Во все Имперские (СИ)

Покончив с приветствиями и соболезнованиями, магократы расселись по автомобилям. Лёдов, Император Эфиопии и княжна сели в лимузин, Псобчаков и Медведянский — в собственные бронированные джипы.
К процессии тут же присоединились шесть кадиллаков Мальтийского Ордена, с белыми крестами на дверях и пулемётами на крышах.
Кавалькада элитных авто медленно и величаво покинула аэродром, с воздуха машины прикрывали два низко летевших Орденских вертолёта.
Автомобили ехали по совершенно пустым улицам Павловска, в связи с беспрецедентными мерами безопасности, принятыми сегодня, город казался вымершим. На улицах не было ни одного гражданского, только полиция, казаки и агенты Охранного Отделения.
— А вон Павловский дворец, — Лёдов указал Императору Эфиопии на огромное здание дворца, выстроенное в стиле классицизма и стоявшее на холме в парке, — В дворцовой церкви в девять вечера начнется отпевание. А до этого волхвы проведут друидический обряд в священной роще, в шесть.
Так что у нас еще полно времени, Ваше Величество. И я предлагаю не тратить его даром и уже наконец выпить. Поедем в ваши покои, вам выделили гостевой дворец на Заречной стороне.
— Господи, Лёдов, — поморщилась княжна, — Одиннадцать утра…
— Вы правы, Ваше Высочество, — согласился Лёдов, — Уже поздновато, пить нужно было начинать раньше. Собственно, я уже и начал раньше, если честно. А вот у нашего эфиопского гостя такое лицо, как будто он сегодня еще ничего не пил. Кроме того, нам с негусом нужно многое обсудить.
— Вы про османов? — уточнил Император Эфиопии.
Император свободно говорил по — русски, потому что русский язык был языком международного общения магократов, он сменил в этом качестве латынь еще триста лет назад, во времена Петра I Багатур — Буланова.
— Я про поставки африканской древесины, Ваше Величество, — ответил Лёдов, — Точнее, про вывозные пошлины. Ну и немножко про османов, да…
Лимузин вдруг стал замедлять ход, а потом и совсем остановился.
— Это еще что? — забеспокоился Лёдов, — Секунду, Ваше Величество…
Лёдов открыл окно и высунулся. Лимузин застрял на мосту через реку Славянку, вместе с охраной и джипами Медведянского и Псобчакова.
Прямо на шоссе впереди стояли в ряд семь девушек — в униформе из облегающей чёрной кожи и с эмблемами Императорского клана на нарукавных повязках цвета золота.
— Лейб — Гвардия, Ваше Высочество, — доложил шофёр то, что Лёдов видел и так, — Перекрыли дорогу.
Сзади вдруг послышался оглушительный рёв моторов. Обернувшись, Лёдов увидел, что мост позади процессии заблокирован четырьмя БТР с эмблемами Императорской Его Величества ЧВК.
— Твою мать! Вперёд, — приказал Лёдов, — Давите этих блядей. Никто не смеет задерживать кортеж Императора Эфиопии.
— Вообще да, — согласился негр, — Только вот есть одна проблема. Я не Император Эфиопии. У негуса есть борода, если вы забыли. А у меня нет.
На глазах у удивлённого Лёдова негр оторвал себе приклеенную бороду.
— Государственная измена карается смертью, — сказала княжна, — А вы совершили её, посадив на трон Чудовище, Борис Николаевич. Сдавайтесь и молите Павла Павловича о пощаде.
— Сейчас посмотрим, кто кого будет молить о пощаде, ублюдки! — выругался Лёдов, выхватывая смартфон, — Орден, атакуйте! Всех убить…
Княжна стремительно подняла руку, салон лимузина за мгновение заполнила золотая аура царской магии Багатур — Булановых, в которой потонули все цвета и звуки.
Двойник эфиопского Императора выхватил длинный кривой нож и занес его, чтобы воткнуть Лёдову в сердце.
Из окошка в стенке лимузина, разделявшей салон и водителя, высунулся пистолет. Ствол был направлен Лёдову в голову.
Лёдов среагировал мгновенно.
Собрав все свои Токи и Плоды в единый мощный порыв, он атаковал. Золотая аура Багатур — Булановых заметалась, изгоняемая белой холодной магией Лёдова.
Борис Николаевич ударил кулаком, стенка, отделявшая шофёра от пассажиров, разлетелась вдребезги, водителя и двух телохранителей эфиопcкого царя, который оказался совсем не царём, разорвало на куски.
