раз такое дело… надеюсь, Янг меня не убьёт, — после чего целую эту прелесть. В отличие от Вайсс, Руби начала отвечать почти что сразу — лишь поборов первую растерянность, но я героически держал себя в руках и означенные руки не распускал.
Пусть для Ремнанта это и нормально, да и в моём мире шестнадцатилетние подростки вполне себе заходили куда как дальше поцелуев, Руби для меня была чем-то чистым, светлым и запредельно милым, из-за чего воспринимать её в этом плане… нет, вполне воспринималось, просто я считал и продолжаю считать, что торопиться тут неуместно. А вот то, что на фоне остальных подруг она окажется задвинутой в сторону… да, мой косяк, за который мне нужно обязательно исправиться. Полагаю, что романтическое свидание, включающее в себя тортики, печеньки и отстрел Гримм из навороченной пушки, поможет мне восстановиться в глазах этой прелести. О, ещё нужно окончательно смыть негатив новой дозой смущения, и я даже знаю, как это сделать!
— Хох, — выдохнула пребывающая у меня на руках красавица, прервав поцелуй.
— Ну как, я начал путь к искуплению? — осторожно поглаживаю её по спинке.
— Д-да, — заряд решимости, произведённый ревностью и обидой, подходил к концу, а потому цвет лица девушки стремительно нагонял и старался превзойти оттенок её любимого плащика.
— Хорошо, тогда с меня романтическое свидание для нас двоих, ну а пока, к сожалению, мне действительно нужно идти. Но! — я поднял указательный палец, как бы подчёркивая важность грядущих фраз. — У меня есть для вас, девочки, одно очень важное поручение.
 
— Хо, это уже интересно, — потянулась Янг, на диво положительно принявшая мои «развратные действия» с её сестрёнкой.
— Почему-то мне кажется, что это будет не просьба куда-то проникнуть, что-то выведать или поохотиться на Гримм, — одарив меня многозначительно-подозревающим прищуром янтарных глаз, Котёнок в очередной раз показала, что уже неплохо меня изучила.
— Верно, в связи с открывшимися обстоятельствами я осознал, что Снежинке и Капюшончику требуется практика. Очень много практики! Да и вам, девочки, останавливаться на достигнутом нельзя.
— Эй! Мы и так много тренируемся! Ну да, в том бою вышло немного неудачно, но это не значит… — начала было Вайсс, но я её перебил.
— Нет, с развитием боевых навыков у вас всё прекрасно, тут и практики, и усердия хватает, но вот целоваться вам ещё учиться и учиться.
— Кхм… — даже с Блейк слетела её маска невозмутимости, и она ошарашенно воззрилась на меня, хлопая своими чудесными «кошачьими» глазками.
— А поскольку сам я буду некоторое время недоступен, изображая пленника совести, то придётся вам самим…
— Ч-что значит «самим»?! — ошарашенно и негодующе воскликнула мисс Шни.
— М-м-м, Снежинка, — я чарующе поиграл интонацией, — знаешь ли ты, что Белые Розы очень красивы?
— Белые ро… — не поняла она, а потом ка-а-ак поняла! — Ты… ты что, предлагаешь мне… и Руби?!
— Эй, вы же и так Партнёры! Помогаете друг другу, почёсываете за ушком… — продолжал я ухмыляться. И тут выпавшая было в осадок от моих слов мисс Роуз со смущённым визгом телепортировалась в противоположный угол комнаты, покрыв кровать Вайсс, у которой мы в данный момент стояли, лепестками роз. Стоит ли говорить, что подобный ход совместно с моими словами смотрелся очень… да, просто очень.
— Это… это…
— Ну, — я сделал вид, что задумался, — «Монохром» — тоже красиво. И вообще, кошкодевочки — это замечательно, ты должна проникнуться!
— Ик! — бедная Блейк смотрела на меня большими-большими глазами.
— Хотя Чёрные Розы не менее прекрасны, чем белые.
— Ик-ик! — на миг мне даже стало жалко нэку.
— Ехе-хе, — откровенно смеялась над выражением лица своего Партнёра Янг.
— Впрочем, — перевожу взгляд на золотую блондинку, — у нас ещё есть «Шмель» и «Белый Дракон».
— Пф, — она хмыкнула, — я знала, что ты скажешь что-то в этом роде, к тому же эти упоминания «шмелей» были у тебя и раньше, теперь я поняла контекст, рыжий ты развратник. Ну а Блейки… она действительно в моём вкусе… — покровительственно прикрыла глаза Сяо Лонг, одновременно демонстрируя своё превосходство над «потугами всяких рыжих» и скрывая всё-таки прорывающееся смущение, — кошкодевочки — это хорошо!
— Ых! — бедная, бедная Белладонна.
— Я горжусь тобой, Солнышко! — отсалютовал я красотке, вот только если она думала, что на этом всё и закончится, то она серьё-о-озно ошибалась. — Твоё становление Плохой Девочкой проходит просто блестяще, но… ты забыла кое-что ещё.
— Что же это? — прищурилась блондинка, явно не ожидая ничего хорошего.
— Солнечные Розы изумительны, а инцест, как говорится, дело семейное.
— Ви-и-и! — Руби шарахнулась ещё дальше в уголок, сжавшись там, как дрожащий кролик, а сама Дракончик могла только открывать и закрывать рот, словно рыба, выброшенная на берег, да с сочетанием шока и паники смотреть на меня.
— Ну что же, на этом вечер просвещения с Романом Торчвиком официально окончен, практикуйтесь, развраща… в смысле, развивайтесь, увидимся в следующем сезоне! — и, сграбастав всё ещё пребывающую в шоке Блейк и страстно ту поцеловав, я выпрыгнул в окно, сопровождаемый рёвом разъярённого дракона.
— РЫЖИЙ ЗАСРАНЕЦ!!! А НУ СТОЯТЬ!!! — «Бабах!» — рядом расцвёл алый лепесток взрыва. Разумеется, я проявил мудрость и опыт, а потому как следует поднажал — чисто на всякий случай. Отдых с девочками получился просто прекрасным.