Негодяй (СИ)

— Э-э-э, читал чего? — теперь очередь не понимать наступила для Янг.
— Как правильно воевать… разные варианты… не важно, в общем, пытаться навредить тебе смысла немного, а с учётом твоей известности — вреда выйдет куда больше, чем пользы. Да и ты ведь не Жак Шни и ни в чём перед фавнами не виновата, ещё и в Охотники пошла, чтобы защищать всех от Гримм, а не прожигаешь жизнь на деньги отца.
— Оу, — такое признание, да ещё и от командира Белого Клыка… как ни странно, но Вайсс оно пришлось по душе. Именно к этому она всегда стремилась. Именно поэтому сбежала от отца на другой континент.
— Хорошо, — нахмурила брови Блейк, что никак не сочеталось с заявленным «хорошо», — а что по поводу этого «прорыва»? Как он укладывается в то, что ты рассказываешь?
— Никак, — буквально посерела Илия. — Всего я не знаю, но… Белый Клык попытались использовать как разменную монету. Мы с Романом несколько недель готовились к тому, чтобы провалить этот прорыв.
— ЧТО?! — хором воскликнули девушки.
— Да тише вы! — зашипела девушка-хамелеон. — Да, мы готовились. Портили бомбы, чтобы было меньше пробитых сводов и, как следствие, меньше Гримм, отбирали… тех, кого не жалко на этот самый прорыв…
— Кого не жалко? — вскинулась Белладонна.
— Да, — рыкнула на неё Амитола, — фавнов, разделяющих взгляды и подходы Тауруса. Роман должен был попытаться прикрыть и их, но потери были допустимы. И да, я знаю, что это — плохо, но альтернатива — это успешный прорыв Гримм к обычным людям и фавнам, что стало бы причиной куда больших жертв… и ненависти к фавнам.
— Но зачем было вообще всё это устраивать? — воскликнула Руби, пока Блейк, прикусив губу, пыталась себя сдержать. Она хотела сказать многое, но… сейчас было не время. Да и имела ли она право осуждать Илию, что продолжила борьбу и, как выяснилось, пыталась при этом спасти как можно больше жизней? Ведь сама она просто… сбежала.
— В том-то и дело, — вздохнула Цветочек, — у нас не было выбора.
— Не было выбора? — переспросила Вайсс.
— Да, — тяжёлый вздох. — Все эти действия направлялись кем-то другим, кем-то, с кем сотрудничает Адам, и, более того, этот «кто-то» заставил работать на себя и Романа.
— Серьёзно? Кто-то смог запугать и этого отморозка? — не поверила Янг.
— Не знаю… не уверена, что «запугать» тут правильное слово, но «воспринимать всерьёз» — точно.
— Этот шут бывает серьёзен? Да ла-адно? — усмехнулась блондинка.
— Так-то ты права, конечно… — закусила губу Илия, явно пытаясь подобрать слова. — Но, если честно… Я однажды видела его серьёзным. Тогда он мне много чего объяснил, и… после этого я мучилась кошмарами две недели. Роман Торчвик, он… хороший человек, но, если довести его до определённой грани, может стать чудовищем, которое заставит живых позавидовать мёртвым, — мрачно закончила фавн.
— Он не такой! — встала на защиту своего парня Руби.
— В основном — да, — согласилась фавн, в чьём направленном в столешницу взгляде вновь отразился какой-то конфуз. — Хотя иногда мне кажется, что он, даже когда придуривается, всё контролирует и просчитывает — с ним сложно быть уверенной наверняка.
— А и хрен с ним, — фыркнула Янг, — я оцениваю людей по тому, что вижу. И видела я от этого засранца только беспредельную наглость, стиль и… очень неплохие ухаживания. Ну а если он готов оторвать яйца тем, кто хочет доставить ему проблем, так что с того? Он же не гоняется с топором за мирно прогуливающимися прохожими?
— Нет, не гоняется, — вынуждена была признать Амитола, — да и в целом… — но тут она замялась. — Н-нет, не важно!
— Э-э-э-э нет, Цветочек! — возмутилась Янг. — Если уж начала говорить, то договаривай!
— Ты сейчас почти как он, — вздохнула бедная хамелеончик. — И вообще, это личное!
— Личное? — приподняла бровь Блейк, что знала вкусы своей подруги… к стыду своему.
— Ну-у-у-у… — окончательно стала красной Илия, — если бы не некоторые… обстоятельства, — быстрый взгляд на кошкодевочку, — я бы могла и влюбиться…
— Вот же кобель! — недовольно задрала носик Вайсс.
 
— Илия… я… ну… мы… — нэке было очень неловко вот так вот брать и отказывать.
— Я знаю, — вздохнула та, — про вас с этим рыжим. Боги, как же поздно я догадалась! — девушка схватилась за голову. — Стоило сразу понять, кого он имеет в виду, вспоминая кошкодевочек и расспрашивая меня про ушки! А он всё знал и издевался!
