Во все Имперские (СИ)
Но этот придурок и по совместительству мой коллега Мартыханов рассказывал мне, что вы проделали с самолётом. И в тот момент, когда вы это проделали — у вас произошёл так называемый «разрыв шишки». Ваша магия перегрелась и лопнула, проще говоря.
Это часто бывает у юных магов, которые попадают в шоковую ситуацию и начинают по полной использовать свой дар, не имея опыта обращения с ним. Короче говоря, вчера вы были магом. А после инцидента с самолётом — вы больше не маг. И учиться здесь я вам не позволю.
— И кто я теперь? — уточнил я у князя.
Меня все больше мучили подозрения, что Глубина прав. Проклятая пилюля своим побочным эффектом сожрала всю мою магию. А с другой стороны, лучше уж, конечно, остаться без магии, чем лежать кусками среди обломков самолёта. Так что это того стоило.
— Вы боярский сын, — объяснил Глубина, — Боярские дети — это отдельное сословие. Потомки магов, потерявшие магию. Вы, учитывайте, что потеряв магию, передать её по наследству своим детям вы уже не сможете. Так что вам теперь следует сменить фамилию и поступить в услужение к вашему дяде или сестре.
Обычно боярские дети так и делают, они и их потомки у нас в Империи составляют костяк клановых ЧВК. Вы не переживайте, таких как вы, много. Магократия деградирует, а боярские дети только плодятся, так что их сейчас больше чем нас, магов, в тысячи раз.
— В ЧВК? — усмехнулся я.
Ну да. В какие бы миры я не попадал, один хрен судьба всегда тащит меня волоком в ЧВК. Прям карма пса войны.
— Я вряд ли принесу пользу на службе в ЧВК, учитывая, что я даже оружие в руки взять не могу, — сказал я Глубине, — Кстати, если я не маг — почему я до сих пор не могу взять пистолет?
— Потому что вы просрали-с магию по собственной глупости, Нагибин, — жестко пояснил князь, — И древний запрет все еще на вас. В принципе это нормально для боярского сына в первом поколении. А вот на ваших детях запрета уже не будет, они смогут стрелять.
А вы повоюете и кулаками. У вас это неплохо выходит. В любом случае, мне вы больше неинтересны, Нагибин. Вы просто очередной барчук, которому судьба вручила Дар, а он его потерял.
— Да блин, — я понимал, что он прав, я действительно не чувствовал никакого присутствия магии с самого момента своего пробуждения в больничке.
Правда я продемонстрировал магию казакам на входе, когда заходил в парк, но теперь не ощущал даже этих крох.
— Что, вообще нет магии? Даже на полшишечки? — спросил я, теряя остатки надежды.
— Подойдите к окну, — распорядился Глубина, — Ближе. Вы знаете, что такое мана? Мана, она же «смола» или «солярис» — это чистый солнечный свет, переработанный организмом мага. Вы только что пережили тяжелый бой. Вы должны сейчас жадно впитывать свет солнышка, всеми своими астральными «почками», как мы их называем, или, иначе говоря, чакрами.
Но я этого не вижу, Нагибин. Ваша душа не поглощает магию, она с ней вообще не взаимодействует. Нет, вы больше не маг. Это также точно, как то, что вы мне надоели. Так что пошли вон отсюда. Какого лешего я вообще трачу время на общение с быдлом?
Глубина резко крутанулся на месте и ударил меня ногой в лицо, так сильно, что я вылетел из зала в коридор. Двери парадного зала, где я только что провалил вступительные испытания, громко хлопнули.
* * *1 сентября 2022 года
Санкт — Петербург
секретный каземат Петропавловской крепости
В каземате было совсем темно, сюда не проникало ни капли света. Этэ — Аа — Нуи была здесь уже несколько часов, она не знала, сколько точно.
Еще пара часов — и она умрёт. Это было очевидным.
Где — то капала вода, а потом к этому звуку примешался стук каблуков. Стук все приближался, потом железная дверь открылась. Вошла женщина с фонарём, в синей форме Охранного отделения, с погонами штабс — капитана.
За офицером следом вошли еще две девушки — фельдфебеля. Эти были с факелами.
— Не надо огня, — пропела Этэ — Аа — Нуи, — Мне нужно Солнце. Я умираю.