 
Бронированную лобовуху лимузина выбило, фигура льва сорвалась с капота и полетела в речку под мостом.
Заносившему нож негру Лёдов оторвал голову, одним коротким движением.
— А голова у тебя настоящая, сука? — заорал Лёдов.
Голова оказалась настоящей, она упала на пол салона, рядом с фальшивой бородой негра. Из шеи псевдоимператора бил фонтан крови.
Княжна, уже вся перепачканная кровью негра, стремительно откинулась на сиденье, придержала подол длинного траурного платья и ударила Лёдова ногой.
В воздухе метнулась вспышка золотой магии. Лёдова сорвало с места, он выбил собой дверцу лимузина и вместе с ней вылетел на асфальт.
Борису Николаевичу повезло, пролети он еще пару пару метров — то упал бы с моста, прямо в реку.
Вокруг уже кипел жаркий бой. Один из вертолётов Ордена пылал прямо в воздухе, второй уже падал в Славянку, рассыпавшись на куски.
Медведянский попытался выскочить из своего бронированного джипа и бежать, но его разорвали на куски выстрелом из гранатомёта, вместе с автомобилем и траурным плащом, стоившим пару миллионов рублей.
Прощай, Димон!
Императорская Его Величества ЧВК штурмовала мост с обеих сторон. Семеро девушек из Лейб — Гвардии пошли в наступление, Орденский джип попытался прорваться вперёд и раздавить их, но одна из девушек просто отшвырнула его в реку, и автомобиль пошёл ко дну.
Еще два джипа из охраны Лёдова взорвались, расстрелянные артиллерией, которая шмаляла откуда — то со стороны парка.
— У, сука… — Лёдов погрозил кулаком Императорскому дворцу на холме.
Княжна тем временем выскочила из лимузина и бросилась на Лёдова.
На миг всё снова потонуло в золотой ауре, но Лёдов прогнал наваждение, схватил княжну за ногу, которой та пыталась пробить маваши гери, и отшвырнул прочь.
Борис Николаевич схватил то, что осталось от лимузина, и припечатал остовом автомобиля упавшую на асфальт княжну.
Пущенная кем — то пуля оторвала Лёдову кусок уха.
— Я еще вернусь, падлы! — крикнул Лёдов и, разбежавшись, бросился с моста в Славянку.
Ухнув в черные уже не по — летнему холодные воды, Лёдов тут же добавил себе еще десять градусов температуры тела, а потом ушёл на глубину.
Он стремительно плыл у самого илистого дна, пытаясь не потерять направление. Когда воздух уже почти закончился, Лёдов наконец рассмотрел впереди берег.
Оттолкнувшись от дна, Борис Николаевич начал всплывать. Он схватился за камыш и не без труда вытащил свою огромную тушу на берег.
Этот берег Славянки весь зарос кустарником, официально это уже была часть Императорского заповедника, предназначенного для охот и священных обрядов правящей династии.
Лёдов выбрался не берег и тут же, за мгновение, высушил себя, в очередной раз резко подняв температуру тела.
Но Лёдов был здесь не один, из — за кустов уже появился Псобчаков вместе со своей борзой.
— Володя? Тоже сбежал?
— Кхе — кхе… Не совсем, — ответил Псобчаков.
Кусты зашевелились, как будто вдруг налетел сильный ветер. Лёдов понял, что попал в засаду.
На берег высыпало полсотни бойцов Его Величества Императорской ЧВК с автоматами. Потом, не спеша, появился высокий мужчина, с роскошными усами и в черном мундире, усыпанном орденами.
Лёдов узнал Владислава Багатур — Буланова, конунга клана и командующего Императорской ЧВК.
— Доброе утро, Ваше Высочество, — поклонился Лёдов, — Вижу, вы решили похоронить Государя с размахом. А меня, судя по всему, положить в гроб вместе с ним. Знаете, как у викингов в прежние времена, когда в погребальную ладью клали вместе с умершим хозяином всех его девок и холопов.
В общем — то это логично. Я всегда верно служил покойному Павлу Петровичу, так что достоин сопровождать его в загробном мире.
Лёдов бросил взгляд назад и убедился, что на мосту все еще идёт бой. Сам мост был объят пламенем, в небо валили клубы черного дыма, в воздухе над мостом метались вспышки магии. На подмогу летели еще несколько штурмовых вертолётов Ордена.