Негодяй (СИ)

— Не согласится ли прекрасная леди составить этим вечером компанию одному скромному обаятельному лису?
— Скромному? — она повернулась ко мне, чуть приподняв бровь в жесте скепсиса.
— Я знал, что по другому пункту возражений точно не будет, — ухмыляюсь. Она тоже улыбается в ответ.
— Какое самомнение. Рада видеть тебя, Роман.
— Я тоже, Котёнок, — шажок ближе, взять под ручку и, пока не успела среагировать, нахально чмокнуть в ушко. Человеческое, а не кошачье, но намёк всё равно понятен. — Должен ещё раз отметить, что сегодня ты выглядишь даже восхитительнее обычного, хотя, казалось бы, это просто невозможно.
— Льстец, — она чуть порозовела и отвела взгляд. — Мне помогала Вайсс.
— О! — да-а, кажется, их «общажная взаимопомощь» вышла на принципиально новый уровень. — У неё талант.
— Так… мы вроде бы куда-то хотели идти? — окончательно смутилась кошкодевочка.
— Да, прости, но открывшаяся передо мной красота сильно сбила с мысли, — покаянно склоняю голову.
— А Нео?.. — вопрос повис в воздухе, хотя янтарные глаза очень характерно скользнули по округе.
— Она всегда где-то рядом, — многозначительно повожу бровями, — но сегодня она скачала на Свиток новый файтинг, так что ей не до нас. Но, если хочешь, можно её позвать…
— … Может быть, потом, — порозовела нэка, отводя взгляд.
— Как скажешь.
Ну а дальше состоялось вполне обычное свидание, такое, каким оно и должно быть — с прогулкой по вечернему парку, ресторанчиком и беседами ни о чём, в которых мы припоминали курьёзные случаи из нашего прошлого, благо у террористов-рецидивистов их тоже в практике немало, впрочем, в этом я уже и сам успел убедиться на собственной шкуре.
После лёгкого перекуса и разговоров мы смогли немного потанцевать — благо и зал, и музыкальная аранжировка в том ресторанчике позволяли. Вечер сменился ночью, на небосводе выступили расколотая луна и россыпь звёзд. Выйдя из ресторанчика, мы дошли до парка, где и уместились на скамейке в глубине зелёных насаждений. Девушка привалилась к моему плечу, подставляя очаровательные ушки под почёсывания и поглаживания. Атмосферу очень не хотелось портить, но… придётся.
— Это был великолепный вечер.
— Да, — прикрыв глаза, согласилась Блейк, — давно мне не было так хорошо, — в ответ я покрепче обнял красотку и уткнулся носом в её макушку. Момент хотелось продлить хотя бы ещё чуть-чуть.
— Но время уже позднее, и нам пора расходиться…
— Может… лучше я заночую у тебя? — произнеся это, она отвела взгляд и отчётливо порозовела щёчками.
— Это… очень приятное предложение, — чёрт, я сам не верю, что собираюсь сделать, — но…
— Но? — на меня подняли взгляд, в котором начала проступать чисто женская обида. Она тут решилась, едва ли не открытым текстом намекнула, а этот нехороший рыжий засранец… — Я тебе не нравлюсь?
— Ох, Котёнок, не говори ерунды. Ты прекрасна и у любого нормального мужчины вызываешь вполне нормальные и здоровые желания. Просто… проблема как раз в том, что ты мне нравишься. Ты и твои подруги.
— Я не понимаю, — нахмурилась девушка. Да и упоминать в такой ситуации другие свои романтические интересы, даже при всей вольности нравов Ремнанта, было не самым разумным шагом, но тут действительно нужно объясниться.
— Понимаешь, я не знаю, можно ли назвать то, что я к тебе испытываю, любовью. Сам я вырос в среде, где данное чувство было не особо распространено. Но ты мне небезразлична. Я хочу, чтобы у тебя всё было хорошо, заботиться о тебе и чтобы ты была счастлива… М-да… Довольно сумбурное признание в любви получается… — видя, что она что-то хочет сказать, я продолжаю. — Подожди, я не закончил. Понимаешь, те «неприглядные действия», о которых я упоминал ранее… до них осталось всего-ничего. И я не хочу, чтобы ты думала, что я просто воспользовался тобой, поразвлёкся и всё. Потому… давай вернёмся к этому, безусловно, очень интересному предложению, когда всё закончится и я смогу объясниться и ответить на возникшие ко мне вопросы.