— В ваших силах это предотвратить, — жестко произнесла штабс — капитан, — Просто признайте своего сына. Нам ведь только это нужно. И тогда никто не умрёт. Признайте вашего сына, и поедите домой, в Священную рощу.
— Роща… — пропела Этэ — Аа — Нуи, её голос эхом разлетался по подземельям Петропавловки, — Но ведь я не могу сделать того, о чём вы просите. Тот, кто называет себя Павлом Павловичем — не мой сын. А я не умею врать. Я же не человек.
— Ничего, уверена, вы справитесь, если захотите, — уж мягче проговорила штабс — капитан, — Это легко. Вам всего — то и нужно, что обнять вашего сына и признать его вашим отпрыском. В присутствии остальных Багатур — Булановых. И всё будет хорошо. Разве я многого от вас прошу?
— Слишком многого, госпожа… — печально пропела Этэ — Аа — Нуи, — И этот человек — не мой сын. Мой сын бы не заточил меня сюда. Никогда. Я знаю своего сына, поверьте мне.
На охоту вчера действительно уезжал Павел Павлович, мой сын и наследник престола. Но вернулся с охоты другой человек. И я не знаю, кто он, но в нём много зла. Слишком много зла. Я не признаю его сыном и наследником. Сожгите меня. Задушите темнотой. Я не признаю.
— Очень глупо, — назидательно сказала штабс — капитан, — Вы вообще сознаете политическую ситуацию, Ваше Величество? Старый Император умер, черные силы собираются над Россией. Изменники и либералы уже сплотились вокруг Михаила.
А этот алкаш Лёдов собирается посадить на трон Чудовище. А ваш второй сын, Малой, сбежал из дворца и тоже собирает сторонников. Вы хотите гражданской войны, моя госпожа? Хотите истребления рода Багатур — Булановых?
— Ах, война… — песня Этэ — Аа — Нуи стала совсем печальной, — Война — слишком человеческое для меня. Я этого не понимаю. Но я не могу врать, поймите и вы. Я физически не могу лгать.
И то что вы требуете — это невозможно… А Малого я люблю. И Чудовище — тоже совсем не страшный, что бы ни говорил народ. Страшен тот, кого вы выдаете за Павла Павловича.
— Хорошо, — вздохнула штабс — капитан, — Ваша позиция ясна, Ваше Величество. В таком случае у нас, увы, остаётся только один вариант. Я не собираюсь марать свои руки убийством лица Императорской крови. Так что посидите здесь еще пару часов. Подумайте. За это время вы вероятно умрётё. Но пусть так. Вы не оставили мне выбора…
В коридоре послышались шаркающие торопливые шаги и звуки тяжелого дыхания.
— Госпожа штабс — капитан! — крикнул хриплый голос.
— Стой, идиот! — заорала в коридор штабс — капитан, — Ни шагу больше. Никаких мужчин, у нас тут дриада! Тебе жить надоело, придурок?
— Да послушайте… — человек в коридоре остановился и теперь с трудом пытался восстановить дыхание, — Крепость окружена. Люди Лёдова, из Мальтийского Ордена. Они требуют Государыню.
— Проклятье, как он узнал? — выругалась штабс — капитан, — Ладно. Планы меняются. Я сейчас отзвонюсь Павлу Павловичу, он пришлёт Лейб — Гвардию…
— Там сам Лёдов, лично, — прокашлял голос из коридора, — И Чудовище с ним. В Императорской короне!
Штабс — капитан ойкнула, на несколько секунд повисло молчание.
— Планы меняются еще раз, — наконец констатировала штабс — капитан.
Она быстро выхватила из кобуры на ремне пистолет и дважды выстрелила в коридор.
Выстрелы оглушительным эхом разнеслись по казематам Петропавловки. Потом Этэ — Аа — Нуи услышала, как упало в коридоре тело убитого.
Следующую пулю штабс — капитан вогнала в голову девушке — фельдфебелю. Вторая фельдфебель попыталась выхватить собственное оружие, но была застрелена пулей в сердце.
Этэ — Аа — Нуи пропела, грустно, но без страха:
— Боже мой. Сколько крови… Ради чего?
— Ради легитимного императора Павла Павловича, разумеется, — объяснила штабс — капитан, направляя пистолет на дриаду, — А теперь пойдемте, Ваше Величество. Здесь есть секретный подземный ход, про который Лёдов не знает.