— … — за столом установилось очень неловкое молчание.
— А-а-а… больше он никого не упоминал? — чуть дрожащим голосом нервно спросила Руби.
— В основном он издевался надо мной, описывая Блейк… точнее, в каждом разговоре находил способ вспомнить про девушек-фавнов с кошачьими ушами и вогнать меня в краску рассуждениями о том, какие они прекрасные, замечательные и неужели я откажусь почесать за ушком мурчащую кошкодевочку… — насупилась Илия. — А ещё, — Амитола подняла взгляд на старую подругу, — заявлял, что ни один нормальный мужчина не будет ревновать свою девушку к другой девушке.
— Вот вообще не удивлена, — закатила глаза Вайсс. — Но давайте обсудим гарем Блейк в другой раз?
— У меня нет гарема! — возмутилась брюнетка.
— Это ты так думаешь, — не могла промолчать Сяо Лонг.
— Сказала старшая жена, — Руби долго ждала часа отмщения за все те шутки Янг, что заставляли её смущаться, и вот момент настал!
— Рубс! Ты… ты… Прекрасная работа! — вынуждена была признать старшая сестрёнка.
— Ладно, — смирившись с перепалкой у себя под боком, как с неизбежным злом, Блейк постаралась вернуть нить разговора к интересующей их теме, — в общих чертах теперь ясно, хотя ты не упоминала, какую роль в этом играет Нео и где она сейчас.
— К слову говоря! — встрепенулась и Шни. — Чем она сейчас занята таким важным, что не может с нами встретиться и не принимает звонки?
— Э-э… — вопрос поставил Амитолу в тупик. — Постойте… А Нео что, существует? То есть это не просто его воображаемый друг?!
— Хм-м-м, — со значением протянула Сяо Лонг, глядя на новую знакомую, словно увидела её впервые и очень впечатлена, — а ты была права, Котёнок! Чисто смесь Сана с Руби.
— Эй! — возмутилась серебряноглазая Охотница. — Воображаемые друзья — это нормально! Но вообще, — с долей конфуза повернулась она к Илии, — Нео — она есть, — Руби на секунду задумалась, вильнув взглядом вправо-вверх, и неуверенно добавила: — Где-то…
— Секундочку, — потребовала внимания к себе Вайсс, рефлекторно дёрнув головой, чтобы закинуть выбившийся вперёд хвостик волос за спину, — ты хочешь сказать, что ни разу не видела Нео, но знаешь о ней?
— Я… — глаза представительницы Белого Клыка забегали по лицам собеседниц с долей паники, — читала дневник Романа… Она упоминается там как та, кто всё время бьёт его по голове зонтиком…
— … — команда RWBY на несколько секунд дружно зависла, переваривая новость, что у их парня есть дневник, куда тот что-то записывает, причём наверняка в свойственной себе неподражаемой манере…
— Точно Нео, — первой пришла в себя Янг.
— Сто процентов она, — согласилась Вайсс.
— А-а… что ещё было в этом дневнике? — аж задрожала на месте от нетерпения Руби.
— Да! Что там ещё? Там же… там же… что-то было? — с гора-а-аздо большей настороженностью и не меньшей заинтересованностью дополнила Блейк.
— Э-э… Ну… — почувствовав себя очень неуютно, помялась Амитола. — Он там… в основном… жаловался, как ему больно оттого, что он оказался главой Белого Клыка… ну и… записывал свои… впечатления от наших… тренировок… — девушка замолчала, молясь всем богам, чтобы ей поверили.
— … Чего-то ты не договариваешь, — помогая себе подозрительным прищуром, вывела её на чистую воду злобная Шни!
— Ладно! — хлопнула ладонями по столу юная террористка. — Он устроил себе сафари, заставляя нас разбиться на две команды и драться друг с другом, в то время когда он сам ходил и отстреливал всех подряд! И назвал это политически грамотными занятиями по сплочению коллектива на полигоне, имитирующем бои в городской застройке! Полчаса распинался перед строем, заставляя заучить, а в дневнике признался, что это для него — сафари! Ещё и поиздевался, как бы поправляясь! И таких идей у него было много, и когда он что-то внедрял, он записывал это в дневник! Надо повысить бдительность постовой службы? Со склада пропадает половина провианта, а он пишет в дневнике, что вообще нет идей, кто это мог быть, но бдительность повысилась — я молодец! Бойцы не могут быть слишком политически просвещёнными, слишком мотивированными и слишком подготовленными. Всегда есть место улучшению и прогрессу! И так далее и тому подобное! Я, когда читала, хотела его убить на каждой строчке! А на каждой второй — провалиться под землю от стыда! И это вы ещё не слышали, какие песни он заставляет нас петь во время зарядки! Он ужасен!.. Но он такой обаяшка! — в жесте полного поражения распласталась по столешнице Амитола.