— Хорошо… — посмотрев на меня странным взглядом, кивнула Блейк.
 
— Спасибо, — я не отказал себе в удовольствии её чуть-чуть стиснуть и поцеловать в ушко. — Кстати, раз уж речь зашла о моём моральном облике, — нацепляю на лицо самую лучшую из обаятельных улыбок наглого пройдохи, что были в арсенале прошлого Романа Торчвика, — я тут на днях заходил в одно милое кафе, где подрабатывает много девочек-фавнов…
— И ты встретил там девочку с кошачьими ушами? — вскинула бровь Блейк, пытаясь угадать ход моих мыслей.
— Нет, я же говорил — в отделении Белого Клыка Вейла нет кошкодевочек, — моя улыбка стала шире.
— При чём тут Белый Клык? — округлила янтарные глазки Белладонна.
— Вот мы и подошли к самому интересному! — выразительно поднимаю пальчик. — Дело в том, что девчонки из местного отделения Белого Клыка подрабатывают в этом кафе в свободное от терроризма время…
— … Что?
— Белый Клык в Вейле сейчас возглавляет один парень… — кручу рукой в воздухе, как бы подбирая слово, — с причудами! Всего я не знаю, — ни слова лжи! Всего не знаю, честное-благородное! — но у них там всё очень чудесато и весело. Не спрашивай меня, как всё дошло до подработок в кафе, но они в нём на самом деле работают. В общем, встретил я там одну очаровательную девочку-хамелеончика и разговорился с ней про ушки. Так вот…
— Пожалуйста, не говори то, о чём я подумала. Это невозможно. Даже для тебя, — отодвинувшись и словно палку проглотив, выпучила на меня глазки Блейк.
— Как скажешь, Котёнок! Я нем, как рыба! — разворачиваюсь на скамейке к кустам. — Нео!
— «Номер уже в твоём Свитке, захочешь с ней поговорить — звони. Мы не обещали ничего, кроме как найти тебя и передать», — спустя несколько секунд продемонстрировала нам табличку моя Мороженка, не отрываясь от файтинга на своём Свитке.
— Но как это может быть… здесь? — ударилась в тихую панику Белладонна.
— Котёнок, после твоего выступления в порту все, кто хочет, уже знают как о том, где ты сейчас, так и о том, с кем ты дружишь.
— Проклятье, — с горечью ругнулась кошкодевочка.
— Всё не так страшно, как ты думаешь. Оз, конечно, тот ещё пассивный диванодав, но во всём мире найдётся лишь человек пять-шесть, что смогут ему что-то сделать, дойди дело до серьёзных разборок. И студентов своих он в обиду не даст… ну, если не придётся далеко идти и откладывать чашечку кофе.
— Что ты ей сказал? — игнорируя мою шутку, затребовала информацию нэка. Из голоса Блейк ушла вся игривость и расслабленность, впрочем, давать по морде и обвинять в предательстве она тоже не спешила.
— Ничего существенного… — невинно отвожу взгляд, провоцируя янтарные омуты подозрительно сощуриться. — Ну, может быть, я показал ей вашу драку едой… — на лице Бантика отразился непередаваемый ужас. — Но ты не волнуйся, я сделал это только после того, как полностью убедился, что она не побежит сдавать тебя Адаму! Поверь, я разбираюсь в людях — уж кто-кто, а Цветочек тебя любит.
— Ясно, — Котёнок ушла в себя. — Я… должна подумать.
— Конечно. Но позволь дать совет от прожжённого жулика и вора.
— Хм? — кошачье ушко заинтересованно дёрнулось.
— Позвони ей. По мне, так она хорошая девочка и заслуживает того, чтобы с ней хотя бы поговорили. Порой пара сказанных в нужное время и в нужном месте слов способна предотвратить очень много проблем. Особенно, — подмигиваю, — если в разговоре ты упомянешь платья мистральских горничных.
— … Какое отношение Илия имеет к мистральским горничным? — взяв новую высоту подозрений, сквозящих в прищуре, осведомилась Блейк.
— Это тебе и предстоит выяснить, Котёнок! — я рассмеялся, видя это полное негодования и возмущения личико. — Но это будет не сегодня. А сейчас позволь доставить тебя до опочивальни.
— Опять на угнанном буллхеде?
— Нет, я просто договорился с одним биконским пилотом о небольшом одолжении.
— … — она только покачала головой, но всё-таки мне удалось сгладить тот неприятный осадок, что начал было образовываться из-за минувшего разговора.